что мы с Имраном уже здесь и вызываем подмогу.
Дома Аню дожидалась Феррина: покруглевшая и ещё больше похорошевшая ювелирша лепила пирожки на кухне и перешучивалась с детьми, рассказывая им весёлые истории своего детства. Цель у визита подруги была одна: строго-настрого запретить Ане связываться с невестой Дьявола Дайма!
Оказывается, слухи донесли до Эзмера имя этой невесты: Ролайза Нойс, дочь проректора академии магии. Описание девушки, озвученное подругой, вызывало в памяти знаменитое: «Студентка, комсомолка, спортсменка», которое на местный манер звучало так: «Отличница магической академии, блестяще воспитанная дама высшего света, и наконец, она — известная столичная красавица!» Феррина даже умудрилась раздобыть где-то газету с семейным портретом проректора и продемонстрировала гордо стоящую рядом с отцом дочь. Действительно красотку.
— Запомни и беги прочь, как только узришь это личико! — сурово потребовала Феррина.
После её ухода в домик антисвахи началось настоящее паломничество бывших клиенток: все сочли своим долгом дать Ане один и тот же мудрый совет: ни в коем случае не браться отваживать жениха от невесты Дьявола! Аня соглашалась, растягивая губы в сияющей улыбке, заверяла, что слишком боится зловещего магистра, чтобы выдёргивать жертву из его когтей. И украдкой поглядывала на благоухающие розы, кровавыми пятнами застывшие по всем углам: к чему он приносил их?
«Держать себя в руках, когда обидно, и не устраивать сцен, когда больно, — вот что такое идеальная женщина», — напомнила себе Аня второй раз в жизни. Впрочем, кто она такая, чтобы устраивать сцену великому магу? Так, бабочка-однодневка, случайно привлёкшая его взгляд.
В тот вечер только одна женщина зашла по делу: магиня-художница с лихорадочно горящими щеками поинтересовалась, стоит ли её живопись того, чтобы антисваха занялась её судьбой.
— Ещё как стоит: владелец картинной галереи Эзмера готов устроить вашу персональную выставку хоть завтра, — рассказала Аня о своей встрече с господином Артюлем.
— Это прекрасно, но не решает моей проблемы с мужем, скорее — может усугубить её! — заломила руки клиентка. — По закону всей собственностью супругов распоряжается муж, так что он может уничтожить мои картины прямо в выставочном зале, «чтоб впредь неповадно было через голову супруга лезть и по-своему делать»!
— Я поговорю с ним, — решительно стукнула карандашом по столу Аня. — Всякому самодурству должен быть предел!
— Боюсь, постороннего человека муж вообще не станет слушать, — всхлипнула клиентка.
— Поэтому он будет слушать вас, свою жену, — улыбнулась Аня, додумывая про себя: «Только на этот раз не истерящую и не рыдающую, а спокойно предлагающую компромиссное решение. С неглупым мужчиной всегда можно договориться! А уж с глупым и того проще на свой лад дело повернуть».
— Поклянитесь, что придёте мне на помощь! — со слезами потребовала клиентка и, чертовка, скрепила магией Анино обещание.
Уходила художница с огнём надежды в глазах, оставив солидный аванс и клятвенно обещая достать и принести самый надёжный артефакт магической личины.
«Приноси, приноси, в платье всегда потайной карман найдётся», — улыбнулась Аня. Слишком сильно полагаются маги на свою магию, простому честному слову уже не готовы верить.
А на следующий день наконец-то состоялась всеми ожидаемая встреча…
Стоило Ане выйти утром на крыльцо дома, как к ней резко подлетела карета на магическом ходу, и воздушные силки затянули её в нутро экипажа.
— Дежавю, — недовольно проворчала Аня, временно ослепнув в полутьме после яркого солнца. — Господа стражники, вы повторяетесь, как навязчивый кошмар. Передайте главе Оэну, что у меня есть ноги и я способна самостоятельно доковылять до управы, когда меня в неё вызывают!
— Ого, как смело вы высказываете недовольство предполагаемым охранникам правопорядка, — прожурчал рядом мелодичный девичий голос. — Слухи, что все холостые мужчины Эзмера побаиваются портить отношения с вами, подтверждаются.
Проморгавшись, Аня рассмотрела сидящую напротив девушку. Невеста магистра пожаловала в Эзмер!
«Видимо, свадьба совсем скоро», — ёкнуло глупое Анино сердце, а гордость заставила её выпрямить спину и спокойно поправить причёску.
— Госпожа Ролайза Нойс? — с олимпийским спокойствием уточнила Аня.
— О, донесли уже. Полагаю, наша встреча была предопределена, — скривила губки родовитая магиня.
— Так полагали не только вы, — согласилась Аня. — Чего хотим?
— Есть варианты? Толкуют, к вам приходят за одним делом: отвадить неугодного жениха, — холодно процедила Ролайза.
— Варианты есть: иногда приходят отвадить неугодного мужа, — усмехнулась Аня, — а порой мои клиентки приходят к выводу, что их жених не так уж плох и радостно выскакивают за него замуж.
— Я весьма далека от радости, — мрачно заверила Ролайза.
— Не так страшен чёрт, как его малюют. Присмотритесь к магистру: он из той редкой породы мужей, за которыми женщина чувствует себя, как за каменной стеной, — от души посоветовала Аня, скрепя сердце.
— Неужели такие дешёвые сентенции на кого-то действуют? — фыркнула Ролайза. — Мне грозит принудительный брак по расчёту, причём по расчёту не моему, а отца. Здесь есть две проблемы: во-первых, мне думается, папа сильно просчитался — магистр уже обошёл его на повороте, возможностей переиграть его лично я не вижу, чтобы ни задумывал мой отец. Во-вторых, когда я соберусь замуж, то буду искать себе не «каменную стену», а покорного щенка: я сама собираюсь быть главой своей семьи, все знакомые мужчины как-то не произвели на меня впечатления разумных существ, на которых можно положиться.
— Повторюсь: присмотритесь к жениху, он умён.
— Да, с этим не поспоришь, но он ещё тираничен и жесток, и даже магию ему не противопоставишь — он гораздо сильней меня, — прорычала Ролайза, нервно разрывая изящный платочек и обращая пеплом белые клочки. — После свадьбы Дьявол будет иметь надо мной полную власть, и у меня совершенно нет желания выяснять, как он ею распорядится.
— Только слабый мужчина старается превратить жену в рабыню, а магистр не из слабых, — смотря в окно на проплывающие мимо знакомые парки и скверы, убеждённо сказала Аня. — Знаете, я давно пришла к выводу, что слабые мужчины заводят любовниц, а сильные — крепкую семью, в которой власть мужчины не беда, а благо, поскольку всю свою силу он направляет на то, чтобы сделать счастливыми жену и детей.
— Вы всем клиенткам болтаете такую чушь? Удивительно, где вы столько дур находите, чтобы безбедно жить, — прошипела Ролайза. — Вы можете предложить мне действенный способ избавиться от жениха?!
— Могу, — кивнула Аня и твёрдо посмотрела в синие глаза напротив: — Скажите ему уверенное «нет» перед алтарем.
— Тьфу!!! Знаете, у меня нет желания быть избитой в первую брачную ночь! На моё «нет» никто не обратит внимания в храме, а вот свежеиспечённый муж точно его припомнит. Да уж, прославленная антисваха, впечатления вы на меня не
