не заморрочить!
– Счас он у меня от шмелей поррхать будет! А ещё лучше от шерршней! – разозлилась Крылана. – Прричём каждый будет с сорроку величиной! Ты, барран ворроний! Это я! Я теперь такая! У меня перрья выррросли!
– Пёрррышки… крррасивые какие! Вырросли! – расплакалась мама, пав на мужественную грудь супруга. – Мы дожили!
– Дочь… ты это… как это? – Крыланин папа подозрительно часто заморгал, а потом сделал вид, что гладит жену по голове, и смахнул рукой непрошенные признаки слабости, недопустимые у настоящего ворона и главы рода. – Ты крррасавица! Да ты всегда была кррасавицей, но теперрь-то уж это все увидят и засунут в свои поганые клювы все перрья из хвостов! – вдохновился он.
– Сестррра! Живём! – возликовали братья, которым регулярно приходилось драться с каждым, кто слишком громко высказывал что-то по поводу их «лысой вороницы-позорницы».
Входная дверь была снесена натиском любопытствующих Клювастовых, вопящих что-то вопросительно-взволнованное, а потом…
– Опять прробка. Вот уехала из Москвы, думала, до возврращения никаких застрррятушек на пути не увижу, а тут – сплошь и ррядом! И это в рродном-то доме! – негромко высказала Крылана. В полной тишине её слова прозвучали как-то слишком громко.
Собственно, это тишину и прикончило – стая опять истошно заорала.
Кто-то требовал объяснить, что тут происходит и как это приключилось такое чудо. Кто-то просто вопил от радости. Кто-то, и, в частности, весь наличный состав младшего поколения, планировал рейды отмщения соседям-насмешникам, которые сулили и им подобную лысость. Громче всех гомонили братья, которые и слышать не хотели про возвращение сестры в «да что мы там не видели в этой твоей Москве, и нечего тебе там делать».
– Вам, может, и нечего! А мне – будет чем заняться! У меня там вррач, которрой я должна помочь! Она с меня ни грроша не взяла, а вот перрья мне выррастила! И что, вы хотите быть в ДОЛГУ?
Крылана решила сходу остановить все попытки её куда-то не пустить и была абсолютно права!
Братья заткнулись моментально, отец нахмурился, но кивнул, а мать и все прочие вороницы всех возрастов и степеней родства вцепились в Крылану с миллионом вопросов.
– Так, я всем всё ррасскажу, но не хотелось бы опоздать на прредосенний слёт! – Крылана расправила крылья и горделиво взмахнула ими.
– Ой… ты прилетишь, и они все попадают! – пискнула одна из наиболее впечатлительных племянниц.
– Нет, я не пррилечу, а прриеду. Вы же знаете, так можно к началу пррибыть! – хитро блеснула глазами Крылана.
– Да зачем! Они ж опять начнут про лысость! – загудели наиболее прямолинейные Клювастовы.
– И хоррошо! И отлично! – осознали перспективы наименее наивные. – И пусть раскарркаются вдоволь, да погрромче! А потом… потом-то позаткнутся навсегда!
– Точно! Это будет так ЗРРЕЛИЩНО, что такого долго никто не забудет! – подытожил самый старый и мудрый ворон стаи – Крыланин прадед. – Умница ты моя! – он правнучку любил и без перьев, но Крылана с перьями давала дивные перспективы для изысканно-издевательских развлечений над горластыми и не очень-то добродушными соседями. – Так им всем и надо!
Он покосился на внука и его жену – Крыланиных родителей, и те ответили ему понимающими взглядами – поняли, что он ОСОБЕННО думал о роде Ширококрыловых – именно из того рода был воронёнок, который моментально отказался от общения с их Крыланой, когда с ней случилась та беда. Прадед не без оснований предполагал, что его реакция сильно проредила и без того повреждённый шоком перьевый покров на крыльях правнучки.
«Ну-ну… Крронт Ширрококррылов на слёте будет со своей женой. А она у него сваррливая да птенцов террпеть не может, как кукушка, – позоррище! Только и знает, что людские шмотки скупать да в тарратайке своей по доррогам мотаться! – думал прадед. – Я так хочу увидеть, как Кррыланочка покажется перред ворронами, что даже сам туда полечу! Ррразомну косточки!»
– Ой, доченька, – мама, конечно же, не выдержала, вытащила дочку к себе в комнату, засуетилась вокруг, то и дело касаясь отливающих синеватым блеском тугих перьев. – Но как же ты упрравилась! Бедная моя! Но теперрь-то можно отдохнуть, не напррягаться!
– Мам, отдохнуть – это пррекрасно, а не напррягаться… Знаешь, мне как раз этого уже не нужно – могу снова облезть. Мне жить надо полнокрыльно! Понимаешь?
– Ну… хоть пока… а потом – ты ж теперрь замуж выйдешь за Вррана Чернокрррылова!
– Мам! А зачем мне теперрь этот птенец? Нет, он кррасивый, конечно… Но ещё только-только клюв из скоррлупы высунул.
– А где ж ты с ним общалась? – опешила мать.
– Вррач, которрая меня вылечила, это его названая сестрра, – объяснила Крылана.
– Ой, вот оно как! Ну и ладно. Действительно, зачем тебе тогда малыш? Ты вон у нас какая! Теперрь ты будешь выбиррать! Вот на слёте кого-то мы тебе пррисмотррим, женой станешь, птенчики пойдут… – размечталась мама.
– Нет! Не вы мне будете пррисматрривать, а я сама. И не на слёте!
– То есть как это? – изумилась мама.
– Мам, это ж мне с мужем летать кррыло к кррылу, не вам! – максимально мягко, но убедительно объяснила Крылана. – Посмотрри на меня! Я уже и вырросла, и оперрилась! А почему не на слёте – так сама подумай, рразве хоть кто-то из них меня поддерржал? Ну хоть немного за эти трридцать лет? Так зачем мне такие?
Глава 49.
Первый пункт плана
– Кто бы знал, какое рразвлечение будет на нынешнем прредосеннем слёте! – именно так прокаркала крупная вороница. Она издалека рассмотрела, кто выходит из машины, остановившейся в конце заросшей лесной дороги, и теперь ликовала: – Пррикиньте, пррибыла лысая Клювастова! – добавила самая наблюдательная сплетница округи.
– Да ладно? Она что, веррнулась? – удивилась ещё одна.
– Откуда? – не поняла третья.
– Ну как же, она ведь прропадала! А я срразу ррешила, что сбежала со стыда!
– Да и эти её сорродичи, дурраки какие-то, искали её, словно какой-то золотой клад! Да им бы поррадоваться, что такой позорр стаи исчез.
– Точно-точно! Я так и сказала, а они меня чуть не заклевали! Да ещё и пррогнали!
– А теперрь она веррнулась и устрроила им ещё и это позоррище! Зачем она сюда прриперрлась? Чтобы жизнь племянникам испорртить? У меня на одного из них внучка засматрривается, так я ей запррещу! А ну как тоже полысеет!
– Да-да, такое на рровном месте не случается! Огня без дыма не бывает!
– Погодите-ка, но ведь карркали, что это от прроклятья! – припомнила самая добродушная и спокойная.
– Да неужто ты верришь в такую еррунду! Они этим ппроклятьем пррикррылись, чтобы деньги выдррать у рродичей того парразита! Ну и ещё, чтобы Крррыланкиных брратьёв женить норрмально. Я вот тоже думала, что это пправда, а потом поняла – это у них крровь поррченная! Эти… ДНК покоррёжены!
Все эти рассуждения Крылана слышала преотлично. Слышала и едва сдерживала широкую улыбку.
«Ну какие же вы вороницы? Вы натуральные галдящие серые воро́ны! Сказала бы, что вы отчаянно, просто-таки позорно похожи на людей, но
