— Что это было? — обратился брат Ахаз к хлысту, когда они перешли в западную секцию. Сквозь всю суперструктуру звёздного форта отдался рокот. Декер ощутил его и глубоко в душе осознал, что происходит, ударившись наплечником о боевого брата. Западный отсек был таким же заражённым, как и прошлый. Толпы восставших сервов выли на Обдирателей. Трупы тянулись к ним бронированными пальцами. Гниль пропитала все отсеки. Когда полуотделение вошло в галерею, то увидело сочащееся сквозь бронепластик недоброе фиолетовое сияние Ока. Иллюминатор был заляпан кровью и мозгами. На прозрачной поверхности остались отпечатки, свидетельства паники, а личинки копошились среди ручьёв гнилой, струящейся по палубе жижи.
— Будь проклят Дорн, — выругался Удия. Сквозь иллюминатор был виден «Витриол», повернувшийся к крепости мощными двигателями и улетающий прочь.
— Хлыст? — обратился к Декеру брат Эзрафа. Обдиратель кивнул. Он знал, почему улетает «Витриол». Он знал, почему капеллан приказывает им зачищать отсеки. Он знал, что скажем ему Раддекай. Но ради боевых братьев Декер всё равно спросил.
— Милорд капеллан, — вызвал он тактический ораторий.
— Да, хлыст отделения? — после недолгого треска помех отозвался Раддекай.
— «Витриол» уходит.
— Да.
— Параметры задания изменились?
— Значительно, — ответил отделению Раддекай. Его голос переключился с доспехов на рупоры отсека. — Вы обнаружили выживших?
— Нет, — доложил Декер. — На борту никто не пережил чуму… и, подозреваю, никто не переживёт.
Братья пристально посмотрели на хлыста. Раддекай ответил не сразу.
— Я согласен с твоими выводами, хлыст отделения Декер.
— Декер? — моргнул Эзрафа, а затем обратился к капеллану. — Когда «Витриол» вернётся?
— Фрегат не вернётся, — ответил ему хлыст.
— Что? — Дамарис выругался.
— Капеллан, — вздохнул Декер. — Вы можете сообщить нам то, что вы обнаружили?
— Допрос духа машины крепости выявил, что несколько лет назад «Semper Vigilare» посетил кузнечный баркас Адептус Механикус «Аугментра» для небольшой замены оборудования и ремонта, что являлось частью запланированного пути по звёздным фортам и караульным крепостям Астартес Прэсис вдоль Кадийских Врат. После перекрёстного сравнения кодов доступа «Аугментры» с информацией рунных баз данных «Витриола» мы обнаружили, что во время последнего своего появления «Аугментра» была флотским баркасом легиона Гвардии Смерти, вспомогательным судном, закреплённым за «Терминус Эст».
— И ты отправил «Витриол» на перехват предателя? — поинтересовался по каналу связи Декер.
— Да, — признал капеллан. — «Аугментра» — посланник флагманского корабля, заражающий путь перед исходом Гвардии Смерти из Ока. Уничтожая стратегически важные крепости вдоль Кадийских Врат, она может позволить «Терминус эсту» и ещё Император знает чему незаметно проникнуть в имперское пространство. Её необходимо остановить.
Капеллан замолчал, давая Обдирателям время поразмыслить над мрачным открытием и осознать его.
— И что будет с «Semper Vigilare», — размеренно и мрачно спросил Эзрафа. — И с нами?
— Даже величайшие крепости, — донёсся из рупоров трескучий ответ, — наши звёздные бастионы могут быть уязвимыми для атаки. Это доказано здесь, на «Semper Vigilare». Это доказано «Аугментрой». Так же уязвимы и мы. Каждый Адептус Астартес — крепость, сам себе бастион с укреплениями физическими, биологическими и духовными. Наши падшие братья, обретающиеся в Оке предатели, не смогли себя защитить. Их бастионы пали. Возможно, что они были заражены чем-то таким простым и опасным, как идея. И мы также не смогли защитить себя от врага в его бесчисленных обличьях.
— О чем вы говорите, капеллан? — вопросил Ахаз.
— Он говорит, что мы заражены, — ответил боевому брату Торбан Декер. — Что мы подверглись порождённой варпом заразе. Что наши укрепления рухнули, и прямо сейчас враг растекается по нашим венам, неся с собой проклятие нежизни. Мы станем тем, что стремились уничтожить.
Боевые братья замолчали. Слова казались пустыми. Бессмысленным, бесполезным сотрясением воздуха. Декер видел, как смотрят на своих болтеры Удия и Дамарис.
— Что нам делать? — мрачно сказал Дамарис.
— Ничего, брат, — с необычной мягкостью ответил ему Тит Раддекай. — В этом бастионе осталось лишь одно устоявшее укрепление. Я сделал то, что оказался неспособным сделать труп-кастелян Абнерат. Я активировал протоколы испепеления отсеков.
И Декер сразу это ощутил. Открылись двери. Раскалились вентиляционные решётки. Разъехались створки. Глубоко в караульной крепости машинный дух «Semper Vigilare» выпустил на волю огненную бурю, которая пронесётся через каждый зал и коридор, каждый проход и барбакан, очищая их ревущим пламенем. От жара проносящейся по звёздному форту огненной бури мертвецы вспыхивали и мгновенно сгорали, а затем волна воздуха разносила их пепельные скульптуры на части. Проклятые братья в керамитовых доспехах ковыляли сквозь пламя, с раскалённой добела брони выгорала порча их сгнивших тел.
Декер чувствовал, как приближается буря. Вскоре очищающее пламя охватит и этот отсек. В рупоре отделение слышало последние вздохи Тита Раддекая, когда капеллан сгорал дотла. Дамарис успел прошептать мольбу Императору спасти их души. Удия протянулся к наплечнику Ахаза, боевого брата и друга. Эзрафа и Декер просто посмотрели друг на друга. Обдиратель понимающе кивнул брату.
Когда Адептус Астартес исчез в забвении очищающего галерею огня, Торбан Декер опустился на колени. Он поднёс кулак к губам и поцеловал перчатку в память о великом магистре и примархе. Скоро он предстанет перед Лордом Дорном. Торбан хотел бы быть уверенным. Готовым. Воином, приготовившимся встретить свой конец. В последнее мгновение он думал о тех, кто придёт за ними, об Обдирателях, которые обнаружат выжженный изнутри «Semper Vigilare», где от их неудачливых братьев останется к тому времени лишь пепел. Если им повезёт больше, то они обнаружат, что караульная крепость и в самом деле мертва.
Грэм Макнилл
Обсидиан
Заходило солнце, и полоса тьмы уже подобралась к вершинам гор, когда «Громовые ястребы» опустились на посадочные платформы, скрытые среди искусно обработанных скальных уступов. В их спуске с орбиты, быстром и уверенном, все же ощущалась настороженность падальщиков, окружающих намеченную жертву. Та выглядит мертвой, но, кто знает, вдруг в её теле ещё теплится жизнь?
Капитан Дэган поправил плащ, который бился на поднятом выхлопными струями двигателей ветру, едва не срываясь с гладких пластин доспеха, выкрашенных в цвет полуночи. Пока космодесантник спускался по десантной рампе на платформу, за его спиной строились для высадки два отделения Траурных Мечей. Недавно вышедший из кузни шлем висел у пояса, и Дэган держал ладонь на его гладкой, незапятнанной поверхности. В другой руке капитан сжимал тисненую рукоять болтера, ещё не знавшего ярости битвы.
— Нас никто не встречает, — недовольно проворчал Каас, юный апотекарий.
— А ты бы вышел приветствовать тех, кто собирается занять твое место? — спросил Карден, оруженосец и личный чемпион капитана.
— Довольно, — прервал их Дэган. — Нас привел сюда печальный долг, не принижайте его.
Воины поклонились, осознав, что позволили себе лишнее.
Капитан выступил из облака, образованного выхлопными газами и воздухом, стравленным из систем «Громового ястреба». На посадочной платформе, как и ожидал Дэган, никого не оказалось, но те, кто называл это место домом, наверняка сейчас наблюдали за ним.
Впереди он увидел грандиозные двери из дерева и бронзы, открытые, словно врата обезлюдевшей и давно разграбленной крепости. Впрочем, это был всего лишь церемониальный проход, за которым начинался путь в глубину горы, не ведущий к важным помещениям. Врата не использовались для обороны, от них лишь требовалось внушать благоговейный трепет тем, кто падок на подобные зрелища.
Дэган направился к проходу, Каас и Карден заняли позиции по бокам капитана, а отделения воинов в полночной броне последовали за ними, четко маршируя в плотном строю. Оруженосец нес на руке черный щит, украшенный гербом в виде двух скрещенных мечей цвета слоновой кости, другая его ладонь охватывала навершие темной сабли, висящей у пояса. Каас держал в руках древко приспущенного знамени с той же символикой, почетным знаком, что выглядел новым и одновременно казался древним.
Они не первые обладали этим гербом, но относились к нему со всеми почестями.
— Явились, — сообщил Левтар.
— Знаю, — ответил ему прошедший через вокс-усилители голос брата Тэда. — Я мог бы раз десять прикончить их за время спуска с орбиты.
