имеем необъявленную войну! –сказал Русаков.
– Мы Санчело, имеем, несколько точек, отмеченных системой координат. Мы имеем информацию о сокровищах, которая заложена в наш мозг, а не в эту карту. Эту тряпку мы отдаем «Молчи», а пока этот урод будет кататься по лесам в поисках мнимого золота, мы пойдем по более короткому пути, –сказал Виталий. -И этот путь у нас отмечен в блокноте…. –А зачем нам, все эти шпионские страсти, –спросил Русаков. –Может, обойдемся малыми силами и так нежданчиком нагрянем на схрон «Молчи»? –А ты знаешь где он схоронился, – спросил Виталий.– Пусть ищет то, что он хочет найти, а мы сами его найдем. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы гранатами в нас не бросалась. Получив карту, он тут же кинется искать золото. Мартина он не тронет, пока не отработает все схроны. А это не день и не два. На это понадобиться месяц. Я уверен, что он будет до самого конца операции прикрываться им, чтобы мы не могли ничего предпринять.
– А если эти поиски затянутся на два месяца, – спросил Русаков.-Что тогда?
– Хороший вопрос, – сказал «Ташкент». – Трудно удержать баланс канатоходцу на шнуре, когда в одной руке приходится нести ведро с песком.
– Ты намекаешь, на то, что «Молчи», придется и клад искать, и свой тыл прикрывать от наших домогательств, – сказал Русаков.
– Вот видишь – соображаешь…. Судя по размещению отмеченных тайников вблизи магистралей Москва –Ленинград и Москва –Минск и соединив их одной линией, мы получаем другую картину. Отметки эти находятся примерно на одинаковом расстоянии и привязаны к определенным ориентирам на местности. Если взглянуть в корень, и посмотреть на дату на карте – а это май 1942 года, можно представить себе что….
Виталий задумался и, почесав затылок – продолжил: –Нам нужно ехать в Подольский архив министерства обороны. Мне кажется, мы сможем найти там разгадку этим странным знакам. –Пока мы будем ездить с тобой по архивам, «Молчи», прихлопнет Мартина! –Сказал Александр. Давай мы снимем с карты копию, а оригинал отдадим «Молчи». Пусть он ищет себе на жопу приключения, –сказал Александр.
Суточная усталость без сна и отдыха да еще подогретая коньячком, диктовала свои условия. Русаков, не выдержав такого влияния на свой организм, прямо в одежде лег на диван, и тут же мгновенно уснул. «Ташкент», погрузившись в осмысление происходящего, долил остатки коньяка в бокал, и, развалившись в кресле, включил мозг на полную катушку, стараясь выстроить алгоритм дальнейших действий. Мелкими глотками он пил коньяк, а мысли в его голове выстраивались в цепочки многоходовых комбинаций. И вся картина с крестником тут же проявилась. Ему стало ясно, что сын Русакова Мартин до тех пор не был в опасности, пока, у «Молчи» есть хоть какая-то надежда найти сокровища.
Оставшись наедине со своими мыслями, он еще раз достал из кармана фотографию дочки, и пристально уставился на неё, стараясь ощутить, как в нем просыпается отцовский инстинкт. Но инстинкт, просыпаться не имел желания, и поэтому, допив коньяк, «Ташкент» вновь переключил свое внимание на карту и знаки, которые должны были открыть очередную тайну третьего рейха.
Постепенно мысли «Ташкента» добрались до самой сути. Образ «Молчи», вновь возник в голове, и в эту минуту Виталий почувствовал, что они с Сашкой ничего о нем не знают. Сейчас он мог только предположить, что за его спиной могла стоять целая банда и бывших силовиков, которым особист мог посулить часть добычи. Десять лет, которые он провел в местах лишения свободы, в колонии «красная утка» для бывших работников МВД и ФСБ, не могли пройти без крепких связей. А значит, что враг в своей сути был не только хитрым и коварным, но и достаточно сильным. Постепенно веки его сомкнулись, и Виталий погрузился в пучину сна.
Утром, когда Русаков еще спал, «Ташкент», схватив карту, укатил в управление, чтобы хоть как-то приоткрыть тайну этой карты. Нужна была достоверная информация, а её можно было добыть лишь у ядреных «чекистов» Брежневской закалки. Виталий по службе знал такого человека, но не знал, где он мог находиться, выйдя на пенсию. Только в управлении кадров можно было раздобыть его адрес. Но для этого ему удастся убедить начальника отдела.
Полковник Нечаев, который был специалистом в тайнах нацистской Германии, как ни кто другой был в курсе про все секретные операции «Абвера» на территории СССР, которые были санкционированы Гитлером, адмиралом Канарисом, и отделом «Валли-2». Он уже несколько лет находился на пенсии, и вполне мог пролить свет на события тех лет.
К удивлению Демидова достать номер телефона полковника было не так сложно. Нечаев – был человеком публичным, и к его консультациям обращались не только историки и журналисты, но и те, кто занимался розыском павших на поле брани.
Сделав в управлении ФСБ копию карты, «Ташкент», достав телефон эксперта, позвонил ему прямо из управления:
– Алло, это Виктор Сергеевич?
– Да полковник запаса Нечаев, вас слушает, – сказал собеседник.
– Вас беспокоит майор ФСБ Демидов. Я хотел бы с вами проконсультироваться по делам минувшим.
– Да, я сегодня свободен, и смогу с вами пообщаться. Записывайте адрес.
Демидов катил по МКАДУ в сторону Жуковского. Здесь недалеко, от ильинского центра служебного собаководства располагался дом бывшего полковника Нечаева в котором он проживал последние пять лет. Хозяин двухэтажного особняка встретил «Ташкента» у калитки радушной улыбкой.
– Добрый день….
– Меня звать Виталий Петрович, – сказал Демидов. -Я служу в центре специального назначения….
– Альфа, – спросил Нечаев.
– Она самая, – сказал «Ташкент». -У меня к вам Виктор Сергеевич, дело частного характера. Совершенно случайно…. Не успел договорить Виталий, как пенсионер перебил его, намекая на то что им предстоит длительная беседа.
– Давайте Виталий Петрович, зайдем в дом, я угощу вас липовым чаем, и мы обсудим ваш частный вопрос.
Демидов улыбнулся. Пропустив вперед отставника, он пристроился рядом с чекистом, который бодренько посеменил в дом, шлепая по дорожке вьетнамскими тапочками. Полковник по все вероятности, был избалован вниманием доморощенных историков. и прессы, и по этой причине слыл Расположившись в кресле рядом с камином, он попросил жену приготовить чай, и принять дорого коллегу гостя по высшему разряду. Артистично он закинул ногу на ногу, и улыбнувшись, сказал:
– Ну, и что у вас за вопрос такой коллега? Чем могу – тем помогу!
«Ташкент» достал карту и протянул её полковнику.
– Вот такой вот раритет у меня имеется…. Хотелось бы пролить на него свет.
Старик поправил на переносице очки, и, приняв её из рук Виталия, сказал:
– Я так понял, вас интересует, что это за карта и её ценность на данный момент для коллекционеров военной истории?
