не прорычал он, залпом допивая джин-тоник. — Как же это будет унизительно.
— Твой отец ждет, что ты повзрослеешь, — ответила Полумна, расплываясь в неоднозначной улыбке.
Слова об отце сильно полоснули по груди, причиняя медленную боль. Полумна не знала, о чем говорила. Да и как могла? Полумна, нет… никто не знал, какие у него отношения с отцом.
Постоянные упреки, требования, насмешки. Сотни поручений, большинство из которых оказывались жалкими проверками на стойкость. Бесконечные интервью, в которых глава семьи не раз намекал на недовольство наследником. А наказания? Жестокие избиения, порой переходящие в безумное, неконтролируемое насилие.
Марс Нотт был его отцом. Но он был и самым злейшим его врагом.
Поначалу Тео мечтал о милости родителя, старался беспрекословно выполнять приказы, прилежно идти по стопам семьи и не высовываться, не желая накликать гнев, но Марс раз за разом находил повод показать сыну, что тот не достоин фамилии Нотт. И тогда Тео поменял тактику.
Он стал выполнять самые грязные поручения, плести множество искусных паутин, вынуждая попавших в них вставать на сторону Марса. Он всеми силами старался добиться расположения отца, чтобы в конечном счете стать официальным наследником и жестоко избавиться от него, заставив мучиться в агонии от собственных мыслей.
— Как жаль, что ты сорвала мой план, — сдержанно проговорил Тео, скучающе посмотрев на сцену, где Флер занималась сексом с неизвестным ему слизеринцем. — Если бы я унизил Малфоя, отец посмотрел бы на меня как на равного.
— Есть сотни влиятельных молодых наследников, чье имя ты мог бы опозорить, — с некой загадочностью ответила Полумна, смотря на Тео из-под опущенных ресниц.
— Но никто из них не имеет в отцах Люциуса Малфоя. Человека, из-за которого погибла любимая женщина моего отца. — Тео сказал это с таким ядом и злостью, будто собирался наброситься на Полумну.
Он хотел было продолжить, но вовремя понял, что сболтнул лишнего и, к большому сожалению, не тому человеку.
Тео поспешно хмыкнул и убрал руки в карманы.
— Ты так печешься о Драко. Не боишься, что Гермиона заберет его у тебя? — поспешил перевести тему он.
Он дал Полумне слишком много полезной и опасной для него информации. Нужно было как-то сбить ее со следа. А что может быть лучше в защите, чем нападение?
Ее глаза на мгновение заблестели от интереса и потускнели, не выражая ничего, кроме безразличия и холода.
— Думаешь, раз он спит с ней, она теперь в его сердце? — Смешок. — Веришь в детские сказки про любовь?
— Верю своим глазам, — быстро ответил Тео.
Полумна нахмурилась и звонко рассмеялась.
— Тео, Тео, Тео, — наигранно жалобным голосом повторила она, водя указательным пальцем по его щеке. — Как думаешь, он пошел к ней, когда она упала в обморок у всех на глазах?
Он задумчиво свел брови к переносице и интуитивно пробежался взглядом по VIP-зоне в поисках блондинистой макушки.
— Думаю, да.
— Не-а, — игриво ответила Полумна и убрала пальцы от его лица. — Увидев ее провал на сцене, он понял, что она не придет на вечеринку. Понял, что ваше пари, из-за которого он уделял этой дурочке так много внимания, стало бессмысленным. Щелк. — В сопровождение последнему слову она ловким движением пальцев создала отрывистый звук, держа им паузу в несколько секунд. — И Гермионы Грейнджер не стало в его жизни. Знаешь, где он сейчас?
— Удиви меня, — рыкнул Тео, ощущая легкий гнев от поступка Драко. Как он мог отказаться от пари, ничего не сказав?
— На полпути в Нью-Йорк, детка, — со злорадной ухмылкой ответила Полумна. — Он полетел туда на месячную стажировку, чтобы укрепить связи семьи.
— То есть он…
— Верно. Не теряет времени зря и занимается делом. Все еще думаешь, что ты своими играми сможешь чего-то добиться? Нет. Чтобы что-то поменять, нужно начать менять, а ты сидишь и играешь в игрушки как ребенок. — Явно оставшись удовлетворенной разговором, Полумна расплылась в хитрой улыбке и подмигнула. — Повзрослей, Тео.
* * *
— Гарри, только что звонила Чжоу, — громко сказала Джинни, чтобы перебить музыку на фоне. — Гермиона не придет на вечеринку.
Она резко потянула Гарри за руку, заставляя повернуться к ней лицом.
После недавнего происшествия с машиной Джинни чувствовала, что между ними начала образовываться невидимая пропасть. Гарри день за днем отдалялся, объясняя это тем, что не хотел быть причиной ее плохих отношений с матерью.
Когда он узнал, что Джинни из-за него чуть не попала в аварию, он несколько часов разговаривал с ней о нравственности и благоразумии, призывая относиться ответственно к своим действиям. Такая серьезность отталкивала, заставляла задуматься о его истинных чувствах к ней.
Пару раз она даже спросила его напрямую о намерениях, но он увиливал, ссылаясь на срочные дела или неподходящий момент.
Она теряла его и не понимала почему.
— Это хорошо, — только и ответил Гарри, убирая руку.
Он лениво осмотрел зал, задерживая внимание на сцене, где в полусонном состоянии и в ожидании оценок за выступление лежала грязная от спермы Флер. Джинни заметила, как он поморщился. А может, это была игра светомузыки.
— Гарри, — аккуратно начала Джинни, вновь касаясь его руки.
Она скучала по его прикосновениям, скучала по нему.
— Если Гермионы сегодня не будет, значит, мне не придется ее спасать, пользуясь привилегиями старшего слизеринца. — Он ощутимо напрягся, наблюдая за выставлением оценок. — Ну и мерзкое зрелище.
Джинни прекрасно понимала, что он чувствовал. Все происходящее напоминало ему о событиях двухлетней давности, об избиении и унижении Дафны его лучшим другом. Несложно догадаться, что нахождение здесь причиняло ему боль.
— Давай уйдем? — Она нежно провела большим пальцем по его ладони.
Гарри посмотрел на нее так, будто решал самую сложную в мире головоломку.
— Я пойду, — в итоге сухо ответил он и, отдернув руку, быстро зашагал прочь к закулисьям.
Джинни рвано выдохнула, прижимая ладонь к груди. Она пыталась успокоить бешеное сердцебиение, вызванное его уходом, но получалось плохо. Его отстраненность и холод пугали, раз за разом причиняя мучительную боль.
Когда Гарри скрылся за углом, в голове раздался тихий противный звон, словно кто-то ударил ее. Джинни пошатнулась, успев упереться плечом в настенное зеркало.
Музыка вперемешку со звоном постепенно погружали в туман. Перед глазами все растворялось, в висках эхом отдавался стук сердца.
Джинни тихо всхлипнула, зарываясь пальцами в распущенные волосы.
— Больно, малышка? — послышался женский голос. Сомнений не было, обращались к ней.
Джинни испуганно повернула голову и заметила высокую девушку в кожаном комбинезоне. Длинные белые волосы были собраны в высокий хвост, на лице красовался яркий, смелый макияж. Она выглядела уверенной и опасной.
От нее стало только хуже. Джинни
