- Прости, Молли, - сказал я. - Но это всё, на что я способен. Мы всегда понимали, что я, скорее всего, не доживу до конца этой истории… Чужеродная материя полностью проникла в меня. Сейчас ты можешь сделать для меня только одно… Быстро, пока Сердце не нашло способ отнять у меня контроль над доспехом, возьми Резак Торков и разрежь Торк на моей шее. Это разрушит броню, и она не сможет причинить тебе вреда. Затем возьми Клятвенник и разбей этот самодовольный говорящий алмаз на миллион кусочков.
- Я не могу этого сделать, Эдди! Это убьёт тебя!
- Я всё равно умру! Сделай это, Молли. Пожалуйста. Защити себя. По крайней мере, так… моя смерть будет иметь хоть какой-то смысл.
- Эдди…
- Если ты любишь меня, убей меня. Потому что я лучше умру, чем увижу твою боль.
- Мне бы хотелось, чтобы всё сложилось иначе.
- Мне тоже. Прощай, Молли. Моя единственная настоящая любовь.
Я опустил свою золотую голову, подставляя ей свою шею. Мои движения уже стали скованными, так как Сердце боролось за контроль. Молли достала уродливые чёрные ножницы и приставила их к моей золотистой шее сбоку. Где-то на заднем плане Сердце выкрикивало приказы, но никто из нас не слушал. Молли с силой сжала ножницы, и чёрные лезвия рассекли мой Торк. Моя золотая броня исчезла в одно мгновение, и две половинки моего золотого ошейника упали на пол. И я громко рассмеялся, когда новая сила хлынула в меня. Я поднялся на ноги, всё ещё смеясь, и поднял Молли, а она озадаченно смотрела мне в лицо. Она сама начала смеяться от облегчения. Я взял её на руки и прижал к себе, а она обняла меня, и я почувствовал себя сильным, здоровым и наконец-то умиротворённым. Мы с Молли прижимались друг к другу, казалось, целую вечность, и мне было хорошо, так хорошо быть живым… Наконец мы отпустили друг друга, отступили и посмотрели друг другу в лица.
- Эдди, ты жив…
- Я знаю! Разве это не здорово?
- Как… Эдди, у тебя на горле ошейник. И он серебряный.
- Я знаю, - сказал я. - Странное дело. Видимо, произошло какое-то недоразумение…
- Мягко говоря, - сказал новый голос. - Я уже начал думать, что не успею достучаться до вас вовремя.
Новый голос был раскатистым, мощным и весьма здравомыслящим, и он громом разнёсся по Святости. Он исходил от меня, но говорил не я. Сердце вопило в ярости и отчаянии, но по сравнению с новым голосом это звучало как нечто ничтожное. Странная материя, говорила через меня.
- Наконец-то пришло время узнать правду, - говорила она. - Теперь ты знаешь истинную историю этого мерзкого и злобного существа, которое ты знаешь как Сердце. Грешник. Вор. Трус. Убийца. Оно прибыло сюда, потому что испугалось. Потому что оно знало, что я преследую его, что я вот-вот схвачу его и верну туда, откуда оно явилось, для суда и кары. За все те ужасные преступления, которые оно совершило в стольких измерениях. Тысячелетиями Сердце было в бегах, проходя через измерение за измерением и питаясь всем, что оно там находило. - Я шаман своего племени, как и ваши предки-друиды. Мы защищаем невинных и караем повинных, и мы никогда не сдаемся. Я почти потерял след Сердца. След истаял, а я обыскал столько мест… И тут между измерениями появилось небольшое отверстие. Оно не было похоже ни на что, что я когда-либо видел раньше: расплывчатое и расфокусированное, довольно примитивное.
Это была Голубая фея, причудливо использовавшая свой дар, чтобы поудить и посмотреть, что он может зацепить. Заинтригованный, я позволил ей выловить маленькую частичку себя и протащить её в своё примитивное захолустное измерение. И там было Сердце! Спрятавшееся в глубинах измерений, там, где никто и не подумал бы искать. Я чувствовал его присутствие, но его точное местонахождение было сокрыто от меня. Поэтому я манипулировал Голубой феей, чтобы она передала маленькую частичку меня самой могущественной группе в этом измерении - семье Друд. И, конечно, как только меня доставили сюда, я смог обнаружить Сердце. К сожалению, меня было недостаточно, чтобы прорвать защиту, которую ваша семья установила вокруг Сердца. Поэтому я ждал. И вскоре Голубая фея снова отправилась на рыбалку, и я позволил ей поймать ещё больше меня. А потом я манипулировал ей, и предателями Друд, и, наконец, повелителем эльфов, и всё это для того, чтобы он запустил мою стрелу в тебя, Эдди. Чтобы ты привёл меня сюда, в обитель Сердца. Под все его защиты. Я не хотел причинять тебе такую боль, Эдди. Все страдания и слабость были вызваны тем, что моя странная материя контактировала с ошейником Сердца. То, что можно назвать коротким замыканием. Человеческое тело не предназначено для поглощения таких диаметрально противоположных потусторонних субстанций.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
- Почему я не умер, когда Молли отделила от меня Торк? - спросил я.
- Друды умирают тогда, когда отделяются от своих Торков, потому что так захотело Сердце, - сказал голос. - Оно не могло рисковать тем, что какая-нибудь из его игрушек потеряется. Но теперь всё позади. Сердце больше не сможет причинить тебе боль, Эдди. Я здесь, ты под моей защитой. И после того, как оно будет уничтожено, оно больше не сможет навредить твоей семье. И хотя я преследовал Сердце так долго… Я думаю, это твоя привилегия - уничтожить Сердце, Эдди. Если ты хочешь этого.
- Я хочу этого, - сказал я, снял с пояса Клятвенник и повернулся лицом к Сердцу.
- Ты не можешь этого сделать! - закричало оно. - Я сделало тебя тем, кто ты есть! Я сделало твою семью могущественной! Я поставило вас во главе этого маленького глупого мира! Ты не посмеешь причинить мне вред! Я твой бог!
- Плохой бог, - сказал я.
Я поднял Клятвенник над головой и обрушил его на огромный алмаз. Древнее оружие проявило свою беспощадную суть и развеяло все энергии - скрепы, связывающие существо. Сердце пронзительно закричало, его свет замерцал - запульсировал, а затем могучий алмаз взорвался без единого звука.
Он разлетелся на миллионы безжизненных осколков, осыпался на пол, как песок, от Сердца ничего не осталось. В конце концов, в нём не было ничего особенного. Сердце всегда было пустым. И когда Сердце было окончательно уничтожено, все души, которые так долго были заперты в нём, наконец-то освободились. Они ненадолго проявились в неподвижном воздухе Святости, одна за другой, вспыхивая и угасая, бесчисленные мерцающие формы взрывались, как множество беззвучных фейерверков, в последнем проявлении радости от своей свободы, прежде чем, наконец, уйти к тому, что будет дальше. Молли вскрикнула от восторга и захлопала в ладоши. И в самом конце ко мне подлетела одна маленькая душа. Мой близнец. Мой брат. Он висел в воздухе передо мной, совсем малыш, всего несколько дней от роду, а потом внезапно вырос во взрослого человека, моего роста, моего возраста. Он выглядел… как лицо, которое я вижу в зеркале каждый день, только без всех морщин, которые оставили боль, потеря и долг. Мой брат долго рассматривал меня, а потом улыбнулся мне, подмигнул и исчез. И на этом всё закончилось.
Эпилог
Когда Сердца не стало, Святыня больше не ощущалась как Святыня. Это было похоже на тишину после взрыва, на затишье после бури, на невероятный покой, когда просыпаешься и понимаешь, что кошмар наконец-то закончился. Святилище теперь было просто пустой комнатой, широкой и гулкой, со слоем песка на полу. Дракон был мёртв, но я не чувствовал себя драконоборцем.
- Как ты себя чувствуешь, Эдди? - спросила Молли.
- Превосходно, - ответил я. - Боль прошла, слабость прошла, и я снова в норме.
- Нет, Эдди, - мягко сказала она. - Как ты себя чувствуешь..?
- Я не знаю, - сказал я. - Беспомощным. Потерянным… Раньше я знал, кто я, в чём смысл моей жизни. Потом у меня это отняли. У меня была семья, и это тоже исчезло. Всё исчезло…
- У тебя всё ещё есть я, - сказала Молли.
- Правда?
Она положила руки мне на плечи, притянула меня к себе и поцеловала. - Попробуй избавиться от меня, идиот.
- Итак, - сказал я через некоторое время. - Сердцу конц. Что нам теперь делать?
