Чтобы сохранить надежду, позвольте мне напомнить вам, что «если мы признаем наши грехи, Он будет верен и простит нам наши грехи и очистит нас от всякой неправды». Бог, Который требует праведности, указал нам путь к праведности. Обратитесь же к Господу!
С глубоким уважением Джон У. Баррет – старший».
– Хм-м. Да, Папа в своем репертуаре, – сказал Джон. – Теперь я понимаю, почему он так действовал губернатору на нервы. – Он взглянул на дату в начале письма. – 6 мая 1991 года. Это еще до смерти Энни.
– Он посмотрел на Карла и увидел на его лице такое же ошеломленное выражение, какое, вероятно, появилось и на его собственном лице. – Он знал, Карл. Он знал. Ты представляешь... Когда Макс встретился с ним у Женского медицинского центра и рассказал ему про Энни, Папа уже знал про Хиллари Слэйтер. И «страшная беда», о которой он говорил в письме... действительно произошла. Еще одна девушка умерла – точно так же, как Хиллари.
А потом одна мысль, одна догадка внезапно пришла Джону на ум, и он понял так ясно, словно всегда знал это:
– Карл, бьюсь об заклад, они умерли в одной и той же клинике. Папа сразу понял это. – Другая мысль осенила его. – И...думаю, Господь сказал об этом и мне, позже... Однажды я вдруг понял, что Энни была не единственной. Именно это и надеялся доказать Папа.
– И кто-то убил его.
– И кто-то убил его.
Теперь оба сели – Джон на табурет. Карл на пол. Узнав такую вещь, невозможно легко и просто перейти к рассмотрению следующей. Они должны были все тщательно обдумать, взвесить, а для начала поверить в свою гипотезу.
Дотянувшись до верстака, Джон взял и перелистал другие бумаги.
– Да, смотри: «Глен Мерфи... Эл Коннорс, фельдшеры». И тут номера телефонов. Вероятно, Папа связался с медиками, приезжавшими по вызову к Хиллари Слэйтер. А вот телефон Макса и Дин Брюверов, и... подумать только! здесь адрес и телефон доктора Марка Деннинга. Интересно, успел ли Папа добраться до него?
– Во всяком случае, Лесли добралась.
– И можешь не сомневаться, мы поговорим и со всеми остальными. – Джон положил бумаги обратно на верстак. – Нам надо хорошенько подумать, Карл! Тут требуется мозговая атака. Что нам известно? На что указывают все факты?
Карл начал с простейшего вывода:
– Хиллари Слэйтер умерла в результате неудачного аборта... и судя по всему, врач действительно напортачил.
– А истинные обстоятельства смерти скрыли – придумали эту версию с передозировкой ворфарина для средств массовой информации, в том числе и новостей Шестого канала... А теперь выходит, что даже свидетельство о смерти было сфальсифицировано. Нужно проверить, кто заполнял его. С этого момента события приняли несколько странный оборот.
– Но как дедушка все узнал? Когда он узнал?
– Может, Господь сказал ему, я не знаю. Но он получил копию свидетельства о смерти 2 мая, то есть через две недели после смерти Хиллари – значит, он проверял свою гипотезу, это мы знаем. Потом, всего четырьмя днями позже, он написал губернатору. Из Папиных слов я понял, что он так и не получил ответа, каковое обстоятельство не кажется странным.
Потом Джон потряс головой.
– Хм-м... Неудивительно, что он выступал на митинге губернатора со всеми этими речами. Он хотел так или иначе привлечь внимание Слэйтера. – Джон слабо улыбнулся при следующем воспоминании: – Он довольно долго преследовал губернатора – с мая по сентябрь, – стараясь привлечь его внимание. Думаю, в конце концов он начал здорово действовать Слэйтеру на нервы.
– Но чье-то внимание он привлек – кто-то ведь дал ему эту пленку.
– Посетитель... – задумчиво проговорил Джон. – Он приходил в тот же день, когда я приезжал к Папе на встречу, эту последнюю нашу встречу. По словам Джимми и Чака, этот человек появился около десяти часов. Он не задержался на долго, а значит, особых дел к Папе у него не было. Думаю, он просто занес пленку... и, вероятно, вторую копию свидетельства о смерти Хиллари. – Джон кивнул, по частям восстанавливая общую картину происшедшего. – Конечно... Когда я пришел, у Папы на столе лежал плейер Чака Кейтсмана, и Папа плакал, ион сказал, что узнал одну вещь, которой очень хотел бы поделиться со мной, но не может, поскольку...
– Поскольку ты еще не в ладах с Истиной, – вставил Карл. Славный старина Карл, как всегда, излишне прям. Впрочем, Джон не видел смысла возражать.
– Да... да, верно. Но сейчас я стараюсь, по крайней мере. Карл принял ответ.
– Ладно. Но у меня вопрос: почему дедушка? Джон мог только строить гипотезы:
– Возможно, после того, как Папа побывал на митинге... ты же знаешь, его показали по телевидению тем же вечером... кто-то решил, что такой противник губернатора идеально подходит для того, чтобы отдать ему пленку.
– А как ты думаешь, этот осведомитель знал, что дедушкин сын работает на телевидении в программе новостей? Хороший вопрос, прочитал Карл выражение лица отца.
– Вполне возможно. Но пленка... Насколько я понимаю, человек с улицы не может просто явиться на станцию неотложной помощи и сделать такую запись. К подобным записям нет свободного доступа, они не подлежат огласке.
Карл был заинтригован.
– О... Так, значит, мы говорим не о человеке с улицы.
– Да, вероятно, это кто-то из окружения губернатора. Возможно, этот человек читал Папины письма и видел его на митинге... а возможно, даже знал о Брюверах и о том, как Папа помогал им выяснить обстоятельства дела...
– Точно. Точно.
– ...и, возможно, знал, что я – его сын и работаю на телевидении.
– Но это только догадки – и ничего больше.
– Но тут есть обстоятельство, которое меня настораживает:
если... подчеркиваю, если... Папу убили из-за этой пленки, тогда кто же та девушка, что звонила в «службу спасения»? Она свидетельница. Она может подтвердить, что Хиллари сделала аборт; она сказала про аборт, это записано на пленке. А судя по всему, Хиллари находилась в тяжелом состоянии, поэтому я не удивлюсь, если эта девушка... Она назвалась подругой Хиллари, так ведь?
– Да. То есть они дружили. То есть...
– То есть я не удивлюсь, если окажется, что именно подруга Хиллари вероятно, близкая подруга – отвозила ее домой из клиники после аборта. А следовательно, она знает, в какой клинике это происходило.
– И мне показалось, она убежала оттуда, услышав, что идут губернатор с женой.
– Конечно. Это был тайный аборт – про который родители не должны были знать. Подруга отвозит Хиллари в клинику, привозит обратно, но события принимают непредвиденный оборот; подруга звонит в «службу спасения», но тут, посреди разговора, домой возвращаются родители; подруга бросает трубку рядом с телефоном и убегает.
Карл выпалил следующую мысль:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
