назад, крупная ставка, которая потерпела неудачу, могла преследовать отряд очень долго. Никто не хотел оставить после себя такой беспорядок и остаться в памяти как капитан, который пытался откусить больше, чем они могли прожевать, подставляя следующие две партии кадетов. Это напомнило мне, что я до сих пор понятия не имела, каков на самом деле счёт Крысиного отряда.
— Я знаю, что мы в минусе, — сказала я, — но как глубоко? Семнадцать, двадцать?
Крыса закрыл глаза и покраснел.
— Сорок два, — пробормотал он.
Я старалась сохранить спокойное выражение лица, благодарная за то, что мне удалось пройти курс переподготовки в правильном месте, которым был Императорский Двор. Сорок два? Победа в военных играх — это выигрыш в два очка, поражение — проигрыш в два очка. Ничья — это выигрыш в одно очко для защитника и проигрыш в одно очко для нападающего. Я знала, что Крыса проиграл двенадцать схваток подряд и что у Крысиного отряда и до этого дела шли неважно, но я не ожидала, что они застрянут так глубоко в жопе. Это означало, что ещё до того, как тагреб был поставлен во главе отряда, он проигрывал гораздо чаще, чем выигрывал. Я видела смущение на лицах моих офицеров, стыд за то, что они так низко пали, но сейчас было не время для самобичевания.
— Какое облегчение, — сказала я.
Крыса моргнул.
— Прости?
Я улыбнулась.
— С таким гандикапом я чувствую себя намного более комфортно, используя некоторые из моих более… спорных идей.
Наук рассмеялся, явно обрадованный такой перспективой. Мастерящая была трудно читаемой, но Килиан, похоже, раздумывал, оскорбиться ему или улыбнуться.
— Надеюсь, на этот раз не придётся прыгать через брёвна, — пробормотал Хакрам. — Предыдущий опыт был не самым удачным.
Я бросила на сержанта удивлённый взгляд.
— Я уверена, что смогу организовать тренировку, если хочешь, — задумчиво произнесла я. — Всегда будь готов, верно?
— Кажется, у меня были срочные дела где угодно, только не здесь, — ответил высокий орк. — Я срочно должен идти.
Я фыркнула.
— Ладно, свободны. Подготовьте отряд, у нас не так много времени.
Один за другим они соскальзывали со скамьи, отдавая честь и выходя за дверь. Хакрам бросил на меня вопросительный взгляд, но я, жестом велев ему уйти, схватила Крысу за плечо, чтобы удержать того.
— Итак, ты наш снабженец, — сказала я, барабаня пальцами по столу и прислоняясь к нему спиной.
Крыса пожал плечами, его красивые черты подчёркивали абсурдность выбранного имени.
— Что-то в этом роде, — согласился он. — Как правило, это работа капитана, но у тебя и так есть чем заняться.
Разве я только что не сказала тоже самое?
— Сегодня утром, перед тем как вернуться в Колледж, я получила запечатанное письмо от директрисы. Оно определяет, какое количество припасов нам разрешено реквизировать для боя, с ограничениями для типов боеприпасов гоблинов, — сказала я ему. — Я рассматриваю наши варианты, и ты ориентируешься в специфике Колледжа намного лучше, чем я.
Парень с оливковой кожей выпрямил спину, заинтересовавшись происходящим.
— Ты имеешь в виду что-то особенное? — спросил он.
— Мы вернёмся к этому позже, — ответила я. — Когда мы проходили мимо складов раньше, я заметила, что там прибиты пергаменты, с перечнем того, что у них есть на полках. Я хочу, чтобы ты послал кого-нибудь скопировать их. Я предполагаю, что другие капитаны делают то же самое.
Сероглазый лейтенант поднял бровь.
— Ты хочешь знать, что другие будут применять в схватке, — сказал он.
— Это должно дать нам представление о том, как они намерены действовать, — признала я. — Но что я действительно хочу знать, так это есть ли способ получить что-нибудь, минуя склады Колледжа.
Крыса замолчал, глядя на меня очень внимательно.
— Не… официально, — сказал он. — Но я могу знать нескольких человек. Зачем? Это потребует больших усилий, и мы не можем взять больше, чем разрешено на поле. Более того, остальные заметят, что мы не всё забрали со склада — они поймут, что что-то не так.
— Так и будет, — заметила я, — если только мы не добавим ещё один момент: Перед самым боем мы возвращаем наши излишки и...
— Они пойдут на матч с неверной информацией о том, что мы взяли, — задумчиво закончил Крыса. — Я поговорю со своими друзьями. Свяжись со мной, как только получишь точные цифры.
Я молча кивнула.
— И ещё две вещи, — добавила я. — Пошли кого-нибудь в архив Колледжа. Мне нужно всё, что у тебя есть по старым схваткам. Здесь ведут хроники прошедших боёв?
Крыса кивнул.
— Мне нужен отчёт о каждой игре, в которой Верес была капитаном, — сказала я. — Как можно скорее.
— Что-нибудь ещё? — быстро спросил лейтенант.
— Ну, раз уж ты спросил, — задумчиво произнесла я. — На сегодня мне нужен проводник. Есть несколько людей, с которыми надо встретиться.
☠
Оказалось, что наличие порочного чувства юмора может быть широко распространённой чертой всех праэс, а не только моего учителя: проводником, которого Крыса назначил мне, был Разбойник.
— Его легко узнать, Кэп, — рассказывал гоблин. — Просто ищи самого уродливого орка на тренировочном дворе, и ты его не пропустишь.
Территория, куда мы направлялись, находилась снаружи Колледжа, хотя и близко. Очевидно, можно было зарезервировать её на колокол, если вы занимались с одним из инструкторов, и, помимо Первого отряда, отряд Ящериц был тем, чьё название достаточно часто фигурировало в списке.
— Самого? — уточнила я нейтрально.
— Как хорошо известно, — сказал мне Разбойник тоном, подразумевающим, что он собирается поделиться фундаментальной истиной жизни, — орки — самые уродливые существа в Творении, а также самые тупые. Но Морок выделяется даже в этом, как и подобает капитану. Его лицо, как известно, пугает коз и заставляет детей плакать.
— Разве Хакрам не один из твоих друзей? — мягко спросила я. — И, знаешь ли, он орк.
— Он почётный гоблин, — не задумываясь, ответил желтоглазый сержант. — В один прекрасный день я приму его в племя Разрушителей Скал как своего уродливого, но любимого сына.
Должно быть, в глубине души я была плохим человеком, потому что на самом деле находила это маленькое дерьмо забавным. Как бы то ни было, мы прибыли. Двор окружала стена примерно в человеческий
