— А что с твоими волосами делать? — поинтересовалась я у Лана, как только дверь закрылась за нами.
— А что с ними делать? — повел бровью вампир, стягивая шнурок с хвоста.
Грива, рассыпавшаяся по плечам, стремительно темнела.
— Ого, как, — только и сказала я, стараясь держать себя в руках, чтобы не подойти и не запустить руки в это блестящее великолепие.
— Таким я тебе нравлюсь больше? — раздался тихий шепот.
На меня с лица Лана насмешливо синими глазами смотрела его вторая ипостась. И тут до меня дошло главное: ни один мускул на его лице не дрогнул в то время, когда я услышала вопрос. Брюнет, увидев мою реакцию, улыбнулся еще шире. Проходной двор, а не голова.
— Отлично, — резюмировала Эйлиз. — Теперь ваша задача на торгах произвести впечатление на покупателя и, желательно, такое, чтобы он захотел познакомиться с вами поближе, не откладывая. Сидеть тут месяц в ожидании, когда вас допустят к «телу» нам совсем не улыбается.
— Меня смущает, что он может не захотеть «знакомиться» с двумя одновременно, — стала размышлять я, — а нам нельзя разделять вас.
— Что-нибудь придумаем на месте, — подмигнул Лан.
— Будем изображать сиамских близнецов, ага, — огрызнулся Клесс.
Тут раздался стук в дверь. Все дружно уставились на меня. Пришлось идти открывать.
— Госпожа, — за дверью обнаружился субтильного вида юноша, — хозяин просил передать, что для рабов есть места в полуподвальном помещении, где за ними присмотрят и накормят.
— Спасибо, но я тороплюсь, да и дополнительные расходы мне ни к чему, — я попыталась закрыть дверь.
— По правилам размещения жильцов, такое не положено. А по поводу денег переживать не стоит: размещение рабов до пяти штук входит в стоимость проживания, — башмак парня, вставленный между косяком и дверью, дал мне возможность выслушать всю эту оду о невиданной щедрости и заботе о постояльцах.
— Видите ли, я — хрупкая женщина и хотела бы оставить их при себе в качестве охраны, — продолжала я гнуть свое.
— Правила для всех одинаковы. Безопасность наших постояльцев обеспечена на уровне, так что можете не переживать, — слабо улыбнулся он.
— Хорошо, зайдите через пять минут, — отчеканила я, пнув по ноге, захлопнула дверь.
— Ну что, все слышали? — когда за дверью стихли шаги спросила я. — Какие будут предложения?
— До завтра потерпим, — спокойно ответил Лан.
— Но если есть какие-то еще предложения, — добавил едва слышимый и такой знакомый шепоток.
— Хорошо. С маскировкой своих магических способностей проблем нет? — спросила Эйлиз.
— А сейчас и проверим, — ухмыльнулся Клесс, подталкивая меня к двери. — Парнишка-то уже под дверью топчется.
Эйлиз из-за ее маскировочного ошейника пришлось оставить в номере. Странные правила. Рабов сдавать на хранение, а вот животных можно оставить при себе. Спрашивать, однако, не захотелось, поскольку лишиться и общества баронессы мне не хотелось. Мы вышли из комнаты втроем. Юноша и правда ждал под дверью. Пройдя через сеть коридоров, мы спустились по лестнице. Там оказались попросту клетки с капитальными перегородками между ними. Внутри было относительно чисто. На полу лежали настилы.
— Пришли, — скомандовал провожатый. — Ключи от камеры будут только у вас и хозяина. На ключах есть магический маркер, так что на замке останется время и номер использованного ключа.
Он открыл дверь. Лан и Клесс зашли внутрь. После этого над поверхностью решетки полыхнуло голубоватое свечение.
— Защита от механического взлома, — пояснил парень, вручая мне ключи. — Проводить вас в номер?
— Не нужно, — сказала я и на несколько секунд замерла перед решеткой, вопросительно глядя на Лана и Клесса.
Каттис едва заметно кивнул.
Остаток дня прошел незаметно. Я еще раз спускалась проведать «рабов», убедилась, что их действительно покормили и ничего с ними не случилось. После чего поднялась наверх и попыталась уснуть. Морфей сегодня меня нагло игнорировал.
— Да прекрати ты ворочаться, — проворчала лежащая рядом Эйлиз. — А то эти двое под дверью так и не решат чего хотят.
Прислушалась и правда едва уловимая возня. Ничего умнее, чем подкрасться к дверному проему сбоку, я не придумала. Там и остановилась, затаив дыхание. Лиса же воспользовалась моментом и вытянулась на моем месте под одеялом. Тут бесшумно приоткрылась дверь и в комнату скользнуло два силуэта. Первый кинулся к кровати и сноровисто замотал Эйлиз, после чего с помощью второго засунули ее в огромный мешок вместе с одеялом. Что показалось подозрительным, так это отсутствие какого-либо сопротивления со стороны баронессы.
— Тащи скорее, — понукал первый, подталкивая подельника к выходу.
— Ты бы сам подхватил за концы. Тяжелая она какая-то, — прокряхтел второй. — Не скоро еще очухается.
— Ты сколько на тряпку налил? — прошипел первый.
— Ну плеснул ложки две.
— Дубина! Теперь она точно околеет! — первый бросил концы мешка.
Раздался характерный стук тела оземь. Это они мне так и Эйлиз и тушку мою бесценную угробят.
— Ироды, кто ж так похищаемую так на пол швыряет, а? — мой хриплый, но вкрадчивый голос заставил второго подпрыгнуть на месте.
Дверь я предусмотрительно закрыла на засов. Первый без лишних предисловий отвесил оплеуху второму, после чего бросил ко мне. Битый подельник с секундным запозданием последовал его примеру. Время растянулось. Эти двое повисли будто мухи в меду. В этот момент краем глаза я заметила приближение чего-то темного со стороны мешка с Эйлиз. Первой мыслью было метнуться прочь, но что-то меня остановило, будто уверенность в правильности происходящего. Еще какой-то ничтожный отрезок времени и я наблюдаю все происходящее от первого лица, но не распоряжаясь телом. От меня к этой парочке метнулась пара фиолетовых сгустков. Почти привычно. Следом за ними рванули ярко огненные нити. Что-то новенькое. Дальше была боль и вспышка света.
Проснулась я утром от стука в дверь. Голова болела, будто ее засунули в колокол и использовали вместо его языка. За дверью протяжно вздохнули и принялись долбить с новой силой.
— Чего тебе? — утробно рыкнула я, пытаясь подняться с пола.
Рык получился внушительным.
— Госпожа? — за дверью раздался испуганный голос вчерашнего слуги. — Вы просили разбудить на рассвете.
— Спасибо. Свободен.
За дверью еще некоторое время потоптались, но ушли.
Зрение все еще не фокусировалось. Встала на четвереньки, потом на колени. На ощупь пришлось искать мешок с Эйлиз. Пальцы быстро нащупали грубую мешковину. Ткань легко поддавалась. Я с треском продолжала раздирать ее. Тут окружающая сильно размытая серость начала приобретать четкие очертания. Сквозь разодранную мешковину виднелась лисья мордочка. Возле нее обнаружилась тряпка, отчаянно чем-то воняющая.
