через Ростов, а 17-й армии повезло меньше – она была оттеснена на Кубанский плацдарм. По иронии судьбы, именно катастрофа армии Паулюса благоприятно повлияла на выживание 17-й армии. В феврале 1943 г. в распоряжении немецкого командования оставалась крупная группировка транспортных самолетов, которые интенсивно использовались для снабжения войск на Кубанском плацдарме. Эти самолеты летали на короткое расстояние из Крыма, что делало условия для «воздушного моста» почти идеальными. За счет снабжения по воздуху немецкой 17-й армии удалось избежать немедленного разгрома.
13 марта 1943 г. в приказе Верховного главнокомандования вермахта группе армий «А» была поставлена боевая задача: «Удерживать во что бы то ни стало Таманский плацдарм и Крым». Спустя три дня штаб фон Клейста докладывал в Ставку Гитлера свои взгляды по поводу перспектив обороны на Тамани: «Преимущества позиции: сковывание большого количества русских войск, ограничение возможностей к активным действиям русского флота, облегчение обороны Крыма, благоприятный политический эффект». Немцы закреплялись на Кубанском плацдарме всерьез и надолго. В то время как на остальных участках советско-германского фронта весной 1943 г. наступило затишье в ожидании сражения на Курской дуге, на Кубанском плацдарме бои продолжались. С 29 апреля по 15 мая 1943 г. войска Северо-Кавказского фронта осуществили наступательную операцию с целью прорвать «Голубую линию» – систему немецких укреплений на Таманском полуострове – и овладеть Таманью. После шести дней жестоких боев 56-й армии удалось овладеть лишь одним узловым пунктом немецкой обороны – станицей Крымская. Дальнейшее наступление Красной армии было остановлено мощными ударами немцев с воздуха – их осуществили 1400 немецких самолетов, действовавших с баз на Керченском полуострове. Советские войска вновь не смогли прорвать глубоко эшелонированную «Голубую линию» и 15 мая прекратили активное наступление.
В начале 1943 г. по приказу Ставки Верховного главнокомандования был разработан план наступления на Краснодар, реализация которого должна была позволить Красной армии перерезать пути снабжения северокавказской группировки противника и лишить немцев возможности отхода. План состоял из двух частей: «Горы» и «Море». Первая часть предусматривала наступление в районе Горячего Ключа, выход к Краснодару, его освобождение и дальнейшее наступление для того, чтобы отрезать пути отхода немецкой группировки, движущейся на Ростов. Часть «Море» предусматривала наступление по суше Черноморской группы генерал-майора И. Е. Петрова, состоявшей из четырех армий, и одновременную высадку морского и воздушного десанта с их последующим совместным наступлением на Новороссийск. 11 января 1943 г. план был утвержден Сталиным. Операция «Горы» началась уже на следующий день. Наступление Красной армии проходило тяжело, но тем не менее уже к 23 января была прорвана оборона вермахта южнее Краснодара и путь эвакуации немецких войск с Северного Кавказа был отрезан. В ходе ожесточенных боев, продолжавшихся до начала февраля, советские войска вышли к Азовскому морю и освободили Майкоп.
Морская фаза операции предусматривала высадку десанта сразу после прорыва фронта под Новороссийском силами 47-й армии Черноморской группы. Основной группе десанта предстояло высадиться с кораблей в районе Южной Озерейки, отвлекающей – в районе Станички у мыса Мысхако. Второй десант должен был дезориентировать противника, создав у немцев впечатление проведения десантной операции на широком фронте. Основная группа десанта под командованием полковника Д. В. Гордеева состояла из двух бригад морской пехоты, стрелковой бригады, отдельного фронтового авиадесантного полка, отдельного пулеметного батальона, танкового батальона и истребительно-противотанкового артиллерийского полка. Вспомогательный десант под командованием майора Ц. Л. Куникова состоял из всего 275 морских пехотинцев, не имевших тяжелого вооружения. Однако это были опытные и хорошо обученные бойцы. Перед высадкой все они прошли усиленную подготовку к морскому десантированию на полигоне в районе Геленджика.
По приказу генерал-майора И. Е. Петрова десантная операция должна была начаться 4 февраля ровно в час ночи. Непосредственным командующим операцией был вице-адмирал Ф. С. Октябрьский. Группой кораблей огневой поддержки командовал вице-адмирал Л. А. Владимирский, группой кораблей-транспортов с десантом и средств десантирования – контр-адмирал Н. Е. Басистый. Десантные группы находились в трех разных портах, что не могло не создать дополнительные сложности с синхронной доставкой их в точки высадки. Накладки начались сразу же: при погрузке первой группы десанта в Геленджике из-за плохой организации погрузки и плохой погоды выход кораблей задержался на один час двадцать минут.
В начале первого часа ночи контр-адмирал Басистый сообщил группе кораблей огневой поддержки об этой задержке и попросил перенести начало огневой подготовки на полтора часа вперед, одновременно обратившись за соответствующим приказом к командующему операцией. Командующий группой огневой поддержки Владимирский, не дожидаясь приказа вице-адмирала Октябрьского, передал распоряжение о переносе времени начала операции на свои корабли. В результате группа огневой поддержки оказалась вынуждена находиться вблизи берега, не открывая огня, но при этом демаскируя точку десантирования. Узнав о задержке, Октябрьский потребовал открытия огня согласно плану, но его приказ добрался до кораблей огневой поддержки только через 45 минут после планового времени открытия огня. Авиация вообще не получила никаких приказов об изменении планов, произведя в расчетные сроки бомбовый удар по немецким позициям и высадку парашютного десанта. Эффективность огня с кораблей оказалась ниже запланированной, и значительная часть огневых средств противника не была подавлена. Это означало, что они неминуемо вступят в бой с советским десантом.
К обеспечению операции были привлечены значительные силы Черноморского флота, в том числе крейсеры «Красный Крым» и «Красный Кавказ», лидер «Харьков», эсминцы и канонерские лодки. Высадку первого штурмового отряда по ставшей уже традиционной схеме должны были обеспечить преимущественно катера-охотники МО-4. 30 легких ленд-лизовских американских танков М3 «Стюарт» отдельного танкового батальона, который должен был усилить первую волну десанта в районе Южной Озерейки, перевозились на трех несамоходных баржах-болиндерах. На каждую из них грузилось по 10 танков и 2 грузовика. Баржи буксировались в район высадки тральщиками, а подводить болиндеры непосредственно к берегу должны были буксиры «Алупка», «Ялта» и «Геленджик».
Основные силы морского десанта добрались в точку высадки лишь тогда, когда огневая подготовка, под прикрытием которой они должны были высаживаться, подошла к концу. На подходе к берегу немецкие прожекторы и ракеты осветили катера и болиндеры. Противник открыл по ним огонь из пушек, минометов и пулеметов. Вместе с удерживавшими побережье бойцами румынской пехотной дивизии советскому десанту противостояла немецкая батарея 88-мм зенитных пушек. Их огонь был смертельно опасен для всех видов десантно-высадочных средств, задействованных под Южной Озерейкой. В результате канонерские лодки, которые должны были поддерживать десант огнем, не могли подойти к берегу. Морской пехотинец И. Г. Фоменко вспоминал: «Мы спрыгивали в ледяную воду Черного моря – кто с трапа, а кто и через борт. Высоким десантникам было по грудь, а тем, кто ростом не вышел, – с головой. Моряки, торопившиеся вывести корабль из зоны
