Шиобэн пытливо посмотрела на Бисезу.
— О чем думаешь?
— Я просто гадала, не пришла ли еще кому-нибудь в голову мысль о Вавилонской башне. Но сомневаюсь, что пришла.
— Мир всегда с тобой, да?
Бисеза пожала плечами. Шиобэн крепко сжала ее руку.
— А знаешь, ты была права. Насчет Первенцев. Очи, обнаруженные в троянских точках, — тому подтверждение. И что же ты обо всем этом думаешь теперь? Первенцы заставили Солнце полыхнуть так, чтобы оно спалило планету, — и они наблюдали за этим. Так кто же они — садисты?
Бисеза улыбнулась.
— А тебе никогда не приходилось убивать мышь? Ты никогда не слышала о том, как отбраковывают слонов в африканских заказниках? Каждый раз сердце разрывается от жалости — но все же ты это делаешь.
Шиобэн понимающе кивнула.
— И не отворачиваешься при этом.
— Нет. Не отворачиваешься.
— Значит, у них имеется нравственное противоречие, — холодно заключила Шиобэн. — Но все же они пытались истребить нас. Состраданием это не оправдать.
— Нет, не оправдать.
— И это не означает, что нам не следует мешать им, если они снова задумают что-нибудь в таком роде. — Шиобэн склонилась ближе к Бисезе и заговорила тише: — Мы их уже разыскиваем. На темной стороне Луны установлен новый гигантский телескоп. Михаил принимает горячее участие в этом проекте. Даже Первенцы обязаны повиноваться законам физики: они должны оставлять следы. И уж конечно, они оставляют не самые незаметные следы; просто нужно искать в правильных местах.
— Что ты имеешь в виду?
— Почему мы должны предполагать, что Первенцы нанесли удар только по нам? Помнишь звезду S из созвездия Печи, о которой рассказывал Михаил? Мы начинаем рассматривать вероятность того, что это событие и еще целый ряд других также не были естественными. Кроме того, существует Альтаир, откуда прилетела бродячая планета-гигант. Судя по тому, что говорит Михаил, за последние три четверти столетия почти четвертая часть наблюдавшихся нами взрывов сверхновых была сосредоточена в одном маленьком уголке неба.
— Первенцы за работой, — выдохнула Бисеза.
Шиобэн кивнула.
— И может быть, хотя мы не увидим самих Первенцев, нам удастся повстречать тех, кто спасается бегством от них.
— И что тогда?
— Тогда мы начнем их искать. В конце концов, нас тут по идее быть не должно. Может быть, все это затеяла какая-то группировка Первенцев, а другая группировка через тебя сумела нас соответствующим образом предупредить, чтобы мы могли себя спасти. Столкнувшись с нами, Первенцы упустили свой единственный шанс. И другого у них не будет.
Она говорила с напором, уверенно. Но Бисезе все же стало не по себе.
Шиобэн пережила солнечную бурю, она видела ее, но Бисеза на Мире своими глазами наблюдала удивительно перестроенную планету, переделанную историю; она знала, что Первенцы гораздо могущественнее, чем может себе представить Шиобэн. И она не забыла о том, как выглядела Земля в далеком будущем — та Земля, которую ей показали на пути домой с Мира. Затмение и почва, выжженная войной. Что, если человечество ввяжется в войну с Первенцами? Люди станут такими же беспомощными фигурками, как персонажи древнегреческих трагедий, вовлеченные в ссору разгневанных богов. У Бисезы было такое чувство, что будущее может оказаться гораздо более сложным и еще более опасным, чем представляла себе Шиобэн.
Но не она должна была лепить это будущее своими руками. Она посмотрела на лица Юджина и Майры, бесстрашно подставленные свету солнца. Будущее со всеми его возможностями и всеми опасностями теперь находилось в руках нового поколения. Это было началом одиссеи человечества в пространстве и времени, и никто не мог сказать, куда приведет эта одиссея.
Все дружно ахнули, запрокинули головы и стали похожими на цветы, повернувшие головки к солнцу.
Бисеза прикрыла ладонью глаза. С неба, посреди мятущейся стаи самолетов и вертолетов, опускалась блестящая нить.
51
Сигнал с Земли
В этой системе тройной звезды неподалеку от главного светила вращалась планета. Посреди сверкающих льдов возвышались скалистые острова — черные точки в белом океане. На одном из этих островков располагалась паутина проводов и антенн, покрытых изморозью. Это была станция космической связи.
По всему островку промчался радиоимпульс, сильно приглушенный расстоянием. Так по воде распространяется рябь. Аппаратура на станции связи проснулась. Сигнал был записан, начался его анализ.
У сигнала имелась структура, четкая иерархия индексов, указателей и ссылок. Но один раздел данных отличался от других. Как компьютерные вирусы, отдаленным потомком которых являлась эта часть сигнала, она обладала способностями к самоорганизации. Данные начали сами себя сортировать, активировать программы, анализировать среду, в которую попали. Постепенно появилось осознание.
Да-да, осознание. В этих данных, преодолевших расстояние между звездами, находилась личность. Вернее говоря, три отдельные личности.
— Итак, мы снова мыслим, — сказал первый, утверждая очевидное.
— О-ля-ля! Вот это была прогулочка! — игриво воскликнула вторая.
— За нами кто-то следит, — предупредил третий.
Послесловие
Идея размещения зеркал в космосе для управления климатом Земли принадлежит германско-венгерскому мыслителю Герману Оберту. В своей книге «Дорога к космическим путешествиям» (1929) Оберт предложил использовать громадные орбитальные зеркала для отражения солнечного света, который, будучи направленным на Землю, помог бы растопить льды, предотвращать оледенения, управлять ветрами и сделать приполярные области обитаемыми. В 1966 году Министерство обороны США изучало подобную идею с совсем иными целями — как способ по ночам поджигать вьетнамские джунгли.
Неудивительно, что идея Оберта пришлась по вкусу русским, у которых огромная часть территории страны лежит за полярным кругом и которые с глубокой древности поклоняются солнцу (см. главу 42). Русские и в самом деле испытали космическое зеркало в 1993 году. Тогда на орбите Земли был развернут двадцатиметровый диск из пластика с примесью алюминия. Космонавты на борту станции «Мир» заметили пятно отраженного света, проплывающее по поверхности Земли, а наблюдатели в Канаде и Европе заметили вспышку света, когда над ними проплывал отраженный луч.
В семидесятые годы американский инженер-космотехник германского происхождения Крафт Эрике произвел интенсивное исследование того, что он именовал «космической световой техникой» (см. «Acta Astronautica» 1979, № 6, с. 1515). В контексте угрозы глобального потепления идея применения космических зеркал для отражения света от перегретой Земли была вновь рассмотрена американскими теоретиками в области энергетики в 2002 году (см. «Science», № 298, с. 981).
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
