сила, которые не просматривались с первого взгляда, но которым невозможно было противостоять.
— Хорошо, — тихо ответила я и, бросив на далёкие скалы последний тоскливый взгляд, пошла вслед за женщиной обратно в лагерь.
А там уже начинали просыпаться люди. С угнетённым видом они выходили из палаток и собирались возле разгоравшихся костров. У многих на лицах читалась озадаченность, а некоторые неподвижно сидели, словно в трансе, невидящим взглядом уставившись на тарелки с бесцветным варевом. И не составляло труда догадаться, какие сны снились им этой короткой ночью и какие мысли теперь посещали их головы.
Возле нашей палатки тоже горел костёр, заранее разведённый кем-то, или чем-то, и над ним болтался большой, дымящийся котёл, к которому подходили люди за своей порцией завтрака. Никто из них не проронил ни слова. Они молча зачерпывали жидкое варево, устраивались возле огня и так же молча его поглощали. Эмили практически насильно усадила меня на свободное место, достала откуда-то из-под полога две миски, наполнила их и сунула одну мне.
— Ешь, — приказала она, первой нарушив нависшее над лагерем молчание.
— Нужно разбудить Меланию, — обеспокоенно произнесла я, уставившись на еду.
— Сама проснётся. Здесь до обеда не поваляешься.
— Ну, да… — невесело усмехнулась я. — А кто разводит эти костры?
— Я… Я не знаю, — нехотя призналась Эмили, словно ей было стыдно чего-то не знать. — Они просто появляются.
— Странное место…
— А ты чего ожидала? — фыркнула Мелания над моим ухом. — Что выглянет солнце, и кучка волонтеров будет раздавать всем мороженое?
— Я же говорила, сама проснётся! — засмеялась Эмили и по-матерински нежно посмотрела на девочку.
— Доброе… Утро, — споткнувшись на полуслове, ляпнула я.
Я так привыкла произносить подобную фразу в земной жизни, что даже не задумывалась о её смысле. Она являлась обычным пожеланием, актом вежливости, но оказалась совершенно неуместной здесь — в мире, где ничего хорошего, а уж тем более доброго, произойти просто не могло.
В ответ Мелания усмехнулась и снова скрылась в палатке, забрав свой завтрак с собой.
— Надеюсь, она выживет, — произнесла я, и, наверное, в моём голосе и взгляде читалась такая же нежность. — Будет обидно, если ребёнок умрёт за тех, кого даже не знает…
— Здесь нельзя надеяться, — спокойно ответила Эмили. — Здесь нужно выживать. Поверь, Мелания умеет это делать гораздо лучше, чем мы с тобой…
И вновь прозвучал звон колокола.
Он гулким эхом прокатился над лагерем, над пустынным, парящим полем, посеяв в сердцах и без того испуганных людей ещё больший ужас и страх. Этот звук я слышала вчера, и он означал, что пришло время спать. А что же теперь — он являлся сигналом к началу Битвы или чем-то другим?..
Люди разом подняли головы и устремили взгляды в сторону кривых скал, по которым ещё недавно ползла вереница огоньков. Но теперь они опустели, вновь превратившись в чёрное пятно на фоне серого неба, и только на скрюченных пиках сияли две еле заметные, тусклые звёздочки — оранжевая и голубая — словно крошечные маяки в мире хаоса и мрака.
— Что это? — я встревожено посмотрела на Эмили, которая не подняла голову, как остальные, а сжалась в крошечный комочек, втянув её в плечи.
— Подъём, — почти прошептала она. — Доедай, нам пора собираться.
Аппетит у меня так и не появился, поэтому я поставила на землю нетронутую миску и направилась в палатку. Готовиться к Битве. Вот только я совершенно не представляла, как буду натягивать на себя груду неизвестного железа, держать в руках длиннющий меч, а главное — как смогу сражаться, не владея оружием в принципе…
Внутри я застала Меланию. Она не теряла времени даром и в одиночку полностью облачилась в отполированные доспехи. Правда, несмотря на латы и воинственный вид, на Воина так и не стала похожа, в силу своих лет и в силу невысокого роста напоминая скорее закованного в железо карлика. И всё же с поразительной лёгкостью эта миниатюрная и хрупкая девочка подхватила практически полностью закрывавший её щит и сделала в воздухе несколько взмахов оружием, разминая руку. Я замерла, зачарованно наблюдая за её движениями, но Мелания заметила моё присутствие и резко развернулась.
— Извини… — промямлила я.
Девочка сверкающей молнией вылетела из палатки, снова едва не сбив с ног меня и подошедшую Эмили.
— Я просто… — попыталась я оправдаться хотя бы перед женщиной, но светловолосая мягко втолкнула меня обратно.
— Не переживай. Мелании нужно время, чтобы принять нас. Жаль, что его слишком мало…
— Я чувствую себя виноватой перед ней. Только не знаю, почему, — призналась я, стянув с подставки огромный нагрудник и попытавшись приладить его к себе.
— Тебя не должна смущать её хрупкая внешность. Мелания — сильный Воин, иначе бы Высшие Силы не призвали её. Поэтому не думай о ней, думай о себе. Тебе нельзя забывать, кто ты и для чего находишься здесь. Тебя тоже выбрали, а значит, Свет возлагает на тебя большие надежды… Давай я помогу тебе одеться.
Эмили буквально впихнула меня в доспехи и ловко застегнула и завязала бесчисленные застёжки и ремешки, скреплявшие их. Потом оделась сама и показала, как нужно было держать щит и меч. Только урок фехтования преподать, к сожалению, не успела.
— Твоя душа вспомнит, не волнуйся, — попыталась она меня успокоить, но как-то неуверенно.
— Ты ведь и сама не знаешь, верно? — спросила я.
— Верно… Но я надеюсь… — прошептала она и, не проронив больше ни слова, вышла под бушующее небо.
Меланию мы нашли возле костра. Она сидела тихо и неподвижно, сложив руки и голову на рукоять меча, словно читая молитву перед боем. Но почему-то я была уверена, что девочка не молилась. Ощутив наше присутствие, Мелания встрепенулась, поднялась с земли и с мрачным лицом направилась вместе с остальными людьми прочь из лагеря.
То, что происходило дальше, напоминало массовое паломничество умалишённых. Люди в сверкающих доспехах протянулись между рядами серых палаток. Будто под гипнозом, они аккуратно обходили догоравшие костры и брошенные на земле вещи, послушно двигаясь в одном направлении — туда, где их ожидала гибель. И я ничем от них не отличалась. Подхватив под мышку шлем, закинув за спину щит и крепко сжав рукоять меча, конец которого то и дело волочился по земле, я шла, ведомая неизвестно кем и неизвестно куда. В голове крутились Ванины слова: «Просто делай то же, что и остальные…» — и я решила выбрать их своим девизом на сегодня, поскольку других вариантов у меня просто не было.
Я не видела, кто шёл впереди, но этот кто-то вскоре остановился, и люди начали расползаться по обе
