— Прекрасно, — проворчала Рэй, игриво толкнув его. — Тебе лучше принять душ, прежде чем мы начнем есть.
Ной закатил глаза, но согласился, пробормотав:
— Хорошо.
Затем он поплелся по коридору в ванную, оставив нас наедине.
Рэй медленно приближалась в своей рабочей одежде. Обтягивающая юбка длиной до колена. Облегающая рубашка без рукавов. Скромные черные туфли на каблуках достаточной высоты, чтобы возбудить меня. Я любил ее в шортах и футболках, и когда Рэй была в моих рубашках было в ней что-то такое привлекательное. Но эта ее версия… библиотекарша…
Это была Сексуальная Рэй. Рэй, которая кричала, чтобы ее называли Рейн, стоя передо мной на коленях.
— А что насчет тебя? — спросила она, покачивая бедрами. — Ты уже принял душ?
Я прикрыл глаза, когда встретился с ее взглядом.
— Да, мэм, — ответил я и застонал от тепла ее тела, прижатого к моему.
Одну руку я положил на ее бедро, а другой скользнул вверх по боку и обхватил ее стройную шею. Ее губы изогнулись в расслабленной улыбке, а я пальцами задумчиво перебирал завитые кончики ее волос, собранных в хвост.
— Хорошо, — оценила Рэй, сложив руки на моей груди, а затем подняла голову, предлагая свой рот.
Я нежно поцеловал ее, не намереваясь углублять момент, пока она не приоткрыла губы в безмолвной мольбе о моем языке. Это было неожиданно, поскольку после нападения Сета, случившегося несколько недель назад, ее желание близости было в лучшем случае нерешительным. Я не настаивал на большем, чем Рэй была готова предложить, даже не намекал на то, что хочу большего, но не мог отрицать, что сейчас благодарен ей за это. Особенно когда та руками медленно теребила край моей рубашки, чтобы пропустить пальцы через петли ремня, притягивая мои бедра ближе к ее животу.
— Я скучала по тебе, — прошептала она мне в губы, и я не был уверен, имела ли Рэй в виду именно сегодняшний день или недели, прошедшие с тех пор, как наш мир пошатнулся.
Я скользнул рукой по ее шее и провел большим пальцем по ее скуле. Ее улыбка стала шире, когда она посмотрела мне в глаза, и слова повисли на кончике моего языка. Эти три слова я не произносил с тех пор, как мои бабушка и дедушка умерли много лет назад. Три маленьких слова, которые я никогда не думал, что произнесу снова. Но хотел, чтобы Рэй знала. Хотел, чтобы больше не проходило времени между настоящим моментом и тем, как она узнает правду о моих чувствах к ней.
— Давай, — сказал я, кивнув головой в сторону дивана. — Иди сюда ко мне.
Мы сели вместе. Рэй настояла на том, чтобы сесть ко мне на колени, пальцами поглаживая мои волосы. Это было похоже на то, что ей нужно прикоснуться ко мне, что ей необходим контакт, и я нашел это приятным. Расслабляющим. Каждое прикосновение подтверждало истинность того, что между нами было.
— Что случилось? — спросила она, ее брови с тревогой сошлись на переносице.
— Сегодня кое-что произошло, — начал я, обнимая ее одной рукой за талию, а другую кладя ей на бедро.
Морщинки беспокойства на ее лбу углубились.
— Хорошо…
— Я рассказал Ною, почему я был в «Уэйуорде».
Это было прямое заявление, и, судя по выражению лица Рэй, это было не то, чего она ожидала. На самом деле та вовсе не выглядела счастливой, когда опустила взгляд на колени и дернула челюстью с явным раздражением.
— Солджер… ты не имел права…
— Я знаю, что должен был сначала обсудить это с тобой, и мне жаль, что этого не сделал, — быстро вставил я, уже переходя в режим «бей или беги», чтобы не дать ей разозлиться. Чтобы она не ушла. — Но Ной спросил, и я подумал, что будет лучше просто… выложить все начистоту, а не заставлять его еще больше подозревать.
— Но почему он вообще что-то заподозрил? — Ее глаза встретились с моими, в их взгляде читалось обвинение.
— Потому что он хотел знать, почему Сет назвал меня убийцей.
Ее глаза смягчились, а плечи опустились.
— Ох… — Рэй убрала с лица прядь волос. — О Боже, этот бедный ребенок…
— Да, я думаю, он просто пытался разобраться с этим в своей голове в течение последних нескольких недель, и сегодня он, наконец, решился спросить меня.
Она неохотно кивнула.
— Что Ной сказал, когда ты ему рассказал?
— Ну, сначала он был немного шокирован, но после того как я немного объяснил ему, конечно, опустив все грязные подробности, Ной успокоился.
— Значит, он не против? — Рейн скептически посмотрела на меня, и я рассмеялся в ответ.
— Ну, не знаю, можно ли сказать, что он не против, но… Ной все понимает. И ему хорошо со мной, и, честно говоря, я не могу просить большего. Но, — я заставил себя легкомысленно усмехнуться, — думаю, его психотерапевт теперь получит за это по ушам.
Это должно было быть шуткой, но, черт возьми, я сегодня был просто в ударе, потому что Рэй не засмеялась. Вместо этого она отвернулась, ее глаза наполнились слезами, а нижняя губа яростно поджалась.
Я быстро прижал ладони к ее щекам, обхватив ее лицо руками и вернув ее взгляд к себе.
— Эй, что случилось?
Она прикусила губу в слабой попытке сдержать слезы, прежде чем просто отказалась от борьбы вообще.
— Наверное, он так плохо обо мне думает.
Я покачал головой и нахмурил брови.
— Что? Нет, детка. Конечно, он так не думает. Почему ты так решила?
— Потому что я действительно знаю, как их выбирать, — сказала Рэй, пытаясь улыбнуться своей неудачной шутке. — Мы все знаем, что его отец — кусок гребаного мусора. Но, чтобы добавить оскорбление к травме, первый и единственный мужчина, в которого я позволила себе влюбиться, — бывший заключенный, осужденный за, — она указала жестом на потолок и проследила глазами за этим, — чертово непредумышленное убийство.
— И хранение запрещенных веществ. — Уголок моего рта приподнялся в извиняющейся улыбке, в то время как мое сердце умоляло признать, что она была первой и единственной
