— Хех, — усмехнулся король, наслаждаясь моей историей. — Как эта сказка похожа на вашу жизнь, вы так не думаете? Но сказка вроде бы кончилась хорошо. Люблю счастливые концы.
— Неужели? — всё ещё улыбалась я. — Вот только я не говорила, что это конец истории.
— М? — протянул он, убрав усмешку.
— Позвольте продолжить, — произнесла, слегка склонив голову. — Злодейка и злодей не выдержали характеров друг друга, после чего один злодей убил другого. Но второй также долго в живых не пробыл, ведь и его убили, наказав за преступление, которое он совершил. Так злодеев не осталось в живых. Но у хорошей девочки всё было замечательно. Она вышла замуж за принца и стала наследной принцессой. Более того, у неё остались её друзья, которые также были с ней. С ней остался молодой герцог, сильнейший рыцарь королевства, а также могущественный маг.
— Это тоже хороший конец, — произнёс король, который немного нервничал. Это было заметно. Кожа побледнела, улыбка стала более натянутой. Он чувствовал себя неуверенно. — Злодеи наказаны, у героев всё хорошо. Разве не это любимая сказка людей?
— Но я ещё не сказала «конец», — моя улыбка стала напоминать усмешку. — Все друзья хорошей девочки были одержимы ею. Молодой герцог отказался от своего рода, семьи, положения и добровольно стал наложником будущей королевы, дабы удовлетворять все её прихоти. Так он и сгнил в качестве раба, — король дрогнул, когда я рассказала об одной из линий «сюжета», но я продолжила. — Могущественный маг не смог контролировать свою энергию, отказался от помощи свыше и понадеялся на хорошую девочку, да вот только та ему отказала, и, в итоге, он стал бомбой. Бомбой, которая убила тысячи невинных людей.
Теперь я стала видеть это. Видеть блеск восторга в глазах короля. Инг, словно безумец, слушал и забавлялся. Ему всё казалось таким весёлым, но он всё равно продолжал молчать и слушать. Только безумный дрожащий взгляд его выдавал.
— Третий же — сильнейший рыцарь — и вовсе с самого начала был рабом, который не имел ни мнения, ни места в этой жизни. Он верил и надеялся, что как только хорошая девочка получит его контракт, то освободит его, но хорошая девочка думала иначе. Она не желала расставаться со своими игрушками, завуалированно называя это «любовью», — продолжала я, наблюдая за тем, как уголки губ короля дрожат от переполняющих его чувств. — В итоге, раб так и остался до конца дней своих рабом, передаваясь от человека к человеку, словно вещь. И, наконец, последний — наследный принц, ставший королём, внезапно умер, не оставив после себя никого и ничего. Только молодую жену, которая только-только стала королевой, а теперь и вдовой. Вот такая сказочка о хорошей девочке и вот такой конец. В итоге, в живых остаются только хорошая девочка и… отец наследного принца. Как вам моя сказка, Ваше Величество?
Мы уже давно не танцевали. Стояли, как вкопанные, привлекая всё больше и больше внимания. Никто не говорил. Даже музыка перестала играть. Каждый был сосредоточен на моих словах, а также на поведении короля, который покраснел, принялся дрожать и покрываться крупными каплями пота, бешеным взглядом смотря на меня.
— В-ваше… Величество?.. — растерянно звали люди, но приблизиться не решались.
— Что… Что за… глупая сказка?.. — дрожащим голосом спрашивал Инг, содрогаясь всем телом. Возникало такое чувство, что ещё немного и он взорвётся. Едва держится. — Какая… глупая… жестокая… сказка…
— Вы так думаете? — переспросила у него, после чего холодно посмотрела прямо в глаза. — Но ведь эту сказку написали именно вы, разве нет?
В ту же секунду в зале воцарилась тишина. Настолько оглушающая, что единственное, что мы могли слышать, — собственное сердцебиение. Но ещё через несколько секунд на всё помещение разразился оглушающий, безудержный и безумный смех.
Смеялся Его Величество Инг Логмэр, буквально выгибаясь в спине и запрокидывая голову. Это заставило меня отступить ещё на несколько шагов. Безумец, но при этом в нём чувствовалось что-то ещё. Что-то мне непонятное. Хотя, уверена, не только я это заметила. В какой-то момент смех, подобный грому, прекратился, и король устало, с ненавистью и ноткой игривости посмотрел на меня:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Диана фон Хэлстейн… — протянул мужчина. — Я должен был убить тебя давным-давно… Но тогда бы пропал весь интерес. И всё же… как жаль. Да… Как же жаль… Как жаль, что придётся начать с начала.
— Что? — спросила я, чувствуя, что зал начинает окружать странная сила, исходящая от короля.
Тёмная, холодная, словно глубины океана. Стены, окна, двери — всё покрылось этой энергией. Рядом с собой я почувствовала присутствие Эджила. Он взял меня за руку и потянул к себе за спину.
— Я так хотел избавиться от тебя, — продолжал рассуждать король. — Но ты каким-то образом опережала мои шаги. И эта твоя сказка… Хи-хи-хи! Откуда?.. Откуда ты её знаешь? Хи-хи-хи! Это… Это так раздражает! Хотя… — вскинул голову, зачёсывая волосы назад, — мне стало скучно.
После этих слов Инг щёлкнул пальцами, и моё тело поднялось в воздух и устремилось в центр зала. И не только моё. Эджил, Эрик, Вестар, Свейн и даже Мэрит с Андресом — все они против воли направились к центру зала. Нас словно тянуло что-то невидимое. Мы пытались вырваться, отбросить эти цепи, но всё бесполезно.
— А?! Что? Почему? — кричала Мэрит, после чего повернулась к зрителям, которые от ужаса, наоборот, толпились у стен. — Папа! Папа, помоги мне! Папочка! Папа!
Я видела барона. Видела, как он в шоке смотрит на свою дочь, но в его глазах не было жалости. Скорее, страх. И страх исключительно за свою жизнь. И, сколько бы Мэрит ни плакала… сколько бы ни кричала… всё бесполезно.
— Папочка! Пожалуйста! Мне страшно!
— Отец! — кричал Андрес. — Отец, что происходит? Ответь мне!
— Раздражаешь… — холодно бросил Инг, махнув рукой, после чего даже рот принца был зажат чем-то невидимым.
— Диана! — слышала Эджила, который всё время оборачивался в мою сторону.
— Диана! — так же звал меня Эрик.
— Что же это?.. — злился Свейн.
— Нет… только не это, — переживал Вестар.
Но никто. Никто не мог противиться этой незримой тяге. И вот, когда мы все были в центре, под нашими ногами прозвучал звук движущего механизма, после чего в полу возникла огромная дыра, которая и поглотила всех участников этого шоу. Мы куклы в театральной постановке. Я это знала с самого начала.
Но что происходит с куклами, когда пьеса заканчивается?
Их выбрасывают.
Лишённые свободы, мы падали вниз, в объятия чёрной бездны.
Глава 33. О величайший!
Порой казалось, что это падение длится бесконечно.
Были слышны голоса и крики, но я не видела лиц. Я и сама кричала, не понимая, где верх, а где низ. Кто-то додумался прибегнуть к магии, чтобы призвать хотя бы какой-нибудь лучик света, но на серьёзное заклинание никто и не надеялся: наши тела были словно скованы невидимой цепью. Не то что заклинание — даже руну в воздухе начертить не получится.
Но это было не самое страшное.
Стоило нам хотя бы немного прозреть, как мы осознали, что падаем вглубь академических туннелей. Вот только ходы были не такие, как в других туннелях — этаж за этажом. Нет. Тут всё было изменено, причём непонятно, когда и кто это сделал.
Стены и пол двигались, словно огромный часовой механизм. Здесь был полный хаос. Неровный пол, напоминающий горки, на которых каждый из нас, в итоге, оказался.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Это не было полноценным приземлением. Мы просто прислонились к резкому спуску, а после по инерции двигались в неизвестном направлении. Непонимание того, что происходит, мрачная атмосфера и невозможность контролировать ситуацию пугали до ужаса. Но, когда я увидела яркие вспышки света перед собой, почувствовала, как тело напряглось до крайности.
