единственное, что могла сделать в этом случае. Не стала говорить, что они проявили интерес именно ко мне, а почему, я не знала.
Я опять промолчала. Закрыла свой поганый рот на замок.
33
Снаружи я почти сразу промерзла до костей, несмотря на теплую одежду. Проводя дни во влажном тепле катакомб, я отвыкла от морозного воздуха и теперь не знала, смогу ли когда-нибудь снова приспособиться к холоду или так и буду вечно мерзнуть. Всю свою жизнь я провела в прохладном климате и хорошо знала зиму. Дома у нас часто было холодно, и у меня не было нормальной теплой одежды. Но сейчас холод как-то особенно быстро проникал в меня, будто внутри меня ширилась холодная пустота, взывающая к самому ветру.
Мы шли весь день, сначала по лабиринту узких туннелей, протянувшихся через все Полые горы. Они отличались от катакомб в самом лагере Сопротивления – были намного меньше, и дышалось в них с трудом. Нам удавалось идти только гуськом, а в некоторых местах проходы настолько сужались, что приходилось буквально протискиваться между стенами. Когда мы наконец вышли на солнце, я глубоко, судорожно вдохнула морозный воздух и почувствовала необъяснимую благодарность всему, что в тот момент окружало нас.
Мы вышли с другой стороны Полых гор, откуда я и Кэлум начали путешествие. Внизу зияла глубокая пропасть пролива между Главным континентом и островом Руин на нашей стороне. Тропа между горным хребтом и бурлящим потоком внизу тянулась все дальше и дальше, оставляя нам ровно столько места, чтобы мы могли идти с комфортом, не опасаясь поскользнуться на припорошенной снегом земле. Пока эта снежная пыль лишь намекала на приближающийся холодный сезон. Снег едва прикрывал траву, но его было достаточно, чтобы оставить следы для любого, кто окажется на этом почти диком склоне гор.
Кэлум шел впереди в сопровождении нескольких людей из личной команды Мелиан, обсуждая стратегию проникновения в город. За ним в более медленном темпе шли мы с Мелиан. Мне казалось, что я выгляжу смешной из-за штанов, скрывающих ноги. Это было странное ощущение.
– Что-то не так с этим твоим Кэлумом, – сказала Мелиан, толкнув меня плечом, когда первый ряд мужчин двинулся вперед.
За нашей спиной все еще стояли охранники Мелиан, защищавшие своего руководителя от любых угроз. Остальные уводили Кэлума подальше, чтобы он не слышал нашей с ней беседы. Все выглядело так, будто они подготовились к разговору, который, как она считала, был нам нужен.
С момента нашего появления в Сопротивлении мы с Мелиан общались несколько раз, несмотря на протесты Кэлума. Она вела себя прямолинейно до предела, но я поняла – мне нравится, что она не играет в игры. Я всегда знала ее позицию по тому или иному вопросу, к лучшему или к худшему, и хотя не всегда соглашалась с ней, я уважала ее за то, что она принимает решения, исходя из безопасности всех, за кого несет ответственность.
– Я уверена, это не имеет ничего общего с тем фактом, что, как ты знаешь, у нас с ним была близость и что я не пустила ни одного из ваших мужчин в свою постель, несмотря на предупреждения о том, как опасна чрезмерная привязанность, – произнесла я, сладко улыбаясь и поворачиваясь в ее сторону.
Мелиан фыркнула, сдерживая смех, а потом подняла руку и щелкнула меня по носу.
– Не язык, а бритва. Однажды он доведет тебя до неприятностей.
– Уже довел, – рассмеялась я.
– Но я серьезно, Эстрелла. Я ему не доверяю и не уверена, что ты можешь ему доверять, – многозначительно сказала Мелиан, наблюдая за Кэлумом.
Тот показывал одному из ее бойцов прием, который часто использовал в спаррингах, и при этом продолжал идти, не теряя ни координации, ни изящества движений, чему я ужасно завидовала.
– Тебе и не нужно ему доверять. Главное, что я ему доверяю. Он несколько раз жертвовал собой, чтобы спасти меня. Как я могу не доверять ему после этого? – спросила я.
– Ты когда-нибудь встречала человека, который мог бы в одиночку уничтожить пещерного зверя? Ты же не была на поле этой кровавой бойни? А я сходила. И увидела, что там осталось. Вернее сказать, ничего не осталось, Эстрелла. Он разорвал этого монстра на кусочки, которые даже потушить невозможно, – возразила Мелиан.
Мы шли между деревьями, прохладный ветер целовал меня в щеки, и мне не хотелось думать о бойне. Мы должны были прибыть в Калфолс только на следующий день, и перспектива выслушивать еще одну лекцию показалась мне более утомительной, чем прогулка по самому Нотреку.
– Его защитил Виникулум, и у него есть дар – мечом он владеет как бог. Вряд ли это преступление. Ты же сама, без колебаний, используешь это в своих интересах, когда тебе надо. Иначе мы бы не сопровождали вас в Калфолс, – сказала я, взглянув на нее. – Если ты ему не доверяешь, зачем позвала нас с собой?
– Лучше самой приглядывать за ним, чем оставить с моими людьми, – ответила Мелиан, на ходу пиная снег ботинками. – Если кто-то и должен страдать от последствий неправильного выбора, то только те, кто сделал этот выбор, кто доверился не тому человеку, кто впустил его в наш круг. И это я и ты, Эстрелла.
Я протянула руку и собрала снег с каменного склона горы. Он быстро растаял на ткани перчаток, которые дала мне Мелиан.
– Что же, по-твоему, он собирается сделать? Убить меня? У него были сотни возможностей. Отдать меня Страже Тумана? Он мог легко сделать это до того, как мы пришли в горы. Нет у него никакой другой цели или скрытого мотива. Он просто хочет быть со мной. В это действительно так трудно поверить? – спросила я, позволяя себе открыться и стать уязвимой.
Ее лицо на мгновение смягчилось, и она покачала головой.
– Поверить в то, что он хочет быть с тобой, нетрудно. Но не это вызывает мое беспокойство. Меня беспокоит, что ты совершенно ослеплена своими чувствами к нему и не можешь ясно мыслить. Не могу отделаться от мысли, что ты что-то скрываешь от меня, чтобы защитить его, – сказала Мелиан, напомнив мне об информации, которую я на самом деле скрыла.
Кэлум сказал, что ему удалось сбежать от Дикой Охоты, потому что они искали именно меня. Было это правдой или нет, точно я не знала. Но признаться Мелиан в этом я тоже не могла, понимая, что ничего хорошего из этого не выйдет. Она либо не поверит этому, либо выгонит нас из-за
