ища подтверждения, я знаю, что на губах моего отца играет лёгкая улыбка. Мне также не нужно произносить это слово, он знает, что второй вариант тоже является веской причиной.
— Я понятия не имею, что делать. Аарон не знает о её состоянии. Я не мог заставить себя сказать ему, что так глупо, я знаю. Я совершил ту же ошибку с Эйденом. И теперь я даже не уверен, что Лили будет жива, когда я вернусь домой.
— Колин, в смерти Эйдена не было твоей вины. Тебе было девятнадцать. Дети в этом возрасте часто шутят о смерти, даже когда не следует. Конечно, ты не воспринял это всерьёз, особенно зная, что Эйден был из тех, кто говорит:
— Я мог бы просто умереть вместо того, чтобы выполнить это задание, — всякий раз, когда он делал домашнее задание.
Я не отвечаю. Папа пытался сказать мне это целых два года.
Подключив телефон к зарядному устройству ровно на столько, чтобы я мог позвонить кому — нибудь в случае чрезвычайной ситуации по дороге домой, я просматриваю несколько сообщений, которые Лили отправила мне вчера и позавчера.
Лили: Ты в порядке? Ты не отвечал мне весь день. Пожалуйста, просто подай мне хоть один знак, что ты жив. Я действительно волнуюсь.
Лили: Ладно, это следующее утро. Аарон сказал, что ты будешь со своими родителями. Он упоминал что-то об Эйре. Колин, мне так жаль…
Лили: Я пыталась дозвониться до твоего домашнего телефона, трубку взял твой отец. Он сказал, что ты добрался домой целым и невредимым. По крайней мере, теперь я знаю, что физически с тобой всё в порядке. Мои глубочайшие соболезнования тебе и твоей семье. Если тебе что-нибудь понадобится… Я рядом.
— Почему ты не сказал мне, что Лили звонила вчера?
— Ну, твоя сестра умерла, так что прости меня за это. — Я не думаю, что он хотел показаться таким резким. — Ты также не сказал ей, что ты здесь, и даже просто не дал ей знать, что ты не попал в аварию на дороге.
Он прав. У меня было много свободных минут, чтобы отправить ей короткое сообщение. Но, с другой стороны, я действительно не думал, что Лили будет не всё равно, особенно после того, как я её бросил.
— Ты хочешь, чтобы я взял Риса с собой? Дать вам с мамой немного пространства? — спрашиваю я.
Учитывая, что моя мать не переставала плакать всю среду, я подумала, что, может быть, забрав Риса домой, я дам ей, по крайней мере, меньше поводов для беспокойства.
Папа встаёт с моей кровати, делает несколько шагов к моей двери, прежде чем сказать:
— Нет, я думаю, это хорошо, что по крайней мере один из детей твоей мамы все ещё дома.
Возможно, в его словах есть смысл.
— Колин, — он делает паузу и оборачивается, — позвони Аарону и расскажи ему всё, что ему нужно знать о Лили. Тебя не будет дома ещё час. Один час может изменить всё. Даже если ты рискуешь потерять своего лучшего друга и, возможно, любимую девушку из-за того, что открыл рот. Спасти её жизнь важнее, чем рисковать вызвать чью-то ненависть.
Мой отец исчезает так же быстро, как и появился.
Как только он исчезает из виду, я тоже иду по коридору, прямо в комнату моего младшего брата. К единственному брату, который у меня остался.
Дверь его комнаты открыта, как всегда. Я имею в виду, ему ведь всего три года.
Рис лучезарно улыбается мне, когда замечает, что я наблюдаю за ним из-за двери. Он всегда улыбается. Я знаю, что со временем его улыбки будут появляться всё реже, чем старше он будет становится, так уж устроена жизнь. Но пока его улыбки всё ещё присутствуют и, кажется, что никогда не иссякнут.
— Эйра пошла на пляж, — говорит он мне, хихикая. — Мама грустит из-за того, что enana ушла, gigante.
Войдя в его комнату, я сажусь рядом с ним на пол, одаривая его полуулыбкой.
— Это очень печально.
— Папа сказал, что теперь она навещает Эйдена.
Я киваю, притягивая Риса для столь необходимых объятий. Он пока ничего не понимает из того, что произошло, и не знает, что случилось с Эйденом или почему он так и не узнал его по-настоящему.
Он также видел Эйдена только на фотографиях и слышал истории.
Опять же, Рису три года, и, конечно, он понятия не имеет, что происходит.
— Но Эйра же вернётся, как и ты.
Вздыхая, я целую его в макушку, прижимая его к себе чуть крепче.
— Да, приятель, рано или поздно она вернётся.
Разве это жестоко — сказать трёхлетнему ребёнку, что его сестра умерла и больше никогда не вернётся? Думаю да.
Со временем он это поймёт, когда станет немного старше. Но на данный момент Рис не понимает всей концепции смерти, так зачем же отнимать у него всё ещё существующее счастье раньше, чем это необходимо?
— Мы можем пойти в парк? — спрашивает он, высвобождаясь из моих объятий.
— Завтра, хорошо? Мне нужно идти, но я вернусь завтра, и тогда мы проведём весь день в парке, хорошо?
Он резко кивает и впадает в истерику.
— А Лилибаг?
Если бы Рис не был моим младшим братом, я бы, наверное, разозлился на него за то, что он использует то же прозвище, что и я, но на самом деле я нахожу это очаровательным.
— Я попрошу её прийти.
ГЛАВА 37
«Я напомню тебе о мире и его чудесах» — Wait for you by Tom Walker.
Колин
Поскольку я так хорошо умею прислушиваться к советам, я не стал звонить Аарону.
Звонить ему казалось неуместным. Конечно, я мог бы спросить, где была Лили, все еще живет ли она в нашем доме или вернулась в свое общежитие. Но я боялся, что это вызовет еще больше вопросов.
По крайней мере, я отправил ему сообщение, что буду дома примерно через час… но это было семьдесят минут назад.
Я стою перед нашим домом, я слишком взволнован, чтобы войти внутрь.
На данный момент я понятия не имею, жива Лили или нет. В ту секунду, когда я войду туда, я получу ответ на вопрос, который, я не уверен, что готов получить.
Если я войду туда и Аарон будет опустошен, значит, Лили умерла. Если его не беспокоить, она, возможно, все еще жива, или ее еще не нашли.
Отлично, либо я буду точно знать, что она мертва, либо я все еще буду
