Когда я вошел к нему в комнату, все помещение заполнял едкий, щипавший глаза, белесый дым с резким запахом нагретой древесной смолы. Комната эта располагалась на самом верху смотровой башни, венчавшей здание радиостанции, и мне пришлось добираться сюда на лифте. Сам Шульга сидел за столом у широкого окна и увлеченно копался в разобранном нутре какого-то старинного передатчика, который он неизвестно где раздобыл. Рядом дымился допотопный электрический паяльник, какие я видел только в музеях техники, да разве что в старинных фильмах. Чад в комнате стоял такой, что у меня запершило в горле. Кругом: на столе, стульях и даже на полу - были разложены непонятные радиодетали, кажется, какие-то транзисторы, катушки индукции, сопротивления и многое другое, чего я никогда не видел. Сделав несколько шагов, я почувствовал, что под ногами у меня что-то хрустит.
- Эй-ей! Если не можешь нормально ходить по земле, научись летать по воздуху!
Из клубов едкого дыма показалось бородатое недовольное лицо Шульги. Всклокоченные волосы торчали во все стороны; темные глаза яростно блестели. На женщин Шульга всегда производил неизгладимое впечатление и, по словам многих, напоминал им свирепого разбойника из древних сказок.
- Разве можно нормально ходить в таком беспорядке? - возразил я, откашлявшись.
- Э! Да это ты, Сид! Дружище! - радостно воскликнул Шульга. - Я что-то не узнал тебя сразу.
- И не мудрено в таком дыму! Слушай, почему ты не используешь обычный лазерный аппарат для пайки? И чем это ты занимаешься? Что это за музейная редкость? Где ты ее взял?
Я подошел ближе к столу, разглядывая сложные переплетения золотистых извилистых нитей на плоских прямоугольных пластинах из какого-то органического материала.
- Да вот, понимаешь, хочу усовершенствовать одну вещицу... - скромно потупился Шульга.
- Вещицу? И где же ты намерен впоследствии ее применить? В качестве дополнительного утяжелителя для глубоководного водолазного костюма?
- Ну, ты скажешь тоже! - слегка возмутился Шульга, собираясь пространно изложить область применения своего нового детища, но я остановил его жестом руки.
- Ладно, Павел! Отложи на время свое занятие. Мне нужно с тобой серьезно поговорить.
- Разумеется, Сид.
Шульга выключил свой ужасный паяльник, встал с винтового стула, на котором сидел, и тут же под ногами у него что-то захрустело.
- Вот незадача! - Он почесал в затылке, пожал плечами: - Сам виноват, ничего не поделаешь!
Сейчас Шульга снова был похож на огромного неуклюжего медведя. Замахал руками, разгоняя дым.
- Дай на тебя посмотреть. Давненько ты не заходил ко мне! Забываешь старых друзей?
- Лучше включи кондиционер или открой окна, - сказал я, откашлявшись и протирая глаза.
- Ты прав, - согласился Павел. Он распахнул створки рамы, впуская в помещение свежий морской ветер. Снова посмотрел на меня.
- Э! Да ты никак ранен? Что с рукой?
- Пустяки! Так, царапина, - отмахнулся я.
- Из-за царапины, знаешь, так сшивать не будут, - возразил Павел. - Похоже, тебе меняли ткани или кости? Швы еще немного видны. Рассказывай, что случилось!
- Ну, если хочешь, сцепился с тигром... Помял он меня немного...
- С тигром? - Шульга хмыкнул, критически глядя на меня. - Ну что ж, на тебя это похоже. Я давно тебе говорил, бросай это занятие. Не мальчишка уже бегать по джунглям и таскать за хвосты всякую ползучую тварь! Пускай этим занимаются твои помощники. Но разве ты слушаешь советы старых друзей?!
- Ладно, - улыбнулся я. - Не такой уж я старый, чтобы сидеть, сложа руки. Тридцать шесть - это, знаешь, в наше время не возраст. Можно сказать, почти младенчество. Но хватит критики! Я к тебе пришел по делу.
- Подожди. Садись.
Павел усадил меня в кресло, сел напротив.
- Теперь можно и поговорить, - удовлетворенно отметил он. - Выкладывай свое дело.
- Вчера на радиостанции погиб Ян Лайкотис, - начал я.
- Да, - вздохнул Шульга, - жаль парня! Совсем еще молодой был, и вдруг такое... Но постой! Почему погиб? Ты хотел сказать: умер? Ведь у него, насколько я знаю, было что-то не в порядке с сердцем?
- Нет, Павел, я не ошибся. Лайкотис действительно погиб - его убили!
- Убили?! Ну, дела! - Шульга даже привстал в кресле. - Знаешь, Сид, если бы мне об этом сказал кто-нибудь другой, я бы ему не поверил. Но я знаю, чем ты занимался на Земле. Что, действительно произошло настоящее убийство?.. Черт возьми! Неужели у нас такое еще возможно? И кто мог убить Лайкотиса? Зачем? Он был отличным парнем. Просто в голове не укладывается!
- Узнать, кто убил Яна, мне хотелось бы не меньше, чем тебе, - вздохнул я.
- Так что же ты хочешь от меня? - спросил Шульга. -Надеюсь, не подозрение в убийстве привело тебя ко мне?
- Пока что нет.
- Спасибо и на этом! Уважил старого друга!
- Перестань, Павел! Мне сейчас не до шуток. Дело чрезвычайно серьезное. На Терре происходит уже второе убийство за последний год. Подозрение в такой ситуации может пасть на любого, включая и тебя. Так что обижаться тут не на что. Я попал в очень трудную ситуацию.
- Ты сказал, что это уже второе убийство на Терре? -насторожился Шульга. -Что ты имеешь в виду? Я совершенно не понимаю, о чем идет речь!
- Помнишь пропавшего год назад биолога Андре Бертона? Он прибыл на Терру с первой партией тигров и бесследно исчез вскоре после того, как их выпустили на волю. Так вот, совсем недавно обнаружили его замерзший труп в Стране Вечной Тени. Как и Лайкотис, он погиб от ранения отравленным оружием. Вот так-то!
Я помолчал, давая Шульге возможность обдумать сказанное мною. Затем продолжил:
- Вот почему мне нужна твоя помощь, Павел.
Шульга покосился на меня, почесал бороду.
- Да, но чем же я могу помочь тебе в этом деле?
- Скажи, во сколько ты вчера ушел со станции?
- В шесть вечера. Сразу же, как только Лайкотис заступил на дежурство.
- Значит, дежурство Лайкотиса началось ровно в шесть часов? А до этого его на радиостанции не было?
- Нет. Днем там работали двое операторов под моим присмотром... Назвать их имена?
- Не нужно. А что делал Ян Лайкотис до дежурства, ты не знаешь?
Шульга неопределенно пожал плечами.
- Наверное, отсыпался у себя в коттедже. Ему ведь предстояло провести всю ночь без сна за аппаратурой.
- Возможно... Значит, Лайкотис появился на радиостанции в шесть часов? А как он выглядел?
- Как обычно.
- Ты не заметил ничего особенного в его поведении? Может быть, настроение у него было плохое или он был чем-то расстроен? Нет?
- Да нет, - задумчиво произнес Шульга. - Обычное у него настроение было. Как всегда. Шутил даже. Разве что заспанный немного был... Да, точно! Заспанный. Это я хорошо помню. Значит, действительно отдыхал перед дежурством.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
