золотую тарелку.
— Кто-то из семьи должен появиться на важном мероприятии, — проворчала она. — Мама в Саммерхолме, а папа заботится о моих сёстрах на севере, так что я застряла тут.
Я с завистью посмотрела на котлету, когда она откусила кусочек.
— Ты уверена, что это безопасно? — с надеждой спросила я.
— Бишара сказала мне, какое противоядие использовать, — ответила Верес с ухмылкой, сверкнув клыками. — Боюсь, что его хватит только на одного. Надо было лучше всё спланировать, Оруженосец.
— Планирование не типично для неё, — небрежно вмешался женский голос позади меня.
— Концентрация самодовольства в этой комнате внезапно возросла, — объявила я, не оборачиваясь. — Интересно, почему?
Развернувшись к источнику комментария, я увидела хорошенькую темнокожую девушку, чья тёплая улыбка разбивалась о холод её глаз.
— О, Наследница, — весело добавила я. — Не заметила тебя. Ты что-то сказала?
Верес фыркнула.
— Удивительно, какая пошлость в провинции считается чувством юмора, — заметил кто-то ещё.
Мои глаза метнулись к паре девушек и парню, что следовали за моим антагонистом — во всяком случае, одной из них, и Боги, когда же я дошла до того момента в своей жизни, когда мне нужно было искать множественное число для слова антагонист? Девушки были сонинке, парень тагреб. Все они были богато одеты в красных и золотых тонах. Длинное красное платье Наследницы вызвало у меня укол зависти, хотя бы потому, что оно идеально облегало её изгибы. Мои округлости не дотягивали до её, к моему большому разочарованию. По крайней мере, мне не придётся слишком сильно перевязывать грудь одевая броню. Как, дьявол побери, она справляется с этим?
Немного выждав, я обратилась к Наследнице.
— Ты привела подручных, — весело сказала я. — Я не думала, что людей возможно так выдрессировать. Ты научила их говорить отрывистые фразы всякий раз, когда ты им сигнализируешь? Давай, подергай себя за ухо. Может, это заставит одного из них принять дурацкую позу.
— Наверное, надо делать скидку на плохое воспитание, — вздохнула одна из девушек сонинке. — Я Барика Унонти, наследница Леди Унонти. Можешь поцеловать мне руку, Отродье Стены.
Она протянула тонкую темнокожую руку ладонью вниз. Я с сомнением посмотрела на неё, и девушка усмехнулась. Я вздохнула, и моя рука резко сжалась вокруг её мизинца. Ее глаза расширились, и ей пришлось подавить крик, когда я резко повернула, без особых усилий сломав кость. Такие мягкие руки. Я отпустила её и приятно улыбнулась всем присутствующим.
— Это твоё первое предупреждение, — сказала я. — Если ты скажешь ещё что-нибудь о наследственности в любом виде или упомянешь тот факт, что я кэллоу, я сделаю что-нибудь более радикальное. Может быть, глаз — вы, маленькие засранцы, всё равно не используете их, чтобы понять, что я не та, до кого можно докапываться.
Унонти посмотрела на меня так, словно я превратилась в буйную сумасшедшую, и что-то магическое мелькнуло вокруг пальцев другой девушки — это было похоже на молнию, но без разряда. Рука парня опустилась к полуторному мечу на бедре, и я, улыбаясь, встретилась с ним взглядом.
— Достань его, — тихо сказала я. — Посмотрим, к чему это приведёт.
Его рука вернулась к боку, лицо покраснело от гнева. Я снова обратила своё внимание на Наследницу, и что-то, что я не могла точно определить, промелькнуло в глазах той.
— Варварство, — спокойно сказала она, — это всё, на что ты годишься. Мне говорили, что ты даже не можешь выиграть в Колледже, не использовав своего Имени.
— Она использовала все имеющиеся в её распоряжении инструменты, — вмешался скрипучий голос. Верес принялась за вторую котлету, глядя на нас с легким весельем. — Такова цель игр: подготовка к войне. Она была бы полной идиоткой, если бы не воспользовалась им.
Ну вот, неожиданное проявление поддержки со стороны Гончей. Неожиданно.
— Разве поражение — всё, что нужно, чтобы заполучить кровь одной из Истребителей Рыцарей? — проговорила тихо Наследница.
Взгляд Верес стал жёстким, она оскалила зубы и выпрямилась во весь рост.
— Такие, как ты, не имеют права говорить гадости о моей крови, сонинке. Мы всё ещё помним Ночь Красных Ветров, — прорычала она. Сразу же после этого она набросилась на меня. — А ты, что стоишь такая довольная? Я не принимаю ничью сторону в вашем ссаном соревновании — я просто хочу, чтобы вы обе оставили свою грёбаную политику в моих легионах. В этой Империи есть нечто большее, чем люди, спорящие о том, кто будет главным.
С этими словами она бросила тарелку на стол и с рычанием удалилась. Наследница улыбнулась и встретилась со мной взглядом. Ах, она сделала это нарочно. Сожгла для меня мост. Но это значит…
— Ты уже дважды пренебрегла мной, Кэтрин Обретённая, — крикнула сонинке, и ее голос разнесся по всему залу.
Это привлекло внимание людей вокруг нас, и они с интересом смотрели — образовался своеобразный круг наблюдателей.
— Ну, — вежливо ответила я, — ты принимаешь всё слишком близко к сердцу.
— Ты напала на гостя, находящегося под моей защитой, — объявила Наследница. — Ты это отрицаешь?
М-м, как описать это чувство в моих костях в тот момент? Как кролик, который видит, как петля затягивается на его горле. Я едва ли могла отрицать, что сломала палец Унонти, когда он всё ещё был сломан. К тому же у Наследницы были свидетели. Неужели меня заманили в ловушку? Это начинало выглядеть очень похоже на неё. Теперь пришло время посмотреть, для чего.
— Иногда я вижу что-то особенно хрупкое, и я просто не могу удержаться, — пожала я плечами, заметив, что девушка, о которой идет речь, всё ещё баюкает палец и смотрит на меня.
— Такие разговоры будут стоить тебе языка, учаффе, — прорычал мальчик.
На языке мтетва это означало «грязь». Я всё равно проигнорировала его. Он был всего лишь рупором Наследницы, позволив ему отвлечь меня, она займет более выгодную позицию.
— Ты ведёшь себя, как бандит, и всё ещё рассчитываешь получить награды и поощрения, — сказала моя соперница, обвивая меня своим словесным кружевом. — Ты не доказала, что достойна повышения, которое тебе дали.
— О каком повышении идет речь? — решительно ответила я. — То, где мой отряд в Колледже провозгласил меня капитаном?
Наследница отмахнулась от этого презрительным движением запястья.
— Я имею в виду, конечно, просьбу
