от сброшенных на нее тяжелых бомб, при поддержке бьющих с прямой наводки 20-миллиметровых зениток и артиллерии немцы пошли в атаку. К конечной цели наступления – Перещепино и мосту через реку Орель – передовой отряд немцев вышел уже после наступления темноты. Нет ничего удивительного в том, что охрана моста приняла уверенно приближающуюся колонну за своих. Не останавливаясь, эсэсовцы из дивизий 2-го танкового корпуса пересекли мост и после этого атаковали оборонявших его красноармейцев. Разрывы гранат и треск пулеметных и автоматных очередей превратили тихую зимнюю ночь в ад.
Грохот боя поднял гарнизон Перещепино на ноги. Захватившие мост гренадеры были немедленно контратакованы, но все атаки немцы отбили. Наступавшие обычно во втором эшелоне подвижных соединений в 1941 г. эсэсовцы в массе своей не успели почувствовать вкус приключений «блицкрига». В 43-м, несмотря на временные неудачи, очередь врываться в спящие города и захватывать мосты у ошарашенной появлением танков в глубоком тылу охраны все увереннее переходила к Красной армии. Под Харьковом практически в последний раз советские войска дали немцам почувствовать вкус «блицкрига».
После окружения передовых стрелковых и танковых соединений 6-й армии генерала М. Ф. Харитонова следующей целью двух эсэсовских дивизий стал Харьков. 24 февраля под давлением обстоятельств Харитонов решил отказаться от наступательных действий и перейти к обороне. Окруженному 25-му танковому корпусу было приказано вырываться из «котла» своими силами. В полдень 24 февраля с самолета был сброшен вымпел с приказом командующего войсками Юго-Западного фронта на отход в направлении на Балаклею и сосредоточение в районе Орельки, Артельная, Краснопавловка. С наступлением темноты корпус, имея в строю 40 танков и 20 бронемашин, начал выдвижение к переправам на реке Волчья. К своим части корпуса вышли только в конце марта. К 25 марта в район сосредоточения вышло 517 человек командно-начальствующего, 674 – младшего командного и 872 – рядового состава корпуса, всего 2063 человека. Корпус имел 10 бронетранспортеров и бронеавтомобилей, 174 автомашины. Его командир П. П. Павлов попал в плен и был освобожден только в 1945 г.
Бои под Харьковом были исключительно тяжелыми для обеих сторон. 26 февраля дивизия «Тотенкопф» лишилась своего командира. Специалист по охране концентрационных лагерей, обергруппенфюрер СС и генерал войск СС Теодор Эйке вылетел на передовую на самолете «Физилер» «Шторх» и стал жертвой огня советских зениток в районе города Орелька, у деревни Артельное. «Шторх» упал в расположении советских войск, и на следующий день эсэсовцам пришлось снаряжать специальную боевую группу для поисков тела Эйке. Группа была собрана из двух самоходно-артиллерийских установок «Штурмгешюц», трех бронетранспортеров «Ганомаг» и двух взводов мотоциклистов. Ее действия прикрывались огнем артиллерии дивизии «Тотенкопф». Разбитый самолет был в конце концов найден вместе с трупами Эйке, его адъютанта и пилота. Место Эйке занял бригадефюрер СС Макс Симон, командовавший ранее танко-гренадерским полком «Тотенкопф». Он был подчиненным Эйке еще до войны и уже несколько раз временно вступал в командование соединением. Во главе полка «Тотенкопф» встал бывший командир 1-го батальона Отто Баум.
С 28 февраля по 3 марта войска Юго-Западного фронта отходили на рубеж реки Северский Донец. Стремительный отход войск заставил командующего вспомнить про приказ № 227: «Командиры и штабы ск слабо организовали службу заграждения в тылу и выполнение приказа НКО № 227, в результате чего большое количество командного и рядового состава, забыв свой долг перед Родиной, покинув поле боя, оказалось в глубоком армейском тылу». Однако отступление дивизий и корпусов было вызвано вполне объективными причинами. К 19 февраля фронт 6-й армии составлял 200 километров при численности войск в 29 тысяч человек. Сокрушение ударных групп фронта привело к образованию бреши, которая могла быть закрыта только отходом и выстраиванием войск по кратчайшей линии, соединяющей фланги сохранивших позиции частей, с опорой на какое-нибудь естественное препятствие.
К двадцатым числам февраля наступление Юго-Западного фронта было остановлено на всех направлениях. Разгром основных сил 6-й армии позволил командованию группы армий «Юг» ударить во фланг советской группировке в районе Харькова. К 3 марта сражение окончательно перешло в фазу наступления немецких войск на всех направлениях и отхода войск 3-й танковой и остатков 6-й армии по всему фронту. Окружение и частичное уничтожение 12-го и 15-го танковых корпусов армии П. С. Рыбалко в Кегичевском «котле» лишало советское командование подвижных резервов для парирования ударов танковых и танко-гренадерских соединений противника. Начиналась вторая часть сражения за Харьков – обещанное Гитлеру фон Манштейном возвращение города под контроль немецких войск. Выбив большую часть вырвавшихся вперед соединений 6-й армии, немцы получили слабо прикрытую брешь во фронте. Советское командование было вынуждено эту брешь прикрывать, бросая под паровой каток танкового корпуса СС резервы и соединения с других участков фронта.
К моменту подготовки к штурму Харькова 2-й танковый корпус СС более месяца не выходил из боев, и его состояние было далеко не блестящим. В наихудшем положении был «Дас Райх», танковый полк которого насчитывал всего 26 танков. Автомашины и тягачи соединения прошли уже около тысячи километров без надлежащего технического обслуживания. Командир дивизии Валь характеризовал состояние техники «Дас Райха» как критическое. Чуть лучше обстояли дела в «Лейбштандарте», насчитывавшем 40 танков, включая 10 Pz.II. Лучше всего выглядел позже всех вступивший в бой «Тотенкопф» с 49 боеготовыми танками (30 Pz.III, 14 Pz.IV и 5 «тигров»). Собственно, 10 марта части «Тотенкопфа» и «Лейбштандарта» потратили на захват города Дергачи. Как и любое сражение, в котором участвовал 6-й гвардейский кавалерийский корпус, оно стало трудным для немцев. В атаке были использованы «тигры» танкового полка дивизии «Тотенкопф». После захвата Дергачей и выхода «Лейбштандарта» к деревне Черкасское к востоку от города все было готово для штурма Харькова с севера. С востока город должен был атаковать полк «Дойчланд» дивизии «Дас Райх». Второй полк дивизии – «Дер Фюрер» – наступал в обход города с юга.
С момента освобождения – 16 февраля 1943 г. – город Харьков готовился к обороне. Оставшаяся в городе в качестве гарнизона 62-я гвардейская стрелковая дивизия и местное население копали рвы, строили надолбы, заборы из колючей проволоки и ежи. Несколькими поясами город прикрывали баррикады. Приказом командующего Воронежским фронтом Ф. И. Голикова 2 марта начальником обороны города был назначен заместитель командующего фронтом, «герой» обороны Крыма в 1942 г. генерал-лейтенант Д. Т. Козлов. Впрочем, средств связи для управления войсками в городе у него не было, и 11 марта, когда отдельные группы эсэсовцев прорвались к центру города, Д. Т. Козлов выехал из города, как было написано в отчете штаба 3-й танковой армии, «в неизвестном направлении». Реальным руководителем обороны города был заместитель командующего 3-й танковой армией генерал-майор Е. Е. Белов.
