не ориентируюсь, не знаю, куда идти…
– Так я туда же иду! – воскликнула попутчица. – Дом у меня там, а ты к кому? Вроде я тебя раньше не видела…
– А я раньше здесь и не была, – сообщила Соня. – Мне нужно найти Сергея Матвеева, он вроде в Иванькине живет…
– Эк, дорогуша, где ж ты раньше была? – воскликнула женщина. – Матвеев уже десять лет как умер, поздновато ты к нему в гости собралась! Ты его родственница, что ли?
– Ага, – соврала Соня. – Как так – умер? Я и не знала…
– А кем ты ему приходишься? – настороженно спросила собеседница Сони. – У Сергея, царство ему небесное, только внук был, Женька. Но он никогда к деду не ездил, раньше только, когда был маленьким, тут был. А потом родители его в город увезли, сами они даже на похороны Сергея не приехали…
– Ужасно… – посочувствовала Соня. – Я дальняя родственница Матвеевых, ну, в смысле, Жени… Двоюродная сестра.
Девушка испугалась, что женщина заподозрит неладное – Соня ляпнула первое, что пришло ей в голову, даже не задумавшись, насколько правдоподобны такие родственные связи.
Но ее спутница не обратила внимания на несоответствия и продолжала:
– Вот и я про то, что все это ужасно. Все-таки Сергей – отец Анькин, а та, как замуж за своего выскочила, так про Сергея и думать забыла. Единственное, что она сделала, – так это сиделку для отца наняла, а сама даже ни разу не приехала. Только Женьку, когда ему было лет шесть-семь, возила к деду, чтобы мальчишка летом на природе отдыхал. Ну а потом, когда Сергей совсем плох стал, никто из родственников к нему не приезжал. И к себе не забирали. Так и умер несчастный старик один, никому не нужный…
– Он болел, да? – спросила Соня.
– Деменция, наверное, – пожала плечами женщина. – Меня, кстати, Антонина Павловна зовут, а тебя как?
– Соня…
– Так вот, Сонечка, у Сергея проблемы с головой начались. Он забывал все, не помнил, что произошло вчера, мог поставить разогревать суп и забыть про него… Однажды чуть пожар не устроил, страшно было и за него, и за всю деревню. Вот так ведь забудет про включенный газ и спалит все вокруг! Хорошо еще, что я, как соседка, знала Анькин телефон, позвонила ей и сказала, что Сергея одного оставлять нельзя. Я-то хоть и приглядывала за стариком, помогала ему, но ведь у меня и свои дела есть! Я же не родственница, в самом деле! А Анька сиделку наняла, откуда уж она ее взяла, неизвестно. Надькой звали. Точнее, Надеждой Петровной. Сиделка поначалу мне хорошей теткой показалась – хозяйственная, еще с медицинским образованием, работу свою знала… Иногда к ней дочка приезжала, Юлька. Девица примерно твоего возраста, вроде матери помогала за домом следить, когда та не справлялась. А Сережка и их забывал постоянно… У него на старости лет совсем помутился рассудок, он все вспоминал про какие-то фамильные ценности, якобы он знает, где они находятся, но никому не скажет. В общем, бредил старик, жалко его. А вот Надька, та, видимо, поверила старику, все расспрашивала его, что за сокровища у него спрятаны. Выведывала она у него все выведывала, а Сергей возьми да скончайся… Сердце у него не выдержало, инфаркт случился. Только сдается мне, это Надька его на тот свет отправила, вместе со своей дочуркой Юлькой. Подмешали ему в еду какой-нибудь отравы, и все, помер старик… Неизвестно, сказал он сиделке, где его несметные богатства скрыты, или нет, только Надька после смерти Сергея уехала, и никто не знает, где она. Анька с мужем даже на похороны не приехали, распорядилась только, чтобы его на местном кладбище за деревней похоронили, и деньги в ритуальную службу заплатила. Вот такая у него любящая дочурка!
– Откуда ж у него сокровища-то? – делано удивилась Соня. – Жил ведь в деревне…
– Да говорю же, деменция! – отмахнулась женщина.
– А он с кем-то в деревне общался? – спросила девушка в надежде, что кто-нибудь что-то ей и сможет рассказать.
– Когда еще в уме был, со всеми в нормальных отношениях. Но дружков – нет, не было у него. Всю жизнь сам по себе. На него и бабы местные поглядывали, как жена-то его умерла да Анька в город сбежала. А он все делами да заботами отговаривался, копался на огородике да книжки читал. А как стал заговариваться да забывать все – и вообще только я заходила по-соседски, да вот сиделка с ним обитала.
– А сиделка-то куда уехала? – поинтересовалась Соня, грустно понимая, что ничего-то она не узнает. Видать, дед Жени был странненьким, нелюдимым. А может, он таким стал из-за клада? Боялся, что кто-нибудь отыщет кубок, если он проговорится?
– А кто ее знает? – махнула рукой Антонина Павловна. – Смылась, да еще и ограбила Сергея напоследок. Уперла деньги – его маленькую пенсию, еще стащила раритетный фотоаппарат Сергея, поди, хотела его продать коллекционерам, еще что-то… Когда я узнала, что сосед умер, хотела попрощаться со стариком, все-таки он был незлобный человек, добрый, мухи не обидит… И Женьку, внука своего, любил, дом ему завещал… В общем, я зашла, а в доме уже гроб стоит, ритуальная служба, и все как-то быстро получилось у них. Похоронили Сергея, а на следующий день сиделка исчезла. А вместе с нею – шкатулка, где пенсия старика лежала. Хотя ему-то деньги особо и не нужны были, он ничего толком не соображал, видимо, Надька и решила себе зарплату таким образом прихватить. Уж на какие-то копейки позарилась… Ей Анька прилично платила, не скупилась, можешь мне поверить!
– А откуда вы знаете? – удивилась Соня.
– Да разговор слышала их телефонный, – пояснила Антонина Павловна. – И сиделка вслух называла сумму, которую требует за работу, когда с Сергеем совсем все плохо стало. Она повысила цену, и я тебе скажу, столько денег мало где можно за день заработать. Но Анька согласна была платить, уж очень она не хотела к отцу ехать, вот и предпочитала все дистанционно решать. Удивительно, чем ей так старик не угодил…
– А фамилию вы сиделки знаете? – спросила девушка. – Может, у вас есть ее номер телефона?
– Вот чего не знаю, того не знаю, – покачала головой женщина. – О, мы уже почти дошли! Только, если ты хочешь в дом к Сергею попасть, имей в виду, там никто с его смерти не был. Сиделка смоталась, а Евгений, которому Сергей завещал дом, так сюда и не приехал. Дом заброшен, ты зря приехала. Или ты на могилку к старику сходить хочешь?
– Да, наверное… – замешкалась Соня, судорожно придумывая,
