– Что, что ты сказала? Тарахтишь так, что за тобой и не поспеешь.
– Да ты же меня совсем не слушаешь! – обиженно надулась Дина.
– То есть как это не слушаю? Зачем бы мне тогда просить тебя повторить?
Этот аргумент показался Дине неотразимым.
– Я говорила о переезде.
– О каком переезде?
– Ну вот, – Дина закатила глаза, – говорю же, ты совершенно меня не слушаешь. Я только что сказала, что на время ремонта нам надо переехать.
– И что?
– А то, что у тебя в Башне без толку простаивают тридцать или сорок квартир.
– Ничего они не простаивают, – буркнул Роберт. Такой поворот темы ему явно пришелся не по душе.
Слава Богу, он вовремя отвлекся от чтения, иначе беды не миновать. Большой беды. Меньше всего ему хотелось переезжать в дом, где живет Бэмби Паркер. Он и так каждый день рискует!
– А если не простаивают, то почему же в них никто не живет?
– Потому что люди их смотрят. Каждый день приходят потенциальные покупатели.
– И что, осматривают каждую квартиру?
– Может, и не каждую, но разве угадаешь?
– Я о твоих же деньгах забочусь, – с некоторым раздражением сказала Дина.
Ого-го, это что новенькое! Дина думает о деньгах? Смех, да и только.
– Ну хорошо, куда-то нам нужно переехать на время ремонта.
Самое правильное было бы ей сказать: «Никуда нам не нужно переезжать! Меня вполне устраивает нынешняя обстановка. Мне очень нравилось наше прежнее жилье в районе Центрального парка. Я все еще скучаю по старой, удобной мебели из „Голдмарт“, а больше всего по своему креслу!»
Но все это только промелькнуло у Роберта в голове.
– Ну так и подыщи что-нибудь, – проворчал он.
– Легко сказать – подыщи.
– А почему бы просто не остановиться в гостинице? – предложил Роберт.
У Дины загорелись глаза.
– Прекрасная мысль! – взвизгнула она. – Я знала, что ты что-нибудь придумаешь!
– Ну вот и займись этим, – сказал Роберт и подумал: «Сколько, интересно, может стоить люкс в гостинице? Да уж, наверное, меньше, чем меблированная квартира. К тому же в этом случае не понадобятся ни кухарки, ни привратник, ни слуги...»
– Немедленно! – пообещала Дина.
– Валяй. – Роберт в душе поздравил себя с тем, что опасность миновала.
– Уверена, тебе понравится мой выбор.
– Не сомневаюсь. К тому же у меня слишком много дел, чтобы самому болтаться по гостиницам, – сказал он, прикидывая, что сегодня попозже можно будет заглянуть к Бэмби. – Сама справишься.
– Ты не пожалеешь, – такими словами она всегда подавляла его возможное сопротивление.
Но сейчас Роберт ее даже не слушал. В предвкушении свидания с Бэмби он все оставшееся время завтрака только о нем и думал. Умей Дина читать мысли, ему бы явно не поздоровилось.
Но к счастью, она в данный момент размышляла совсем о другом. А именно о том, какую гостиницу лучше выбрать – «Пьер», «Шерри Недерланд», «Карлайл» – и сколько комнат им понадобится.
Само собой, ее представления о стоимости жизни в гостинице сильно отличались от мужниных. Хорошо, что он не ограничил ее в расходах. С его стороны это было большой ошибкой, но Дина, естественно, и не думала на нее указывать. Скоро и так все выяснится.
И тогда уже будет поздно что-то менять.
Кензи притащилась на работу с небольшим бумажным пакетом с двумя картонными стаканами кофе и бутербродами с сыром.
– Грабеж! – возопил Арнольд Ли.
– Что-то рано ты сегодня начал, – заметила Кензи.
– В таком случае большое спасибо. Да, кстати, я прослушал автоответчик. – Он подвинул Кензи распечатку звонков.
Она быстро просмотрела запись.
– А от Зандры ничего?
– Нет. А почему ты спрашиваешь?
Раздеваясь, Кензи торопливо рассказала Арнольду о внезапном отъезде Зандры и его причинах.
– Ну да ладно, за дело, – сказала Кензи. – Начнем со звонков.
– А-а, ерунда, – откликнулся Арнольд, – важный только один. Из Детройта. Точнее, из Гросс-Пойнта.
– Ясно.
– Самое главное, там лежит один из трупов.
– Ого-го!
«Лежит один из трупов» – на жаргоне, принятом в мире искусств, эта фраза означала, что какое-то выдающееся произведение вот-вот перейдет в другие руки.
Кензи мгновенно загорелась:
– Только не говори мне, что речь идет об эскизах Леонардо к «Поклонению волхвов».
– Именно о них. И это хорошая новость.
– Стало быть, есть и плохая?
– Увы. Адвокаты владельцев будут стараться натравить всех нас – «Бергли», «Кристи» и «Сотби» – друг на друга.
– Дальше.
– Видишь ли, у них особые требования, они хотят гарантированной оплаты, независимо от реальной стоимости эскизов.
– Вот черт!
– В точку. «Кристи»-то, наверное, отступится, а вот «Сотби» скорее всего нет. С ними уже такое случалось. В общем, я говорил с Фейри, и он срочно требует тебя к себе. – Арнольд крутанулся на стуле и поднял трубку. – Выясню-ка я на всякий случай, когда ближайший рейс на Детройт.
Но Кензи уже выскочила за дверь.
На сей раз, ради разнообразия, суровая мисс Боткин, секретарша Шелдона Д. Фейри, не ввела торжественно, а буквально втолкнула Кензи в кабинет шефа.
– А, мисс Тернер, прошу.
Фейри величественно восседал за своим необъятным столом черного дерева.
– Присаживайтесь.
– Спасибо, сэр.
Поддернув манжеты, Фейри уперся локтями в стол и приложил указательный палец к губам.
– Насколько я понимаю, вы знаете, зачем я вас вызвал.
– Да, сэр. – Кензи посмотрела ему прямо в глаза. – Речь идет об эскизах Леонардо.
– Совершенно верно. – Фейри кивнул и слегка сдвинул брови. – Скажите, мисс Паркер, во что бы вы их оценили?
Кензи изумленно воззрилась на него.
– Понятия не имею, сэр. Даже представить себе не могу. Если это на самом деле подлинники, то они... бесценны. В долларах их стоимость не выразишь.
– Вот именно. – Фейри позволил себе слегка улыбнуться. – И я так думаю.
Кензи молча ждала продолжения.
– Но увы, мы с вами аукционисты и, как ни печально признавать, вынуждены постоянно оценивать бесценные вещи. Согласны?
– Конечно, сэр, но что касается эскизов Леонардо... Прежде всего я видела их только на фотографиях, а фотографии, как вам прекрасно известно, часто лгут. Далее, многое зависит от того, в каком они состоянии. А вдруг краска полностью облупилась? Или они порвались? Или все в пятнах? И наконец, надо учитывать, что вещь-то редчайшая. Эскизы Леонардо – это не эскизы Пикассо. Часто вы видите их на аукционах? Я лично в последний раз наблюдала, когда Басиа Джонсон...
– Знаю, знаю, – раздраженно прервал ее Фейри. – Ну же, мисс Тернер, – продолжал он со вздохом, – постарайтесь сказать мне что-нибудь приятное.
