Несмотря на полагающийся случаю стоический оптимизм, в докладах чувствовалось некое напряжение. Русские пока их переигрывали. И если не по всем статьям, то весьма существенно.
Проблема каперства русских и их союзников весьма ограничивала возможности не только промышленности и удовлетворения военных нужд, но и даже потребности гражданского населения. Конечно, власти делали всё, что только возможно. Было введено нормированное распределение риса, других ключевых продуктов и товаров. Подданные пока относились с пониманием, бесконечно веря в Священную Особу Императора, но это явно не улучшало благополучие общества. Да, благословенная Япония всегда славилась верностью Императору и ставила материальные блага на второе место после благополучия Страны Восходящего Солнца, но всё же…
Фактически, Япония находилась с полной морской блокаде. Нет, отдельные прорывы пока были возможны, но примерно половина грузов до портов Метрополии не доходили. Хуже всего было с наличным тоннажем транспортов и команд, которые были готовы взойти на борт и рискуя жизнью отправиться через океан. И тут уже мало помогали жирные гонорары и щедрые премиальные. Попытки отправить вместо моряков Австралии, Новой Зеландии, Канады и прочих чистокровных японцев хотя и приносили эпизодический успех, но основная масса заменяющих была не слишком грамотными рыбаками, что при наличии на борту «капитана» из числа учащихся военных училищ старших курсов, мало что давало. Участились аварии, столкновения, суда терялись при плохой погоде, а впереди всех ждала ещё и зима в северном полушарии.
Русские продолжали избегать морского сражения основных сил и отсиживались по своим, прикрытым береговой артиллерией, морскими минными полями и авиацией военно-морским базам, откуда их выдавить было практически невозможно. Да и желающих особо не было, поскольку в Адмиралтействе были уверены, что у русских есть генеральный план сражения именно с опорой на свои базы, где численно превосходящий японский флот рискует повторить ту катастрофу германского флота, которая произошла по итогам сражения при Моонзунде в 1917 году. Многократное преимущество немцев им тогда не помогло.
Да, вторую Цусиму русские явно не спешат повторять. Впрочем, чему тут удивляться? Им спешить некуда, их ресурсы бесконечны, экономика работает не в пример лучше, чем в 1904 году, общество если не монолитно, то достаточно лояльно к власти, император Михаил очень популярен, как и его жена. Дела у России в целом идут достаточно хорошо. На стороне России официально воюют уже Италия, Черногория, Сиам, Китай, неофициально ещё Франция, Германия и США. По крайней мере сырье, товары, обмундирование, боеприпасы и вооружения шли в Россию сплошным потоком и это, не считая «советников» и «добровольцев».
Всё чаще Хирохито доносят, что среди высших сфер и кланов Японии начинают шептаться, что если британцы не вступят в войну, то нужно как-то договариваться с русскими. Пока не поздно. Согласиться на их экспансию в Маньчжурии. Возможно, даже отдать южную часть острова Карафуто, оставив за собой Корею и полуостров Ляодун. Растет традиционное противостояние между сухопутным командованием и флотом. Каждый обвиняет другого если не в прямом предательстве, то, как минимум, в недостаточном желании нанести поражение русским.
Меж тем, начальник Морского Генерального Штаба адмирал Того Хэйхачиро продолжал свой доклад:
— Из хороших новостей вчерашнего дня — установление плохой погоды в водах вокруг Метрополии и южнее. Непогода, конечно, затруднит и наше судоходство, но создаст проблемы и каперским силам противника, и, как я смею надеяться, парализует вражескую авиацию минимум на неделю. Посему, предлагаю до отправки предполагаемых конвоев из Гонконга и Австралии, выдвинуть большую часть наших легких сил для поддержки одиночных судов, которые пытаются прорваться к нам с юга. Да, мы оголяем другие направления, но, по существу, не считая маршрутов из Кореи, остальные линии для нас не являются сейчас жизненно важными.
Хирохито кивнул.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Хорошо. Дальше.
Адмирал продолжил свой доклад.
— Предлагаю также вернуть в Метрополию эскадру адмирала принца Фусими Хироясу, которая крейсирует у Карафуто. Она несёт неоправданные потери, при этом есть большие сомнения в том, что она там хоть как-то эффективна. А судя по резко испортившейся погоде, мы уже если не входим в зиму там, то уже практически на пороге. Так что если русские и решаться на высадку десанта на остров, то местный гарнизон имеет достаточно укреплений и вооружения, чтобы спокойно отбить атаку. Эскадра же принца Фусими должна присоединиться к основным силам адмирала Симамуры Хаяо в рамках подготовки к генеральному сражению с русско-итальянской эскадрой после того, как британская эскадра соединится с нашим флотом.
Регент кивнул. Да, в нынешней обстановке результаты возможной высадки русских на Карафуто большого значения уже не имели, лишь растягивая их силы. Да разведка, в лице полковника Кэндзи Доихара, докладывает, что в Императорской Гавани на материке продолжается накопление сил и средств десанта. Но не является ли это дезинформацией сказать было пока невозможно.
Вновь обратив свой взор на исполняющего должность главы военной разведки полковника Кэндзи Доихара, Регент уточнил:
— Полковник, насколько мы можем быть уверенны в том, что русские не высадятся на Карафуто до весны, или, по крайней мере, в ближайшие две-три недели?
Тот поднялся и поклонился.
— Точных сведений нет, но в Императорскую Гавань эшелоны с грузами и личным составом прибывают ежедневно, особенно ночью. Светомаскировка достаточно тщательно соблюдается, так что нам непросто оценить численность и состав прибывших ни методом аэронаблюдения, ни при помощи лазутчиков на местах. Тем более что русская ВКР «Смерш» работает весьма эффективно, это нужно признать. Предварительно — у русских достаточно сил для высадки на трех-четырёх участках побережья Карафуто одновременно, и для удержания плацдармов без внешнего снабжения ориентировочно на протяжении суток. Но есть сомнения, что русскому командованию удастся за эти сутки что-то сделать в части деблокады высадившихся, так что все они обречены на гибель не позднее чем через 24-36 часов после высадки.
Кивок.
— Благодарю вас. Продолжайте, адмирал.
Того Хэйхачиро подвёл итог:
— Итак, я вновь подчеркиваю — без вступления в официальную войну Великобритании и без начала исполнения официальным Лондоном своих союзнических обязательств, нам будет очень и очень трудно выиграть эту войну. Поэтому, любой ценой нам нужно участие Англии в этой войне на нашей стороне. Лондон должен выполнить свои союзнические обязательства. В конце концов это не только наша война, и поведение британцев вызывает неоднозначную реакцию и на флоте, и в армии, и в обществе в целом.
Хирохито знал о плане британских правительства и Адмиралтейства спровоцировать русских на прямую атаку английских судов и боевых кораблей в конвое. Однако, русские могли и не клюнуть. Да, потеряли бы лицо, но что варварам до этого? Но, в этом случае Туманный Альбион традиционно останется в стороне, а сыны Аматэрасу останутся один на один со сворой разъярённых противников.
И тут как бы действительно не пришлось вновь искать неофициальные пути контактов с Михаилом, причём минуя всяких ненадежных посредников. Радует хотя бы то, что самый надёжный посредник вдруг сам свалился с неба прямо в их руки.
* * *
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. РОМЕЙСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. КАБИНЕТ ЕГО ВСЕВЕЛИЧИЯ. 3 ноября 1921 года.
— Какова наша официальная позиция по поводу пленения маркизы Берголо и унтера Ревякиной, Государь? Что мы сообщаем в прессу, сообщаем ли что-нибудь, и, соответственно, какую линия проводим?
Министр Информации граф Суворин вопросительно смотрел на меня.
Хороший вопрос. Качественный.
В теории, это дело можно было бы поручить головорезам из ССО графа Слащёва найти её и эвакуировать, но мы пока даже не знаем, на каком из кораблей держат пленниц, не говоря уж о каютах заключения и прочих планах трюмов. А устраивать операцию спасения на дюжине вражеских боевых кораблей одновременно решительно невозможно. К тому же там сейчас шторм, снег, да, и, как-то далековато от материка.
