Старый парк встретил их темнотой и сыростью, в ветвях печально перекликались тропические ночные птицы.
— Двигаемся к беседке, вон она, кажется, — прошептал Денис. — Сеньор Орлан, возьмите у меня фонарик, зажжёте его по моей команде.
Через десять минут раздались голоса.
— Милая моя Мартина, давайте войдём в эту замечательную беседку, посидим на лавочке, я вам почитаю свои стихи, — настойчиво уговаривал с сильным английским акцентом приятный мужской голос.
— Я, право, не знаю, — неуверенно отвечал ему женский, знакомый до боли в сердце. — Это так неудобно, мы с вами ещё так мало знакомы…
Денис несильно ущипнул Орлана за локоть, мол, приготовься, женераль!
От входа в беседку внезапно послышались звуки какой-то возни, женский голос откровенно запаниковал:
— Что вы делаете? Остановитесь, пожалуйста! Вдруг, кто-нибудь увидит…
— Вперёд! — тихо скомандовал Денис.
Когда до неясных тёмных фигур осталось метров пять, дон Мануэль нажал на кнопку карманного фонарика. В ярком свете бело-жёлтого луча из темноты "проявилась" весьма пикантная картина: Марта, отводя в сторону своё лицо, искажённое брезгливой гримасой, упиралась руками своему кавалеру в грудь, американец же, крепко обхватив девушку за бёдра, тянулся к её шее тонкими губами, сложенными трубочкой.
"Вот же, похотливый сукин сын!", — весело возмутился про себя Денис, прыгнул вперёд и влепил наглецу крепкую оплеуху.
Американец тут же выпустил девушку из объятий, ловко отпрыгнул назад, принял боевую защитную стойку и хладнокровно заявил:
— Вы просчитались, господа грабители! Лёгкой поживы сегодня не будет. Уносите-ка свои ноги — подобру-поздорову!
— Мистер Хэнкс? — искренне удивился Орлан. — Вот, уж не думал, что вы можете себя так непочтительно вести — по отношению к юным и беззащитным девушкам. Вы меня помните? Мы же с вами неоднократно встречались в Асунсьоне.
— Генерал Орлан? — американец был ошарашен. — Что вы здесь делаете, любезный?
— Экс-генерал, — поправил собеседника дон Мануэль. — Спрашиваете, что я здесь делаю? Наблюдаю, как некий иностранец, ранее носивший маску истинного джентльмена, пытается подло совратить непорочную невесту моего друга, доблестного идальго Оскара Рамоса. Надеюсь, мистер Хэнкс, вы понимаете, что нанесённая вам пощёчина, означает вызов на дуэль?
— Полноте, генерал, — американец был явно сбит с толку, переводя свой взгляд с Дениса на сеньора Орлана и обратно. — Какая дуэль? Мы живём в совсем другие времена…. Так, лёгкое недоразумение. Просто девушка забыла сообщить мне, что у неё имеется жених. Я готов принести свои искренние…
— Дуэль! — жёстко, словно — "припечатал", заявил экс-генерал. — В противном случае весь мир узнает, уже сегодня, что вы, мистер Хэнкс, подлый и низкий трус! Так как?
Американец неожиданно успокоился и картинным движением развёл руки в стороны:
— Хорошо, пусть будет — как угодно храбрым кабальерос! Дуэль, так дуэль…. Вас, сеньор жених, устроит завтрашнее утро? Скажем десять часов, на лужайке за теннисными кортами?
— Безусловно, — коротко кивнул головой Денис. — Мой друг — сеньор Мануэль Орлан — сообщит местному обществу о данном мероприятии. Я не хотел бы убивать вас без должного количества благородных зрителей.
Американец коротко засмеялся:
— Просто прекрасно! Я в диком восторге! Кстати, — недобро улыбнулся, — я же, как лицо, получившее оскорбительную пощечину, выбираю вид оружия? Замечательно! Тогда, сеньор Рамос, ставлю вас в известность, что наш завтрашний поединок будет проходить на испанских навахах. На "первоначальных" испанских навахах…
Глава двадцать вторая
Финальная точка
Как и предполагалось, Мартина осталась ночевать у него в номере.
— Вот, возьми, — Денис протянул девушке ключ. — Постой пока в коридоре, дождись, пока я зайду в номер твоих родителей, и только после этого выходи и отмыкай дверь. Хорошо? Понимаешь, мне как-то неудобно перед ними: наши номера рядом, не хочу, чтобы они знали, что мы проводим эту ночь вдвоём…. Неудобно как-то.
Марта ничего не ответила, молча взяла ключ, улыбнулась и принялась демонстративно любоваться своим колечком — с голубым сферическим алмазом в скромной оправе…
Дверь Денису открыл взлохмаченный и сонный Крест.
— Командир? Что-то случилось? Заходи!
Он коротко рассказал о происшествиях последних часов.
— Ничего не понимаю! — заявил Саня. — Американец — это как раз понятно. Явно, это тот тип, который нам гадил — и в Буэнос-Айресе, и в Марискале. Тут вопросов нет…. И то, что его необходимо нейтрализовать, это совершенно ясно. Но, причём здесь — дуэль? Убили бы по-тихому, без всяких красивостей…. Делов-то — на рыбью ногу!
— А ты что думаешь по этому поводу? — обернулся Денис к Мари.
Сеньора Сервантес понятливо улыбнулась:
— Ты, как всегда, прав, командир. Если его по пошлому застрелить — сильный шум поднимется. Шум поднимется — Борман насторожиться, и, даже, может вообще отменить свой визит в Мендосу. А так — честная и благородная дуэль, дело для современной Аргентины насквозь обычное…. Меня, если честно, только одно смущает в данной ситуации: а, именно, то, что поединок будет проводиться на навахах. Тебе бы надо с Мартиной посоветоваться, она у нас дока в таких делах, реально поможет, подскажет.…Только вот где её сейчас искать, на ночь глядя?
Марта ждала его с двумя высокими бокалами, наполненными вином, в руках.
— И где тебя, идальго, черти носят? Его ждёт молодая и нетерпеливая невеста, а он там политесы разводит…. Давай, выпьем — за блестящее завершение твоей завтрашней дуэли!
Выпили.
Поставив пустой бокал на стол, девушка очень серьёзно спросила:
— Дорогой, а ты наваху-то видел когда-нибудь вблизи?
— Нет, никогда, — помотав головой, сознался Денис. — Знаю только, что это такой испанский ножик. Ещё знаю, что именно при помощи навахи была зарезана одна ветреная цыганка — по имени Кармен.
— Верно, — скупо улыбнулась Марта. — Давай, для начала, я тебе более подробно расскажу об этом виде холодного оружия…. Наваха — это длинный складной нож. Возникла наваха из-за запрета для испанских простолюдинов на ношения длинных ножей. Этот же нож имеет фиксатор в виде пружины со стороны обуха, которую отжимают с помощью кольца или рычага. Форма клинка, который в мирной обстановке спрятан в рукоять, обязательно, со скосом обуха. Рукоятка у навахи всегда имеет характерный изгиб на конце…. Потом, понятное дело, глупый запрет отменили, и мужчины навахами стали пользоваться гораздо реже. А ещё через некоторое время навахи, сильно уменьшившись при этом в размерах, стали неотъемлемой частью дамского туалета…. Уж слишком тяжела была женская доля в тогдашнем "мачистском" испанском обществе (то есть, в обществе, где господствует так называемый "мужской шовинизм"!). А наваха являлась последним орудием борьбы с мужским произволом и, соответственно, последним средством защиты женского достоинства…. Теперь это — просто милая традиция, прижившаяся во всех испаноговорящих странах, — Марта элегантно приподняла подол своего платья и продемонстрировала Нику свою стройную ножку в бесцветном чулке, за подвязку которого был помещён некий продолговатый предмет.
