говорить солидно. Правда, не очень-то получилось. – Ефим Матвеев – отец Ивана Матвеева, археолога. Как выяснилось, Иван Матвеев принимал участие в раскопках скифского захоронения. Есть вероятность того, что не все артефакты с раскопок попали в музей. Экскурсовод рассказала, что Ильяшов интересовался золотым кубком царицы Артаксии, который, по легендам, раньше принадлежал Александру Македонскому.
– Ясно, – кивнула Тамара, что-то листая в своем телефоне. – Значит, Ильяшов мог решить, что кубок закопан в могиле Матвеева. Знаете, Василий, здесь есть кое-что еще. Вы смотрели информацию о родителях Ильяшова?
– Да, Анна и Владимир Ильяшовы, проживают в Санкт-Петербурге по адресу: улица Невская, дом тридцать пять, квартира сорок, – несколько удивился столь резкой смене темы Рудков. – Оба работают, Анна – швея, выполняет заказы, а Владимир занимается физикой, он известный ученый. Читает лекции в ЛЭТИ, параллельно с исследовательской деятельностью преподает. Евгений Ильяшов проживал отдельно от родителей по адресу: улица Коломенская, дом двенадцать, квартира двадцать пять.
– На досуге посмотрите, пожалуйста, информацию о родителях Анны Ильяшовой, – посоветовала Тамара. – Думаю, там вы найдете много интересного. Я нашла.
– Зачем? – удивился Василий. – То есть, конечно, почему бы и нет… А вы, я полагаю, уже ознакомились с родословной погибшего?
– Да, только что. Ладно, не буду тянуть, у нас не так много времени, скажу, что я узнала. Ефим Матвеев – предок Ильяшова, отца Анны Ильяшовой звали Сергеем Матвеевым, он умер десять лет назад. Сергей Матвеев женился на Елене Никишиной, женщина умерла при вторых родах, второй ребенок не выжил. Проживал Сергей Матвеев в Санкт-Петербурге, точнее в небольшой деревушке близ города. Называется деревня Иванькино, там он жил до самой своей смерти. Дочь Матвеева вышла замуж за Владимира Ильяшова и переехала в Санкт-Петербург. Отец Сергея Матвеева – Иван Матвеев, археолог. Его жену звали Агафья. Между прочим, вы правы, Иван Матвеев был арестован за расхищение государственного имущества. Он отыскал могилу царицы Артаксии, в которой нашел золотой кубок, который, как известно, считается государственной собственностью, археологи должны все находки передавать в музеи. Но Иван Матвеев не стал этого делать, он спрятал кубок, наверное, хотел выгодно его продать. Однако преступление археолога раскрыли, и Иван Матвеев попал в тюрьму, где и скончался в тысяча девятьсот пятьдесят третьем году.
Тамара выдохнула, добавила:
– Здесь еще много интересного, как оказалось. Главное – знать, где копать, – надменно проговорила она. Василий помрачнел: он только-только понадеялся, что с напарницей можно работать, и вот опять. А женщина тем временем продолжила: – Если бы он признался, где спрятал кубок, его бы выпустили, но упрямый археолог заявил, что забыл, куда дел сокровище. Там в деле примечания любопытные: что готовы выпустить по условно-досрочному, принять во внимание сотрудничество со следствием и искреннее раскаяние. Более того, могли восстановить в должности, в общем, вернулся бы к нормальной жизни честного человека. Но археолог по какой-то причине запирался. Кстати, Василий, вы в курсе, что кладом долгое время считался любой артефакт, сделанный из драгоценного металла или имеющий в своем составе драгоценные металлы?
Василий был не в курсе, считал, что эта информация ему ни к чему. Но Тамаре на его мнение было глубоко наплевать. Она продолжала вещать:
– Однако сейчас положение о кладах изменено, сокровищами считаются все артефакты, созданные более чем два века назад или считающиеся произведением искусства. А кубок царицы Артаксии подходит под все определения клада, то есть его ценность довольно высока. Что касается жены археолога, то Агафья Матвеева пережила супруга почти на тридцать лет и умерла в конце семидесятых годов. Ну, о том, что Ефим и Евдокия Матвеевы были родителями Ивана Матвеева, вы в курсе.
– Получается, что Евгений Ильяшов поехал в Новгород, чтобы раскопать могилу своего дальнего предка? – выдохнул Василий. – Но почему именно могилу Ефима Матвеева? Хотя… это логично. Иван мог закопать кубок на могиле своего отца, пожалуй. Только… как Евгений это обнаружил? Самое очевидное место? Почему тогда никто не нашел? Полагаю, наши бравые работники в то время вполне могли догадаться до такого очевидного решения.
– Могли догадаться, а могли и нет, – пожала плечами Тамара. – И без похищенных артефактов в те годы забот хватало, насколько я знаю историю. А тут… Сын Ефима Иван нашел кубок Артаксии в месте ее захоронения. Он забрал себе сокровище и куда-то его перепрятал. Мог и в могилу отца, не таскался же он с тяжелой золотой чашей? Если она золотая, конечно. Возможно, он даже нарисовал карту, где указал место тайника, а Евгений каким-то образом заполучил ее и отправился в Новгород. И дело не в вандализме или черных ритуалах, вы же помните вашу первую версию? – не могла не поддеть Тамара. «Вот все-таки… акула», – мрачно подумал Василий. – Все гораздо проще. Мы имеем дело с современными кладоискателями, или «черными археологами», как их еще называют. Возможно, Ильяшов только начинал свою карьеру на этом поприще, однако ему сразу не повезло. И Кристина Федина, девушка Ильяшова, тоже искала кубок скифской царицы, я в этом почти уверена. Но за кладом охотился еще один человек, по крайней мере, убийца Ильяшова действовал в одиночку, на это указывает тот факт, что тело Евгения тащили волоком, а не несли. Если бы убийц было несколько, они бы вместе несли труп, то есть один человек держал бы тело за голову, а другой – за ноги. Но, учитывая то, что труп перетащили в лес, я делаю вывод, что у убийцы не было сообщников.
– Еще один «черный копатель»? – кивнул Василий. – Он знал про кубок и про то, что Иван Матвеев перепрятал сокровище, но, так как карта была у Евгения, преступник проследил за Ильяшовым и убил его, намереваясь завладеть кубком.
– Возможно, а может, убийца потребовал у Ильяшова карту, а тот не захотел ее отдавать. Преступник похитил Кристину Федину, сообщил Евгению свои требования. Но тот не захотел отдавать карту, видимо, девушку свою он не сильно любил… Кристина каким-то образом нашла способ связаться с сестрой и попросила ее о помощи, умоляя найти Евгения и отдать карту похитителю. А убийца, видя, что Ильяшов не идет на контакт, проследил за ним, добрался до Новгорода, а потом убил Евгения, когда тот раскапывал могилу Ефима Матвеева.
– Так нашел убийца кубок или нет? – не сдержал досадливого вздоха лейтенант.
Тамара пожала плечами:
– Если да, боюсь, Кристину Федину в живых мы не найдем. Но если нет…
Рудков подумал, что с этой женщиной возможно сработаться. Главное – не вступать с ней в открытый конфликт, тогда Косенкова не станет враждовать. Все равно они вместе ведут расследование, так зачем
