важную улику, но разбили ее? – спросила Таника, не веря своим ушам.
– Нет нужды так волноваться. К тому же это совсем неважно. Если на стекле и были какие-то отпечатки, они там и остались. Банка всего лишь разбилась на несколько кусочков. И раз уж мы об этом заговорили, считаю, вам следует снять отпечатки со всего оборудования и всех колб, которые упали со стеллажа. Мне кажется, мы найдем некую закономерность. Помните масленку, на которой тоже не было отпечатков? Наш убийца весьма осторожен. Он старается не оставлять улик на месте преступления.
– Что вы вообще делаете в кабинете сэра Питера?
– Дженни попросила нас помочь ей найти пропавшее завещание. Знаю: вы скажете, что мы не должны вмешиваться, но мы и не вмешиваемся, просто помогаем нашей подруге.
– Не волнуйтесь, нам все равно нужно это завещание, и неважно, кто найдет его первым. И спасибо за наводку с отпечатками. Я пошлю офицера собрать улики.
Джудит не верилось, что она правильно расслышала слова Таники.
– Вы не возражаете против нашего расследования?
– Но вы ведь ничего не расследуете, не так ли? Как вы и сказали, вы просто помогаете подруге. Если будете и дальше сообщать обо всех найденных уликах, мы будем считать, что вы оказываете содействие полиции.
Джудит поблагодарила Танику и повесила трубку, чувствуя некое беспокойство. С каких это пор Таника перестала возражать против их вмешательства? Вот уж действительно очень странно.
Задвинув эту мысль подальше, Джудит пересекла коридор и зашла в гардеробную, где вели свои поиски Бекс, Сьюзи и Дженни. Вдоль одной стены на крючках висели плащи, а под ними рядком стояли самые разные прогулочные ботинки и резиновые сапоги. К стене напротив крепились две широкие раковины.
– Ну, что тут у вас? – спросила Джудит, входя в комнату.
– Зависть, – ответила Бекс, стоявшая у конца шеренги ботинок.
– Соглашусь с Бекс, – кивнула Сьюзи. – Хотелось бы мне так жить. У них есть целая комната только для плащей и ботинок.
– Знаю, – сказала Дженни, оценивающе оглядываясь по сторонам. – В детстве у меня не было ничего. Даже меньше, чем ничего. Я убеждала себя, что роскошь меня не привлекает. И это правда, такие излишества мне не нужны. Но было так приятно не волноваться о деньгах. Здесь я впервые в жизни почувствовала себя в безопасности.
На Дженни накатила волна печали.
– Хотите сделать перерыв? – предложила Бекс.
– Да, думаю, стоит. Мне нужно убраться подальше отсюда. Прокатиться на машине. Очистить разум.
– Хотите, чтобы кто-то из нас поехал с вами?
– Нет, все нормально. Можете остаться здесь и продолжить поиски завещания.
– Есть ли в доме место, которое нам стоит осмотреть в первую очередь? – спросила Джудит.
– Нет, можете искать везде, где вздумается. Никаких ограничений. Разберите дом на части. Я хочу найти завещание Питера.
Когда Дженни уехала, Бекс рассказала Джудит о том, насколько они уже продвинулись в своих поисках.
– В этой комнате завещания нет, – констатировала она. – Мы проверили все шкафы и карманы плащей.
– И ботинки, – добавила Сьюзи.
– Подозреваю, здесь нет резиновых сапог фирмы «Хантер» седьмого размера с трещиной на левой подошве?
– Здесь вообще нет женских моделей резиновых сапог фирмы «Хантер», – ответила Бекс. – Что неудивительно.
– Почему? – спросила Сьюзи.
– Женские резиновые сапоги этой фирмы вышли из моды еще десять лет назад.
– Подождите, – остановила ее Сьюзи, желая убедиться, что не ослышалась. – Вы утверждаете, что существует мода на резиновые сапоги?
– Разумеется.
– Вы серьезно?
– Не знаю, почему вас это так удивляет. Все в нашем мире следует моде.
– Тогда какие сапоги сейчас в моде?
– О, это легко: «Ле Шамо Вьерзонорд».
– Что, простите?
– Эту модель сапог носит Кэтрин, принцесса Уэльская.
Сьюзи понадобилась минутка, чтобы переварить эту информацию.
– У меня так много вопросов, – сказала она. – Правда, не думаю, что хочу знать ответы на них. Но, возвращаясь к вашему вопросу, Джудит: нет, ни на одном стоящем здесь левом сапоге нет трещин.
Женщины решили продолжить поиски в другом месте и переместились в кухню. После получаса охоты за завещанием они вновь пришли к выводу, что вряд ли кто-то станет прятать важные документы за консервными банками с томатной пастой и упаковками макарон. Поиски в гостиной тоже не увенчались успехом. Им не удалось найти тайный конверт под подушками или за масляными полотнами на стенах.
– Ни у кого нет ощущения, что мы просто попусту тратим время? – спросила Сьюзи.
– Ерунда, – ответила Джудит. – Каждый раз, заканчивая осматривать комнату, мы узнаем что-то новое.
– Ага. Только вот завещания мы все еще не нашли.
– Давайте попробуем подняться на второй этаж, – предложила Джудит. – И начнем с комнаты Тристрама.
Женщинам легко удалось понять, какая из спален принадлежала Тристраму до того, как его выгнали из дома. На стенах висели афиши театральных шоу, а на полках стояли книги по актерскому мастерству и сценарии пьес в бумажных переплетах.
Женщины начали обыскивать комнату, но Джудит заинтересовали театральные плакаты. На афише шоу под названием «Савонарола» прямо посередине крупным планом было напечатано лицо Тристрама, а чуть позади него виднелись лица еще четырех актеров. Текст под изображением гласил, что пьеса будет показана в здании Британского совета во Флоренции. Так, значит, именно в этом театральном шоу Тристрам принимал участие, когда сбежал с кем-то из членов команды и отказывался возвращаться домой?
Джудит посмотрела на изображенные на постере лица. Все они принадлежали мужчинам. В труппе была женщина, которая не попала на афишу? Джудит просмотрела остальные имена, указанные на плакате, но и режиссер, и продюсер тоже были мужчинами. Она решила запомнить эти детали на будущее.
– Здесь завещания тоже нет, – раздраженно подытожила Сьюзи.
– Тогда давайте двигаться дальше, – предложила Джудит. – Мы не можем сдаться сейчас.
– Можем. Мы можем сдаться и пойти выпить где-нибудь чашечку чая и съесть кусочек торта.
– Но мы пообещали Дженни, что обыщем весь дом, – возразила Бекс. – Мы не можем ее подвести. Давайте же, – сказала она, направляясь к двери. – Думаю, теперь нам стоит поискать в их с сэром Питером спальне.
Но там их тоже ожидало разочарование. Они заглянули под кровать и под матрас, обыскали прилегающую к спальне ванную, а Сьюзи даже проверила трубу маленького камина в углу.
– Если бы кто-то спрятал завещание в камине, – сказала Бекс, – то оно давным-давно сгорело бы.
– Не сгорело, если бы никто не разжигал огонь в камине после смерти сэра Питера, – возразила Сьюзи.
– Так, значит, завещание там?
– Как оказалось, нет.
Пока Бекс и Сьюзи переругивались, Джудит вспомнила, что, по словам Дженни, она поднялась сюда, чтобы выкурить сигарету. Джудит подошла к каминной полке, рядом с которой стояла Сьюзи, и увидела старую упаковку сигарет и зажигалку, лежащую на ней.
– Можете сами проверить, – раздраженно предложила Сьюзи Джудит.
– Нет, конечно, я вам верю, – согласилась та. – Просто размышляю о том, что здесь произошло.
Джудит оглянулась вокруг и решила осмотреть ближайший шкаф.
– Чем скорее мы закончим обыскивать эту комнату, тем скорее сможем пойти домой, – резюмировала Сьюзи.
– Нам нужно искать тщательнее, – предложила Бекс. – Ведь даже если мы докажем, что завещания точно нет в доме, то сможем сделать важные выводы.
– Вы так думаете?
– И даже если не найдем завещание, – согласилась Джудит, ощупывая внутренности шкафа, – кто знает, что еще нам попадется во время поисков.
Тон ее голоса привлек внимание Бекс и Сьюзи.
– Вы что-то нашли? – спросила Бекс.
Джудит нагнулась и подняла что-то с деревянного пола в задней части шкафа.
– Что это? – заинтересовалась Сьюзи.
– Забавная находка, ведь вчера я как раз обратила на это внимание.
– О чем вы говорите?
– О манжете на пиджаке Розанны.
– Что с ней не так?
– Дело в том, что Розанна была очень аккуратно одета. Идеальная прическа. Новый пиджак. И все же на одной из манжет не хватало пуговицы.
– И что из этого? – спросила Сьюзи, уже некоторое время назад потерявшая нить разговора.
– Все остальные пуговицы были золотыми и по форме напоминали морские узлы. И теперь мне хотелось бы знать: как точно такая же
