Толкаясь, они начали подниматься по лестнице, но вскоре с шумом и проклятиями скатились обратно, под тяжестью увесистых ящиков, которыми их забросали сверху.
Злобно ругаясь, шайка подобрала своих раненых и поспешно скрылась.
Глава V
Визит девушки
Не успели бегущие свернуть за угол, как Монах, перепрыгивая по нескольку ступенек, спустился по лестнице, а за ним по пятам Ренни и Хэм.
— Док!
В голосе Монаха слышалась тревога. Свет фонарика заплясал по фасаду дома и выхватил из темноты фигуру человека, спрыгивающего с довольно высоко расположенного подоконника. Глубокая оконная ниша и была той гаванью, которая дала Доку приют в шторм битвы. Потоки стаяв из таинственного оружия пролетели, не задев его.
Монах посветил на тело убитого.
— Это призрачное оружие, чем бы оно там ни было, пахнет чертовщиной.
Ренни и Хэм бросились было в погоню, но Док остановил их.
— Пусть уходят.
— Но мы же могли выследить их лаговс, — пожалел Ренни.
— Это сделает Длинный Том.
— Вот как! А я-то думал, что он сейчас на банкете ученых басни рассказывает.
— Я ему позвонил. А в офисе на окне оставил распоряжение ехать сюда вслед за нами, караулить поблизости и вести здесь наблюдение за любыми подозрительными темнокожими господами, не ввязываясь ни в какие драки. Если только не вынудят обстоятельства.
— А Джонни где?
— Остался в офисе на связи, чтобы передать нам сообщения Длинного Тома.
В нескольких кварталах от них взревели моторы, затем звук стал удаляться и совсем затих.
— Их, оказывается, машины ожидали. Надеюсь, Том их не потеряет, сказал своим тихим голосом Монах.
Док быстро осмотрел одежду убитого. В карманах нашлись несколько монет по пол- и четверть лиры, несколько по десять, по двадцать пара и пачка арабских сигарет, растерзанная снарядом. Американских денег не было. Не было ничего такого, что позволило бы установить личность убитого.
— Удалось тебе увидеть это таинственное оружие? — с надеждой спросил Хэм.
— Нет, слишком темно. Пошли, найдем телефон и поговорим с Длинным Томом.
Они быстро пошли в восточном направлении, держась поближе к домам, чтобы меньше промокнуть.
Через четыре-пять кварталов они нашли круглосуточную аптеку, у задней стенки которой стояли в ряд телефонные будки, как часовые. Док вошел в одну из них и набрал номер своего офиса.
Джонни ответил сразу:
— Пока ни слова, Док.
Речь Дженни всегда была точной и лаконичной. Этому, несомненно, способствовали годы работы в одном из самых престижных университетов страны, где он возглавлял отдел исследований в области естественных наук.
Док ждал у телефона. Ренни, прислонившись к двери телефонной будки, задумчиво постукивал кулаком о кулак.
Он хотел понять, как удалось темнокожей компании проследить за ними до самого пакгауза. Ведь всю дорогу туда Дек ехал на подножке такси. Ренни знал, что преследовать их, оставаясь незамеченными Доком, было просто невозможно.
Свое замешательство он выразил в словах:
— Как все же удалось коричневым приятелям обнаружить нас?
— Они ехали за нами от самого офиса.
— Ага!
Кулаки Ренни сошлись с громким стуком.
— Значит, ты видел их!
— Видел.
— Черт побери! А как ты мог знать, что они не нападут на нас при выходе из пакгауза? Там у них было бы преимущество.
— Там, если ты помнишь, мы держались плотной группой. Они не могли стрелять в нас без риска попасть в Мохаллета.
— Ты считаешь, что они боялись повредить ему?
— Определенно. Он — один из них. Возможно, даже главный.
Монах и Хэм, обменявшись неприязненными, как у соперничающих котов, взглядами, придвинулись поближе, чтобы услышать разговор.
Строгое лицо Ренни выражало крайнее удивление.
— Мохаллет и эта банда! Как ты это вычислил?
— Помнишь, какими были доски покрытия на том пирсе, где произошла первая встреча с арабами?
Ответил Монах:
— Я помню. Замасленными!
— Верно. Я взял реактив, который желтеет в соединении с маслами, даже в самых малых количествах. Когда я обрызгал им ковер в офисе, оказалось, что следы Мохаллета имеют точно такой же оттенок желтого цвета, как и наши следы. Иными словами, он ходил по замасленной поверхности точно так же, как и мы.
— Значит, он был на том пирсе! — прогудел Ренни. — Уж не он ли стрелял в тебя из этой беззвучной штуковины?
— Не исключено.
Хэм медленно вращал свою трость.
— Как я понимаю, Док, ты вел игру с этими людьми. Зачем?
— Я очень хочу выяснить, что они задумали. И мы сможем узнать кое-что интересное, если отыщем ту блондинку.
— Да! — подхватил Монах, всегда готовый оценить по достоинству любую миловидную девушку. — С нею не мешало бы поговорить.
Док проговорил в трубку несколько слов, чтобы убедиться, что связь не прервана. В офисе был еще один телефон, по которому и должен был позвонить Длинный Том. Джонни сможет тут же передать все, что он скажет.
— Теперь, когда эти парни уже знают, где лодка, они могут ее похитить, — предположил Ренни.
— Это им не удастся. В эллинге повсюду сигнализация, выведенная в офис. Даже если они и доберутся до "Ныряющей", выйти в море на ней все равно не смогут. Некоторые важные части оборудования сняты. Мохаллет недостаточно разбирается в механизмах подводных лодок, чтобы заметить это.
— Интересно, Мохаллет действительно агент принца Абдуллы Раджаба?
— Трудно сказать.
В это время в трубке прозвучали быстро и четко сказанные слова Джонни:
— Длинный Том говорит, что видел уже достаточно, нет сомнений, что Мохаллет — главарь банды.
— Где они? — спросил Док.
— Наблюдают за офисом.
— Что?
— Длинный Том звонит из табачного киоска, что на углу в двух кварталах отсюда. Он говорит, что вся свора прогуливается взад-вперед у нашего здания. Очевидно, выжидают, пока… о-о!
Джонни задохнулся и замолчал.
— Джонни! — прокричал в трубку Док.
Через несколько секунд Джонни торопливо проговорил: — Лучше давай сюда, Док. И побыстрее а то я ни слова не могу понять, что она тут лопочет.
— Кто что лопочет?
— Девушка с белыми волосами. Она только что вошла. Ну и красавица, доложу я вам!
Но тут слова Джонни потонули в стуке, шуме, гортанных арабских выкриках, звуках выстрелов. Раздался женский крик, в котором было больше злости, чем страха. Громкий щелчок, затем все смолкло — телефон отсоединили.
С криком "офис!" Док выскочил из телефонной будки на улицу. Такси поблизости не было. Это была бедная часть города. Жители пользовались подземкой, а не машинами.
