самый неподходящий момент, и от этого становился более нервным, чем даже в моменты чрезвычайных происшествий. Наоборот, во время кризисов Кристиан обретал редкое спокойствие духа и собранность, что и помогало ему разрешать многие щекотливые ситуации.
Чтобы развеять дурное настроение, Кристиан решил наведаться к Себастьяну Крею. В последнее время Первого Консула невесть почему сильно тянуло к начтрансу. Скорее всего потому, что тот обладал довольно оригинальным для Блонди взглядом на жизнь. Вся его жизненная философия выражалась, пожалуй, одной фразой: «хорошо — ну и слава Юпитер, плохо… ну что ж, могло быть и хуже!» Начальник транспортной системы, по его собственному определению, был пессимистическим оптимистом. Сей заковыристый термин в его же интерпретации означал, что Себастьян всегда ожидал от жизни самого худшего, а потому был во всеоружии перед лицом неприятностей. Если же дела шли лучше, чем он ожидал… что ж, то был лишний повод порадоваться. Таким образом, Себастьян никогда не терял присутствия духа, а заодно обладал способностью заражать этим своим спокойствием и уверенностью в себе всех, кто с ним общался.
Итак, Кристиан явился к Себастьяну именно за моральной поддержкой, однако на месте его не застал. Впрочем, этого следовало ожидать: поймать Себастьяна в эосском офисе было довольно сложно, если не сказать невозможно. Начтранс был на редкость неуемным субъектом, без конца проворачивал какие-то сомнительного толка делишки, которые предпочитал контролировать лично. Вероятнее всего, в данный момент он находился в своем ненаглядном космопорте, который давно превратил в штаб-квартиру для своей небольшой, но дружной команды.
Поскольку Кристиану все равно не сиделось на месте, то он решил не оставлять своей затеи и все же наведаться к Себастьяну, пусть даже и без приглашения. Да и какое приглашение нужно Первому Консулу?
Против ожидания, никакого ажиотажа и нездорового внимания приезд Первого Консула в космопорт не вызвал. Конечно, Кристиан и не старался особенно афишировать свой визит, даже взял машину поскромнее, но ведь его отлично знали в лицо! И тем не менее — никто из служащих космопорта не обратил на Кристиана особого внимания. На службе у Себастьяна они, должно быть, насмотрелись такого, что удивить их было сложновато. Ну приехал Первый Консул и приехал, в первый раз, что ли?
Себастьяна Кристиан нашел в его кабинете. Как ни странно, ничем особенным тот не занимался, а попросту валял дурака, наблюдая за стартами небольших гоночных кораблей и что-то помечая в своем карманном компьютере. Месяц назад стартовала Большая Галактическая Регата, и одним из промежуточных пунктов, на которых можно было остановиться участникам гонки, чтобы пополнить запасы продовольствия и провести профилактический осмотр, а то и ремонт кораблей, была как раз Амои. Особенного ажиотажа Большая Регата у жителей Амои не вызывала. Ну в самом деле, что тут особенно интересного: село несколько межзвездных яхт, почти тут же улетело, экипажи чаще всего даже в город не выходили… Конечно, ставки — дело куда более интересное, на победителей ставились подчас ошеломительные суммы, работал подпольный тотализатор, а игроки наживали порой сказочные капиталы… если не разорялись и не пускали себе пулю в лоб.
Что интересует самого Себастьяна в этой регате, Кристиан примерно представлял. Прежде всего, эта гонка была изумительным прикрытием для провоза разного рода контрабандных товаров. Кристиан подозревал, что многие гонщики, особенно не принадлежащие к числу лидеров, принимают участие в регате исключительно для того, чтоб иметь легальную возможность приземлиться на Амои и сбыть дефицитный для здешних мест товар (не исключено, что заказанный самим Себастьяном). Положим, много груза гоночный кораблик на борт не возьмет, но кто сказал, что дорогостоящий товар должен быть непременно крупногабаритным и тяжелым? К примеру, за унцию настоящих духов с Кали в Танагуре платили бешеные деньги, поскольку их было днем с огнем не сыскать — Юпитер запретила ввоз любых товаров с Кали еще пятьдесят лет назад, во время какого-то конфликта. Указ так и не был отменен, хотя конфликт давно иссяк, и это давало контрабадистам лишнюю возможность неплохо заработать.
Кроме того, Кристиан знал, что и сам Себастьян играет на тотализаторе, не сходя, правда, с ума и не особенно зарываясь. А поскольку корабли участников гонки проходили профилактический осмотр и ремонтировались именно в его космопорте… Себастьян имел все возможности влиять на исход гонок. Достаточно крохотной неисправности — и даже не устроенной специально, а просто старательно незамеченной! — чтобы корабль сошел с дистанции. И это вовсе не обязательно должна быть фатальная поломка вроде разгерметизации реактора — на такое бы Себастьян не пошел, Кристиан знал его достаточно хорошо. Просто какая-нибудь чепуха вроде разладившейся системы навигации или отказавшей искусственной гравитации. Ничего смертельного, это можно исправить даже не садясь на планету, но ведь ремонт отнимает драгоценное время!
Да что там тотализатор! На таких регатах сталкивались не только спортивные интересы, но и политические, и экономические… и Себастьян ни за что не упустил бы возможности отменно заработать на этом, а заодно и насолить конкурентам! К слову сказать, Кристиан был уверен, что прошлогодний оглушительный провал команды, спонсируемой одной из компаний Федерации, посмевшей перебежать дорожку Себастьяну, вовсе не был нелепой случайностью. Ну не бывает такого, чтобы команда, уверенно лидировавшая во время всех предыдущих гонок, обладающая мощным, великолепным, оснащенным по последнему слову техники кораблем, не просто сошла с дистанции, а позорно приплелась в самом хвосте, дав обогнать себя даже какому-то ржавому катеру, вскладчину арендованному командой студентов, еле наскребших денег на оплату вступительных взносов для участия в регате! Нет уж, таких случайностей не бывает, и над корабликом наверняка потрудились Себастьяновы умельцы…
— Привет, Крис, — сказал Себастьян.
— Откуда ты знаешь, что это я? — удивился Кристиан — Себастьян по-прежнему стоял к нему спиной.
— По звуку шагов узнал, — хмыкнул Себастьян. — А если серьезно — отражение твое в стекле вижу. Располагайся, сейчас я закончу. Еще двое стартуют, и все.
— Кого ты намерен снять с дистанции на этот раз? — не упустил возможности съехидничать Кристиан.
— Федералов, само собой… — ответил Себастьян. — В первой тройке им точно не бывать. Только это не первостепенная моя задача.
— А первостепенная какая? — удивился Кристиан.
— Крис! — Себастьян развернулся и уставился на своего непосредственного начальника в некотором изумлении. — Ты с луны свалился? Ты что, не знаешь, что в этом году в регате участвует команда Амои?!
— Знаю, конечно… — сконфуженно ответил Кристиан. — Просто я был уверен, что шансов у нас нет. Первый раз ведь. Погоди, ты хочешь сказать, что та лоханка придет первой?!
Честно говоря, амойский гоночный кораблик вовсе не был такой уж рухлядью, но с роскошными яхтами богатых межзвездных
