Тогда Василий решил действовать другим способом. Он подключил к уговорам о подчинении ему Юрия митрополита Фотия. Трудно сказать — сколько раз митрополит встречался с Юрием (например, бывал в Галиче), так как сведения в летописях на этот счет весьма противоречивы. Однако точно известно одно, главное посещение им северо-восточного княжества. То самое, когда князь Юрий, как утверждают летописи, выстроил вдоль пути митрополита свое войско, чтобы показать всю свою мощь. А тот язвительно заметил: «Не видах столико народа в овчих шерьстех, вси бо бяху в сермягах», намекая на то, что это было не войско, а одетый в простые серьмяжные одежды народ, который согнали для пущего виду.
Фотий смеялся над тем, во что была одета звенигородская дружина: мол, видно, что средства у князя есть, а выглядят его воины все равно бедновато, а значит, и армия слаба. Ничего себе «сермяги»! У Москвы тогда и такого не было! Да и кто себе мог позволить выстроить вдоль многоверстных дорог ратников в таком количестве, к тому же одетых «по форме», пусть даже и в «шерстех»! Митрополит знал, что большинство сермяжников-черемисов (о них — чуть позже) к тому времени не были христианами, и это также вызывало его иронию.
Как ни старался Фотий умалить войско Юрия, но не сумел он стать предсказателем, потому что Юрьевы полки ни разу не будут биты дружинами Василия II.
Духовное лицо, митрополит, смеялся в тот момент над тем, кто по праву являлся наследником Дмитрия Донского, кто был крещен самим Сергием Радонежским и стал духовным сыном Саввы Сторожевского! Кто построил новые соборы в Звенигороде и Троицком монастыре, кто победил громаду Волжской Булгарии и не знал поражений ни в каких баталиях!
На этот смех князь Юрий не ответил ничего. Он умел прощать обиды. Но поразительно, как быстро менялись времена! И как незаслуженные оскорбления становились почти историческими аксиомами…
Иронию митрополита передают нам официальные летописи. Однако в настоящее время можно заметить в данном событии совсем другое. И мы расскажем об этом.
Один из современных марийских историков (С.К. Свечников) обратил внимание на то, что часть большого сводного войска, которая находилась под руководством князя Юрия в те времена, включала также и полки, состоявшие целиком из представителей народа «черемиса» (марийцев). Еще в 1394 году, перед вторжением Тимура в Орду и походом Юрия Звенигородского в Волжскую Булгарию, в Ветлужском кугузстве (где проживали черемисы), как пишет исследователь, «появились “узбеки” — воиныкочевники из восточной половины Улуса Джучи, которые “забирали народ для войска и увезли его по Ветлуге и Волге под Казань к Тохтамышу”». Скорее всего, князь Юрий Дмитриевич тогда же, в 1395 году, покорил Ветлужское кугузство (об этом есть сведения в Ветлужском летописце, как сообщает марийский ученый). И — самое любопытное — «в 1425 г. ветлужские марийцы вошли в состав многотысячного ополчения галичского удельного князя, начавшего открытую борьбу за великокняжеский стол. Внешний вид ополченцев ошеломил митрополита Фотия, прибывшего к Юрию Дмитриевичу с целью переговоров». Именно эти черемисы и были по традиции облачены в особенные одежды из овечьих шкур, похожие на те самые пресловутые «серьмяги». А это означает, что у Юрия не только уже была собрана большая дружина, но и то, что в ней состояли многочисленные союзники из разных народов, населявших тогда Русь. Это была целая армия, а не «театральный» сбор окрестных крестьян! Не случайно летописец отметил, что встретил князь Фотия «з детми своими и з боляры, и с лучшими людьми своими, а чернь всю собрав из градов своих и волостей, и из сел, и из деревень, и бысть их многое множество».
Не язвить следовало тогда митрополиту, который «в глум сии вмени себе», а реально оценить силу, которую князь Юрий имел, но сдерживал и пока не собирался применять.
Эти события подтверждают совершенно потрясающую мысль о том, что на самом деле у Юрия было грандиозное войско и он мог уничтожить племянника Василия в любое время. Но он не делал этого. Продолжал «не воевать». Дальнейшие события (если забегать вперед по времени и повествованию) подтверждают эту мысль. Как только Юрий выступил всерьез — все дружины Василия были разбиты наголову. Быстро и эффективно. Князю Юрию пришлось сделать то, чего он никак не хотел. Таким образом, Московский престол не пришел к нему сам, а сдался на милость, как победителю. Не так Юрий это предполагал. Не к тем реалиям стремился. Но исход стал все-таки триумфальным.
А вот некоторые цитаты из других источников, которые не были связаны с официальной Москвой, а имели отношение к Костроме и Галичу. Это уже цитированное нами «Сказание о чудотворном образе Богоматери Овиновския иже явися во граде Галиче» (по рукописи середины XVII века). И в Сказании мы видим совершенно другую интерпретацию событий, связанных с приездом в Галич митрополита Фотия. Вот она:
«Преставися великий князь Василий Димитриевичь Московский… На великом же княжении Московском седе сын его великий князь Василий Васильевичь. И того ж лета преосвященный Фотий, митрополит Московский, ходил в Галич ко князю Георьгию Димитриевичу, и благословил землю Галическую. Князь же Георьгий Димитриевичь зело возрадовася о пришествии преосвященнаго Фотия митрополита, понеже прежде его никаков святитель в Галиче не бывал. Сей же великий святитель, пришествием своим возвесели благовернаго князя Георьгия Димитриевичя и всю страну его, понеже благословение дарова ему и всей земли Галической».
Оказывается, митрополит благословил галичан и князя Юрия, который, будучи назван благоверным князем (!), возрадовался приезду Фотия. И никаких «серьмяг», иронии или взаимных выпадов!
Так что же там случилось в Галиче Мерьском на самом деле?!
По официальным летописям известно, что митрополит тогда не смог уговорить Юрия подчиниться Василию Васильевичу, а потому «в гневе» уехал из Галича. И вот тут официальные летописцы добавляют «мистического ужаса» в исторический текст. Как только Фотий покинул Галич, в городе (по записям) начался такой страшный мор, что Юрий «испугался» и немедленно упросил его вернуться обратно. И эпидемия тут же прекратилась! История, достойная того, чтобы обратить внимание православных на «неправильное поведение» Галичского князя. Хотя, как известно, мор одновременно прошел в эти недели почти по всем русским землям, а не только проявился в Галиче.
О чем же, собственно, вел переговоры митрополит Фотий? Это важно, чтобы понять суть происходящего.
Вариантов решения возникшей проблемы было три.
Первый, как мы уже и говорили, — полное подчинение князя Юрия Василию Васильевичу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
