Лич перестал улыбаться.
– Да что мне легаши? Твой братец настолько запуган, что и рта не раскроет.
– Он, может, и не раскроет, зато я раскрою.
Лич перегнулся через стол.
– Ну что ж, иди к легавым. Посмотрим, чем они помогут твоему братишке. Одно я тебе могу сказать точно. – Он прицелился в нее пальцем. – Пикнешь хоть слово – и можешь искать его в Темзе. И смерть бедного Рудольфа будет на твоей совести.
Мысли Зандры лихорадочно метались. «Надо что-то придумать! Не может быть, чтобы не было выхода! Это мой брат! Не могу я спокойно смотреть, как его убивают!»
Джо Лич продолжал ковырять в зубах.
– Двадцать четыре часа, малышка, не забывай! Иначе он калека.
– Ублюдок! – свистящим шепотом выдохнула Зандра. – Да тебе же просто нравится заниматься такими вещами. Ты даже надеешься, что он не заплатит!
Джо Лич широко улыбался. «Она права, – думал он. – Но кое-что нравится мне еще больше. Горячие бабенки. Особенно если они красивы. И больше всего мне нравится их успокаивать».
Зандра глубоко вздохнула.
– Хорошо, а если я заплачу долг? – спросила она. – Тогда Рудольфа оставят в покое?
– А у тебя есть такие деньги? – подозрительно посмотрел на нее Лич.
– Сейчас нет. Но достану.
– За сутки?
Зандра покачала головой.
– Мне понадобится два дня. Может даже, три.
Лич задумчиво пошлепал губами.
– Ладно. Шестьдесят часов. И точка.
Зандра кивнула.
– Но если денег не будет, косточки захрустят. И не его – твои. Ясно?
Зандра слабо кивнула, но ее голос не дрогнул:
– Идет.
– И весь долг – разом. Не частями.
– А кто говорит о частях? – Она вздернула подбородок.
– Может, расскажешь, где собираешься взять денежки? – спросил он.
– А уж это не твое собачье дело! – отрезала Зандра.
– Да неужели? Нет, милочка, ошибаешься, мое, потому что теперь это твой долг. А когда за людьми такой должок, я начинаю нервничать. – Он сделал вид, что целится в нее из пистолета. – Сечешь?
– А если я все же не скажу, – небрежно спросила Зандра, – что тогда? Ногти вырвешь?
– На твоем месте я бы не стал шутить, птичка.
– Ты не на моем месте, – устало сказала Зандра. – И не думай, будто я тебя испугалась.
Это была не совсем правда. Точнее говоря, совсем неправда. На самом деле у Зандры душа в пятки ушла. Но признаться в этом – такого удовольствия Зандра ему не доставит.
Прищурившись, Лич полез в карман, вытащил визитку, на которой был только телефонный номер, и что-то нацарапал на ней золотым пером.
– Держи. Это номер счета в банке. Туда и переведешь денежки, радость моя.
Зандра выхватила у него кусочек картона и, не веря глазам своим, отшатнулась. Ноздри у нее раздувались.
– Это еще что такое?! Ты же сам сказал – миллион! Откуда же взялось еще двести пятьдесят тысяч?
Лич с ухмылкой покачался на стуле.
– Ну как откуда? Пеня... Проценты. Да, еще гонорар.
– Что-что? – Зандра изумленно захлопала ресницами.
– Что слышишь. Гонорар. Людям за работу надо платить.
– Ну и мерзавец же ты! Даже не думала, что такие бывают.
– В самом деле? – Лич расплылся в самодовольной улыбке. – Точно. Самый настоящий мерзавец. Первый класс.
– Ладно, – Зандра закатила глаза и уныло вздохнула, – ты победил.
Лич перестал раскачиваться и нагнулся к ней.
– Не скажи. Но если хочешь, почему бы и нет, крошка? Даже если не заплатишь. Всегда к твоим услугам.
Она поманила его пальцем и, когда он наклонился ближе, прошептала:
– Размечтался, говнюк.
Лич растянул рот до ушей.
Подошел официант со счетом.
– Платит дама, – отмахнулся Лич и снова принялся ковырять в зубах.
Зандра взяла с подноса счет и, как только официант отошел, сказала:
– Вижу, что ошибалась. Ты не просто мерзавец. Ты – дешевка.
Лич вынул зубочистку изо рта и, не успела Зандра отшатнуться, ткнул ей кончиком прямо в губы.
Она брезгливо сплюнула.
– Пока, графиня. – Лич издевательски ей поклонился и, одернув пиджак, лениво направился к выходу.
Зандра посмотрела ему вслед. Нет, такого подлеца ей действительно в жизни не приходилось встречать.
Она устало развернула чек. Этот ужин стоил ей недельной зарплаты.
Зандра порылась в сумочке, благодаря судьбу за то, что «Бергли» одаривает своих служащих кредитной картой «Америкен экспресс». Хорошо хоть дома не оставила, подумала она, иначе пришлось бы мыть посуду в ресторанной кухне.
Незаметно для Зандры Лич, выходя, сунул мэтру свою визитку вместе со щедрыми чаевыми.
– Позвони по этому номеру, – прошептал он, – и кто бы ни подошел, скажи, чтобы Фредди дул сюда. Ясно?
Мэтр кивнул.
Встреча с вышеупомянутым Фредди не заставила себя ждать. Это был довольно привлекательный мужчина лет сорока, с виду – котелок, плотное пальто, зонтик – он вполне мог бы сойти за уважаемого банкира.
– Хорошо рассмотрел птичку, с которой я был? – требовательно спросил Лич.
– Да.
– Следи за ней. Глаз не своди. И звони мне по мобильнику. Мне надо знать каждый ее шаг.
– Будет сделано.
Зандра села в автобус и направилась назад в Хитроу, надеясь хоть там отдохнуть немного в зале ожидания.
«Мне надо наскрести миллион с четвертью фунтов, – вновь и вновь повторяла она про себя. – А ведь это почти два миллиона долларов».
И на все про все – двое с половиной суток.
Она посмотрела на часы и вздрогнула. Нет, еще меньше.
Рейс только через одиннадцать часов, потом шесть часов лёта, и еще час-другой на таможенные формальности. Выходит, остается всего 39–40 часов, и это еще если рейс не задержат!
Зандра бессильно откинулась на спинку сиденья.
Миллион с четвертью фунтов. Почти два миллиона долларов. Иначе...
А отсчет времени между тем продолжался – словно тикал часовой механизм, заложенный в бомбу замедленного действия.
Автобус то и дело останавливался, впуская и выпуская пассажиров, а Зандра все думала: «Неужели выдержу?»
На этот вопрос она и сама бы не могла ответить.
Джо Лич был в одном из лучших лондонских казино, когда в кармане у него запищал мобильный телефон.
– Да?
– Она в Хитроу.
– Ясно, должно быть, ждет рейса в Нью-Йорк. Оставайся там.
– Задержать ее?
– Нет, пусть летит, запомни только номер рейса.
«А уж в Нью-Йорке ее встретят, – подумал он. – Встретят и проводят. Никуда не денется».
Глава 40
Утро понедельника на Манхэттене. Солнце в редких разрывах туч – так погода извиняется за собственную мрачность.
За завтраком Дина тянула и тянула одну и ту же пластинку – Бекки то да Бекки это. Роберт, погрузившись в чтение «Уолл-стрит джорнел», изредка что-то бурчал и согласно кивал. Если ей хочется слушать самое себя – прекрасно. Из этого вовсе не следует, что и он должен принимать участие в разговоре. Он давно научился не обращать внимания на болтовню. Тем не менее, услышав, что Дина говорит что-то об Аукционной башне, Роберт насторожился.
