— Клянусь, я собираюсь начать ходить на все матчи по поло в клубе. Кажется, я единственная, кто вас не знает. — Конни вцепилась в руки Рауля своими пухлыми пальчиками. — Ах, Лес, ничего удивительного, что ты скрывала его все это время. Он вос-хи-ти-те-лен!
— Вы очень любезны, миссис Дейвенпорт, — Рауль мягко отнял у нее свою руку.
— Боже мой, какой голос! — Конни даже задрожала от наплыва чувств. — Так и чувствуешь себя, словно тебя обволакивает сливочная помадка…
Зазвонил дверной колокольчик, извещая о прибытии новых гостей.
— Уверена, Лес, что ты знаешь здесь всех, — затараторила Конни. — Я пригласила Эндрю, но он в последнюю минуту позвонил и извинился, что не может прийти. Не может найти человека, который посидел бы с ребенком. Ну разве не истерическое поведение? В его-то возрасте! — Она попятилась к двери. — Запомните правило, которое установлено у меня на приемах. Если вы сидите на диете или придерживаетесь ограниченного питания, то можете сразу же уезжать. Вся еда здесь переполнена калориями и холестерином. Коктейль со взбитыми яйцами, сахаром и ромом приготовлен на чистых сливках. Лакомьтесь вовсю!
— Она не шутит. У нее все на самом деле так, — вполголоса предупредила Лес, взяв Рауля за руку и направляясь в центральную гостиную. — В каждой крошке — или уж, по крайней мере, в каждом глотке — не меньше тысячи калорий. Еда — это ее страсть. Чем жирнее и сдобнее, тем лучше. Конни единственная женщина из всех, кого я знаю, которая выражает желание забрать с собой остатки еды, когда уходит домой из гостей после вечеринки.
Большая комната была по-рождественски украшена. Надо всем главенствовало громадное дерево, с густых ветвей которого свисали пряничные человечки, леденцы и серебряные гирлянды. На каждой плоской поверхности в комнате, за исключением пола, стояли блюда и тарелки всех форм и размеров, наполненные всевозможными сладостями. Гости, окруженные этими сладкими соблазнами, толпились в гостиной, стоя или сидя небольшими группками.
Не успели Лес и Рауль войти, как их тут же остановила высокая, худощавая женщина в зеленом, отделанном бисером, платье, которое весило, казалось, больше, чем его обладательница.
— Лес, дорогая, осмелюсь ли спросить, где ты скрывалась все это время? — Это приветствие, произнесенное гортанным голосом, сопровождалось лукавым, понимающим взглядом.
— Здравствуй, Вероника. Удивительно, как это Конни разрешила тебе прийти?
— Я объяснила, что доктор велел мне набрать вес, и она тут же загорелась идеей откормить меня.
— Я не уверена, что ты знакома с Раулем, — начала Лес.
— На самом деле знакома, хотя не уверена, помнит ли он меня. — Она вложила свои длинные, тонкие, как косточки, пальцы в его руку. — Мы встречались в прошлом году на приеме у Чета Мартина, когда тот выиграл кубок Кинкейда. Я — Вероника Хамптон.
— Разумеется, помню. — Рауль слегка поклонился.
На его невозмутимом лице была написана одна лишь вежливость и ни малейшего признака того, что он ее узнает.
— Это было нечто предначертанное судьбой, не так ли? — сказала Вероника, обращаясь к Лес. — Когда ты решила задержаться так надолго в Аргентине, я сразу догадалась о причине. Да и кто бы на твоем месте не задержался, если бы возник шанс привезти домой кого-нибудь вроде твоего кавалера. Я не стану спрашивать тебя, довольна ли ты.
Лес поболтала еще несколько минут с Вероникой, а затем извинилась:
— Мы с Раулем еще не побывали в баре, чтобы выпить по чарке рождественского напитка. Поговорим позже.
— Присматривай за ним получше, — предостерегла Вероника.
Когда они отошли, Лес наклонилась поближе к Раулю и прошептала:
— Надеюсь, она все же послушается своего доктора и наберет немного веса. Иначе ей удастся доказать, что слово die «умирать» образовано от diet — «диета».
Она сознавала, что все головы в гостиной повернулись в их сторону, чтобы рассмотреть вызывающую общее любопытство пару. И ей был приятен гул голосов, который она вызвала, появившись под руку с Раулем. Она понимала, что улыбается как довольная кошка. Ну что же, примерно так она сейчас себя и чувствовала. Когда они проходили мимо небольшой кучки гостей, стоящих вокруг буфетного стола, Лес узнала пламенно-рыжие волосы одной из женщин.
— Есть кое-кто, с кем я хочу тебя познакомить, — она легонько потянула Рауля за руку, чтобы подвести его к своей знакомой. — Билли Рей, как поживаете?
Та, которую она окликнула, отделилась, извинившись, от собеседников и обняла Лес.
— Лес, вы выглядите чудесно.
— А вы выглядите… — Лес, смеясь, покачала головой, разглядывая ярко-красное атласное платье, столь эстетски не совпадавшее по цвету с волосами женщины. — Не понимаю, как вам это удается. Сочетание цветов ужасное, но вы смотритесь в нем ошеломляюще.
— Это называется характерность… ну и еще немного театральности, — хрипло проговорила женщина.
Маска густого грима скрывала тот факт, что ей стукнуло уже все пятьдесят. Зеленые глаза Билли Рей переметнулись на Рауля, а затем вновь на Лес.
— Это и есть тот самый, не так ли?
— Да, он самый. Билли Рей, познакомьтесь с Раулем Букананом. Рауль, это Билли Рей Таунзенд. Она владелица художественной галереи на Уорт-авеню.
— Рад с вами познакомиться, — сказал Рауль.
— Ну что вы, это я рада, — улыбнулась Билли Рей. — Галерея — мое хобби. Люблю, видите ли, красивые вещи. А вы, насколько я понимаю, играете в поло.
— Да, верно.
— Это спорт, требующий большой физической отдачи. Вы, должно быть, находитесь в превосходной форме. — Билли Рей оглядела Рауля с головы до ног, затем обернулась к Лес. — Если я выставлю в своей лавке его портрет обнаженным, картину оторвут с руками.
Лес рассмешило это замечание.
— Я собиралась забежать в вашу галерею. Когда я была в Буэнос-Айресе, то увидела несколько чудесных полотен работы местных художников и в двух местах взяла визитные карточки и проспекты. Думаю, что вам захочется взглянуть на них.
— Непременно. Приходите поскорее, — с жаром подхватила Билли Рей.
— Обещаю.
По дороге к бару их еще несколько раз останавливали знакомые Лес, и то же повторилось, когда они двигались обратно, выпив пару коктейлей. И чем больше завистливых взглядов, не говоря уже о завистливых замечаниях, было брошено в их сторону, тем довольнее становилась улыбка на губах Лес. У них ушло почти два часа на то, чтобы обойти все вокруг и повидать всех гостей. Лес испытывала большое удовлетворение, наблюдая за их лицами, когда они знакомились с Раулем. Когда обход был завершен, они разыскали хозяев, чтобы попрощаться и отбыть восвояси.
