двадцать лет. Обошелся он мне, правда, дороговато. Две тысячи евро за срок действия патента на двадцать лет, проверку на новизну и прочие экспертизы. Плюс, еще четыре тысячи евро я выложил за получение подтверждения патентирования в двадцати восьми странах Европы.
И только после получения всех документов я понёс свой патент в «Siemens Energy»[194]. Где, к моему удивлению, меня приняли вполне благосклонно. Видимо и сами уже владели информацией по моему патенту, и были заинтересованны в его проверке на практике, посчитав все плюсы и минусы нового способа гидрогенерации. Другого варианта, почему руководство этого гиганта-холдинга пошло мне навстречу, я просто не мог представить.
Мне даже не пришлось торговаться. Выслушав мои хотелки по строительству каскада станций на основе моего патента и с их гидротехническим оборудованием, взяли тайм-аут. Но уже через неделю мы подписали договор.
За патент, я не получал ни проценты и не деньги. За его передачу компании, я получал строительство под ключ, восьми электростанций мощностью пятьдесят киловатт каждая за счёт компании. Три станции мне поставят на моём ручье в Швейцарии до конца этого года, а оставшиеся пять, я волен заказать в течении пяти лет, но не позднее. К тому же, я дал согласие на то, что компания рядом с первыми станциями на моей земле построит исследовательскую лабораторию.
…
За время пока я грыз гранит наук в университете, регистрировал и реализовывал «своё» изобретение, Ольга тоже разошлась не на шутку. Создала сеть аптечных пунктов не только в кантоне Гларус, но и в соседних кантонах Ури и Швиц, а также в северной части кантона Санкт-Галлен.
Но останавливаться на достигнутом даже не подумала. Выкупила в Гларусе территорию старого паровозного завода и стала переоборудовать его под логистический центр.
— А ты не думала заняться собственным производством препаратов или расходников? — поинтересовался я после осмотра приобретенного ею старого завода.
— Как-то не думала. А что? Надо?
— Ну, а почему нет? Сеть аптек это круто, но ведь ты училась на фармаколога. Вот я и подумал, что тебе может быть интересно и создание своего научно-исследовательского, и промышленного центров.
— Ты знаешь? А я бы не отказалась. Тем более, у меня есть на примете несколько формул дженериков. Ну, измененных препаратов, на которые кончился патент, — зачем-то разъяснила она. — Которые мы, студентами, синтезировали в университете в качестве практики. Но на всё это надо больше денег.
— Нужно больше золота, — неосмотрительно ляпнул я.
— Золота? Ты о чём?
— Да это из компьютерной игрушки. В прошлом году вышла. Сашка играет, — принялся я оправдываться. — И сколько тебе надо на лабораторию и фармкомпанию?
— А у тебя что, лишние деньги появились?
— Думаю, скоро появятся. В Берлине идёт массовая реконструкция и перепланировка улиц. И парочка моих зданий попадают под национализацию с выкупом. Они дороги расширяют видите ли, — пробурчал я.
— И много получишь? Или больше потеряешь?
— Домики старые. Я не успел еще в них вложиться. И это хорошо. А по деньгам это не очень хорошо. Тысяч шестьсот — семьсот евро за каждый. Вот на эти деньги и рассчитывай. Для начала закупи оборудования по производству пластиковых расходников. Шприцы, ёмкости под анализы, капельницы, маски, перчатки, всякие пелёнки и прочее. А заодно и оборудование для производства пластика. Будет у тебя полный цикл.
— А зачем? В Швейцарии же нефти нет. Или я чего-то не знаю?
— Нефти нет, но зато есть асфальт в кантоне Невшатель, есть каменный и бурый уголь под боком в Санкт-Галене. Да и какие-то общедоступные группы лекарств можно производить из этих полезных ископаемых. Плюс налоговые послабления, за использования национальных ресурсов.
— Хм, всё как обычно. Загрузил меня по-полной. Ну, а сам чем будешь заниматься?
— Я? А я попробую получить вид на жительство Швейцарии. Уже и на экзамен записался.
Глава 38
Из тридцати человек, сдававших экзамен на вид на жительство «Пермит Б»[195], сдало всего трое. Прям как в швейцарском анекдоте, немец, итальянец и француз. Немцем, как не трудно догадаться, был я. Такое малое количество прошедших, обуславливалось в первую очередь небольшим количеством квот. По сто квот на каждый кантон и полуконтон. В будущем, насколько я помнил, количество квот увеличат в два раза, но даже и тогда правила сдачи оставят старыми.
Письменные тесты были, как по мне, вполне лёгкими, практически точно такими же, как и в моей прошлой жизни, когда мы с супругой тоже пытались осесть в Конфедерации. Политическая часть тестов касалась кантонов и их столиц, чем кантон отличается от полукантона, и видные, политические, деятели, Швейцарии. Географическая часть включала горные вершины, перевалы, озёра и реки. А в экономическую часть входило перечисление видных швейцарских банков, предприятий, электростанций, курортов и почему-то тоннелей.
Не знаю сколько народа отсеялось на тестах, но после проверки знания языков остались только мы трое. Итальянец, естественно, знал итальянский и на среднем уровне французский, француз, кроме родного языка, неплохо знал и немецкий. А я, кроме немецкого и довольно хренового французского, смог связать несколько фраз на граунбюндере[196], он же ретророманский. Ну и плюсом мне шла супруга-гражданка.
Еще через час я стал обладателем серенького швейцарского аусвайса категории «Б», который давал мне право проживать, работать и вести предпринимательскую деятельность на территории Конфедерации. Правда у этой маленькой ложки мёда была просто огромная бочка дёгтя. Я должен был каждый год продлевать действие своего аусвайса. Хорошо, что это я мог делать на кантональном и даже муниципальном уровне.
И вот такая вот морока с подтверждением, что я, мол, тут и работаю, и плачу налоги, должна продлиться десять лет, чтобы я смог пересдать экзамен на «Пермит СИ». То есть, постоянный вид на жительство с правом работы. А все байки гуляющие по миру, что достаточно купить недвижимость или бизнес для получения гражданства, байками и остаются.
Есть небольшая лазейка для очень богатых людей. Так называемый «Паушальный налог». Но я не настолько богат чтобы им воспользоваться. Иностранец должен иметь налогооблагаемый доход в размере одного миллиона франков и капитала в двадцать миллионов, при этом ежегодные налоговые отчисления в швейцарский бюджет должны составлять в среднем триста тысяч франков. Может в будущем, благодаря приближающемуся времени «Биткоина», я и достигну такого уровня богатства, но мне проще десять-пятнадцать лет подождать для получения полного гражданства.
Осталось купить красненькую паспортную корочку и спрятать в неё этот серый документ.
…
«Сиеменс» взялся за дело рьяно. Сначала прислали группу проектировщиков, заодно привезя с собой несколько жилых контейнеров-бытовок под разрешённую мной лабораторию.
