растерзают, потому что они ослабли.
Древний Волхв не раз и не два наблюдал подобное, и его это давно не трогало. А вот то, что молодому Высшему плевать на Круг Высших, это нехорошо.
— Может он просто не понимает? Хм… — Волхв задумчиво почесал подбородок, и передал уходящему молодому воину свою мысль: — Свяжемся позже и все обсудим.
Даже острые глаза волхва с некоторым трудом заметили кивок, и все же заметили! Старик улыбнулся — диалог налажен, а там уж он попробует объяснить, что такое Круг Высших, и какую огромную ВЛАСТЬ они имеют. А пока, стоит оставит его в покое, пусть спокойно разберется со своими делами, которых у него только что прибавилось изрядно. Волхв улетел. Теперь, когда он нашел этого странного Высшего, стало как-то спокойней. И как мальчишка мог скрываться так долго, да еще и у него прямо под носом?..
Волхв испарился прямо в воздухе. Илья почувствовал след странной телепортации, и успокоился. Сел на крыльцо дома, а служанка замерла в тени дверного проема — пока тетушка прорывается, никто не нарушит ее покой, и жизнь молодого воина, гарант этому обещанию.
— Ну что, вы закончили? — Спросил Илья, отрывая себя от поглощения любимых блинчиков со сметаной и целым морем варения.
— Да, боярин. Все готово. Ценности и трофеи сложены отдельно в гостиной, трупы отосланы родне, а групповой вызов Карамазовым требует вашей печати.
— Давай, поставлю. — Илья дыхнул на два кольца, и проставил на бумаге печать Залесских и Ключевых. Оттиски его ауры вплелись в печати. — Отправляй. И зарезервируй московскую арену на указанное в вызове время, вплоть до самой ночи. Скинешь мне счет, я оплачу.
— Сделаю, боярин. Что-то еще?
— Да, как там тетушка?
— Все хорошо.
— А по поводу… родни?
— … - Первейший помощник местной ключницы только плечом пожал.
— Ладно, свободен.
Молодой мужчина почтительно поклонился, и вышел из столовой.
Стоит отметить, что Илью в этом доме и раньше весьма уважали, но теперь на него стали смотреть совершенно иначе. Подобная… сила, это уже не просто человек. На него стали смотреть почти как на божество, и это изрядно раздражало. Молодой человек прекрасно отдавал себе отчет, что далеко не самый сильный в мире. Да его служанка и та сильнее него в сотню раз. Боевая мощь, это еще не все, ведь он, по сути, берет тем, что атакует на разных уровнях. Ментал, дух, что-нибудь из энергий своих источников, и могучее до невозможности тело. Самая сильная его сторона, это духовная сила. Потом идет ментал, потом тело, и потом огонь и лед. Духи же, идут отдельной статьей, и дух дракона седьмого ранга сильно выделяется на общем фоне, как ни посмотри. Его пламя, столь могущественное в руках Ильи из-за мощной духовной силы, могло бы стать основным оружием, если бы не Намерение Меча. Последнее не только мощней, но и куда более управляемо, и широко в применении, а потому по чести и праву занимает верхнюю строчку личного рейтинга. И именно из-за него у Ильи могут реально появиться проблемы, которые он сам решить просто не способен.
Объявился Круг Высших, а парень не смог найти на них вообще ничего. Ни крупицы информации в магсети, ни слуха, ни шепотка, вообще ни чего. Это проблема, и ее придется решать. Хорошо, что он не стал отказывать тому волхву, и все же кивнул.
— Так, все мысли потом. Сейчас пора получать по шее от тетушки, и ведь за дело. Зря я тогда так рубанул с плеча. Надо было их всех похолопить, да запродать куда-нибудь подороже. — Он покачал головой. — Нет. Нельзя оставлять врагов за спиной. Я все сделал верно.
Илья встал из-за стола, и выпрямился во весь рост. Пора.
Пройдя через добрую половину дома, он постучался, и после разрешения, вошел в спальню тетушки. Конечно, она уже встала, покормила детей, оделась, умылась, и даже позавтракала, если на то пошло. Еще пару-тройку часов назад. Илья буквально впился в нее глазами, ища признаки гнева, отвращения, ненависти, в конце концов, ведь это он приказал убить ее родных! Но увидел только жалость. Она жалела его! Она! Его! Чего-то он явно не понимал.
— Тетушка?.. — тихонько вопросил этот медведь. Прозвучало как-то неуверенно.
— Поди сюда, мой дорогой, — она махнула ладонью, и он подошел. Посмотрел на спящих в кроватке деток и улыбнулся. Милахи. — Что ты видишь?
— Я? Вижу двух младенцев, как будто. — Он почесал подбородок, заодно проверяясь на иллюзии ментального характера, что маловероятно, а заодно и духовной силой, чтобы исключить иллюзии местности.
— Я не о том, дорогой. Это мои дети. И они живы только благодаря тебе. Спасибо. — Эта маленькая, хрупкая рядом с ним женщина, вдруг обняла его, и он тоже аккуратно прижал ее к себе.
— А как иначе-то… — он тяжело вздохнул, и все же проговорил вслух то, о чем постоянно думал уже добрые сутки. — Я не мог оставить их в живых. Не отстали бы. Нельзя отпускать раненого тигра в горы. Залижет раны и вернется еще сильнее.
— Я понимаю это не хуже тебя, мой мальчик. Мне действительно жаль, что это решение пришлось принимать именно тебе, тогда как это была моя обязанность.
— Это совсем не те слова, которых я ждал.
— И чего же ты ждал?
— Думал, ты будешь ругаться, проклинать, драться полезешь, а я буду тебе объяснять прописные истины выживания.
— Как же плохо ты меня знаешь, — она покачала головой, и хмыкнула. — Вообще-то, поначалу, я действительно хотела кричать, орать и драться. После прорыва и родов голова работала из рук вон плохо. Но к утру, знаешь, пришла в себя. Жалко, конечно, что они оказались настолько дурными приверженцами старых традиций, но… они сами приняли это решение.
— Да никакие они не приверженцы. Просто хотели сделать тебя примером для будущих поколений девиц рода, а это все, только повод. Мрази, они мрази и есть. К тому же, вспомни Кодекс рода. Дела рода решаются воинами рода… А они? Притащили с собой наемников, аж восемь десятков голов разной силы. Не многовато против одного-то Грандмастера? Вильгельм едва до четвертого ранга дорос, да и то, по-моему, на алхимии, — Илья отмахнулся, словно не собирался принимать его в расчет вовсе. — Может хоть теперь поймет, что в нашей семье, он должен быть максимально силен, потому что врагов у нас — море.
— Кстати о врагах, — женщина выбралась из объятий, и задрав голову, спросила: — Что там с Орловыми?
— А что с ними? Живут себе… пока что.
— И?
— Я вошел в силу, теперь можно
