солнца, мне нужно было немного поспать.
Мелиан пришла за мной, как и обещала. В катакомбах было невозможно определить, когда наступает утро, а когда – глубокая ночь. Здесь все купалось во тьме и скрывалось в тенях, отбрасываемых мерцающими на стенах факелами. За Кэлумом пришли другие бойцы, примерно в это же время, и повели его в оружейную, чтобы снарядить для спасательной операции, к которой, как я подозревала, никто из нас не был готов.
В катакомбах ходили слухи о других миссиях по спасению меченых людей, которым угрожала опасность попасть в лапы Стражи Тумана или Дикой Охоты.
Мелиан привела меня в свои личные покои, и у стены я увидела деревянный шкаф для одежды – остаток прежней роскоши, которой я никогда не знала. Она, вероятно, вообще не понимала, что у меня никогда не было больше двух платьев. Из ящика Мелиан вытащила пару черных штанов и бросила мне.
Я прижала сверток к груди и перевела взгляд на прозрачное легкое платье, которое мне выдали, чтобы я могла ходить в теплых туннелях.
– Ты когда-нибудь раньше носила штаны? – спросила Мелиан, улыбаясь мне через всю комнату, будто я развлекалась примеркой новой одежды.
Затем она кинула мне толстую черную тунику, и я повернулась, чтобы положить одежду на кровать, прежде чем сбросить с плеч бретельки платья.
Я повернулся к ней спиной. Из-за осознания, что придется раздеваться перед посторонним человеком, на меня опять нашел приступ застенчивости, но после шоу, которое мы с Кэлумом устроили прошлой ночью, вряд ли стоило просить об уединении.
Неожиданно за спиной у меня раздался резкий вздох – Мелиан, скорее всего, увидела мои шрамы. Бросив быстрый взгляд на нее через плечо, я сняла ботинки и всунула ноги в толстые кожаные штаны с шерстяной подкладкой, которые она мне дала.
– Я носила легинсы под платьем, – сказала я, торопясь расправить ткань туники, чтобы надеть ее через голову.
– Что это? – спросила Мелиан, слегка касаясь кончиками пальцев чувствительной кожи моих шрамов.
Хотя она не давила и не делала мне больно, но я чувствовала флюиды другого человека и рефлекторно отстранилась от ее прикосновений.
– Я больше никогда не буду никому принадлежать. Никогда, – ответила я, наконец натянув на себя тунику.
Плотная ткань облегала мне грудь и спускалась до середины бедер, не стесняя движений ног. Я не буду слишком выделяться снаружи, за пределами туннелей.
Я повернулась и встретилась с Мелиан взглядом. Она смотрела на меня, и в глазах у нее светилась жалость.
– Больше никогда, – сказала она, сглотнув, и опустила руку.
Она подошла к комоду, выдвинула верхний ящик и достала маленький пузырек с фиолетовой жидкостью. Стекло было прозрачным, а пробка выглядела зловеще. Мелиан взяла мою руку и, на мгновение задержав в своей, вложила в нее пузырек.
– Сыворотка белладонны, – сказала она, отвечая на мой невысказанный вопрос.
Глядя на пузырек, я поняла, что в нем содержится смертельная доза.
– А она на нас сейчас подействует? – фыркнула я и рассмеялась, стараясь не думать о том, что могу покончить жизнь самоубийством, если придется.
Таков был план Брана. Но как же мне не хотелось снова думать об этом, когда жизнь более или менее наладилась.
– Если ты примешь ее до того, как тебя вернут в Альвхейм и соединят с твоей половиной, твоя текущая жизнь будет закончена. Но это не помешает тебе перевоплотиться в следующей, и, возможно, в ней у тебя появится шанс стать свободной, – сказала Мелиан, отпуская мою руку и отступая назад.
Она уже была тепло одета, поэтому еще набросила на плечи тяжелый черный плащ и натянула капюшон, а я надела теплые носки, которые она тоже мне кинула, и сунула ноги в ботинки.
Взяв запасной плащ со спинки стула, Мелиан подошла, чтобы помочь мне накинуть его на плечи и натянуть капюшон. Когда с этим было покончено, она направилась к стене с развешанным оружием. Выбрав кинжал и ремень, Мелиан протянула их мне, чтобы я пристегнула кожаную пряжку на бедро. Я даже вздохнула от удовольствия. Теперь, когда у меня было оружие, я не буду столь беззащитна перед опасностями, навстречу которым мы отправляемся и которых я бы с удовольствием постаралась избежать всего несколько дней назад.
Это казалось невероятным. Прошло совсем мало времени, а как все изменилось.
– Я бы дала тебе меч, но думаю, что с кинжалом тебе будет гораздо удобнее, – сказала Мелиан, привязывая свой меч и ножны к поясу.
– Да, спасибо, – ответила я, засовывая пузырек с белладонной в карман плаща.
Еще одна подстраховка – еще одна вещь, которую мне точно не следует носить с собой. Это лишь подтверждало мое мнение о том, каким мерзким был этот мир, если возможность покончить с собой считалась благословением.
– Обещай, что будешь осторожна, – сказала Мелиан искренне, глядя мне в глаза. – Я знаю, твой Кэлум сделает все, что в его силах, чтобы защитить тебя, но здесь, с книгами, ты для меня гораздо ценнее. Я разрешила тебе пойти с нами, но на самом деле это противоречит всем моим принципам. Хотя, чувствую, выбора у меня нет. Ты так решительно отстаивала свое право пойти с нами.
– И не поменяю своего мнения, – ответила я, еще раз подтверждая то, что сказала Кэлуму.
Он сам хотел, чтобы мы жили вместе, умерли вместе, всегда были вместе. И я сдержу это обещание, потому что все, чего я хотела в этой жизни, теперь было связано с ним в любом случае.
– Упрямая, – сказала Мелиан, с удивлением качая головой. – Пойдем. Прежде чем мы отправимся в путь, Имельда создаст для каждого из нас защиту от наших половин. Мы сможем спокойно отработать четыре дня, а потом надо будет вернуться. Этого времени вполне достаточно, чтобы добраться до Калфолса и вернуться, если по пути не возникнет проблем.
Я кивнула, благодарная по крайней мере за это заверение.
– А что мы будем делать, если наткнемся на Стражу Тумана или Дикую Охоту? – спросила я.
Но в ответ Мелиан лишь покачала головой и затем вышла из своих покоев.
– Стражников Тумана мы убьем, но если столкнемся с Дикой Охотой, единственное, что можно сделать, это бежать. Ни у кого из нас нет шансов выстоять в схватке с ними.
И мысль, которую я никак не могла поймать, снова завертелась у меня в голове, напомнив наконец, что Кэлум не просто защитил меня от Охоты, но и остался в живых после схватки с ними, а ведь это всем тоже представлялось невозможным.
Все потому, что Охотники искали меня.
И я сделала
