муж уже знал, расспросы о своих делах пресёк сразу.
— Бьорд, я хотела извиниться… — сделала она последнюю попытку.
Он обернулся, останавливаясь перед дверями столовой, небрежно махнул рукой, открывая створки.
— За что?
Крылья носа с горбинкой дрогнули: там, на накрытом столе, стояло целое блюдо с ватрушками, распространяя сладкий творожный аромат.
— За Арви и…
— За Арви не надо, — перебил муж сухо и пропустил Виррис вперёд. — У него свой язык имеется и в прошлый раз он дал вполне исчерпывающие объяснения. И ещё, Виррис: полагаю, все эти игры на публику в любящую крепкую семью более ни к чему. Выпечка хороша, я уже пробовал. Меня ждёт Школа; вы, вероятно, найдёте чем себя занять.
Прежде чем девушка успела развернуться, двери тихо закрылись, оставив её возле накрытого к завтраку стола.
***
— Виррис, соглашайся! Погода просто восхитительная, а Бьорд присоединится, как только сможет. Хотя, если ты его уболтаешь, он расправится со своими бесконечными делами и обязанностями раньше, и мы сможем отправиться все вместе! Уговоришь, Виррис?
Сона Эос сверкала самой бесхитростной улыбкой, а Вир мрачно думала, что они с Фавьеном самым коварным образом сговорились. Тот заезжал в дом Зораттов вчера, привозил какие-то бумаги и, возможно, дела Школы друзья и коллеги обсуждали, но девушка услышала обрывок их беседы, и касалась она ласковых волн Ислерова моря, гостевых апартаментов со всеми удобствами и вкуснейшей рыбы. Середина лета, время, когда можно позволить себе отдохнуть от забот и вереницы учеников и их требовательных родителей.
Эосы присмотрели неплохой домик на Золотом побережье, куда ездили отдыхать вот уже четвёртое лето подряд. Чудесная закрытая территория, окна с видом на море, множество цветов, маленький уютный городок: белые домики с синими и голубыми крышами, ряды рыбных рестораций и кофеен, где в напиток добавляют различные пряности, выступления артистов по вечерам, пёстрые ярмарки, вечера под низким чернильно-бархатным небом.
Вчера Бьорд пробурчал, что ничего не может обещать в силу высокой занятости, но супруге с ними поехать предложит. Сегодня супругу навестила Сона, состоящая вся из предвкушения и радостного нетерпения. И вот как ей, такой радостной, объявить, что ничего настоящего у них с Зораттом нет и совместный отдых — последнее, о чём он мечтает? Да и ей после того заявления, колючего и неуютного, об общих вечерних прогулках совершенно не думается. Бьорд сегодня работал дома, перед гостьей извинился, заверил, что присоединится немного позднее, а дамы спасались от летнего зноя в тени беседки.
— Ну же, Вир! Как давно ты в последний раз куда-либо выезжала?
— Давно, — признала девушка. — Ещё с родителями, Элге совсем маленькой была.
— Тем более! Вам обоим очень нужен отдых и целительный морской воздух! Фавьен нашёл портального мага, не придётся тратить время на дорогу. Дом мы уже выбрали, но можно посмотреть другой, есть очень неплохие, на две семьи. С отдельным входом, отдельными верандами, и в то же время рядом. Месяц на Золотом побережье, и вы…
— Месяца у меня нет.
Бесшумно появившийся Бьорд вошёл в кружевную беседку.
— Пару недель смогу освободить, — продолжил он, немного виновато улыбаясь гостье. — Виррис, если хотите, вы можете поехать раньше, вместе с Соной и Фавьеном. Хотите?
При Соне муж разговаривал на несколько градусов теплее. Возможно, ко всей остальной публике Эосы не относились, но при них Бьорд продолжал вести себя как заботливый супруг. Виррис замешкалась с ответом: всё непросто, всё требовало больших душевных сил, в его присутствии или без. Элге уже отправилась со своим герцогом то ли в свадебное путешествие, то ли в ознакомительную поездку, писала, как и обещала, почти ежедневно, выражала надежду, что и старшая сестра не будет грустить и развеется. Берг прекрасно справится и в отсутствие хозяев, а Сона очень даже неплохой подругой оказалась, пусть Виррис и не рассказывала ей всего.
— Хочу, — осторожно согласилась Вир, внимательно разглядывая мужа.
Он выдержал её взгляд, наверное, впервые со дня возвращения не избегая, отвечая похожим, пристальным, вопросительным. А улыбка, пожалуй, предназначалась больше для госпожи Эос.
Ещё через пару дней, уладив все формальности, семейство Эосов в полном составе, с шебутными мальчишками-близнецами, и Виррис, любезно провожаемая Бьордом, отправились навстречу отдыху, и громче всех этому отдыху радовались, естественно, дети.
Первую неделю Вир провела в компании семьи Эос и очень радовалась отдельному входу на свою половину дома: дети оказались резвыми и шумными, они заполняли собой всё пространство, но чётко знали, что на территорию Зораттов без приглашения забегать нельзя. Таким образом, у Виррис было личное пространство и тишина и покой в любой удобный момент. На третий день к постоянному шуму и беготне активных мальчишек она привыкла.
С огромным удовольствием совершала прогулки вдоль берега, любуясь искрящимися в солнечных лучах волнами. Помогала развлекать близнецов, включалась в совместные активные игры на свежем воздухе, вела с Соной и Фавьеном ленивые неспешные беседы, прятала светлую кожу от солнца под широкими полями шляпы и в тени цветущих кустарников. Купалась, когда господин Эос находился подальше от воды, а Сона, наоборот, составляла подруге компанию. С удивлением разглядела немного округлившийся животик госпожи Эос, обтянутый купальным костюмом. Сона улыбалась: они с мужем надеялись на девочку. Самой Виррис вопросов о детях подруга не задавала, и Виррис мысленно горячо благодарила за эту деликатность. Рыбу в местных заведениях готовили по-разному; Вир, всегда довольно равнодушная к рыбным блюдам, здесь с огромным удовольствием перепробовала многое, а кое-какие рецепты не поленилась записать, чтобы кухарка Зоратта повторила их дома.
Всё здесь дышало покоем и безмятежностью, даже наполненные смехом и музыкой вечера: улыбчивые жители беленького чистенького городка умели и отдыхать, и веселиться. Виррис искренне поблагодарила Сону за настойчивость: уехать из Леавора оказалось замечательной идеей, а звёзды над морем казались крупнее и ярче, нежели те, домашние. Девушке нравилось искать новые созвездия в ночном небе, а закрытая территория делала это созерцание безопасным.
Бьорд прибыл через неделю, а Виррис поняла, что не знает, чего ждать, как себя с ним вести. Муж решать эту задачку не помогал никак: в первые два дня отсыпался, появляясь в маленькой компании почти к обеду. Спальня на их половине дома была единственная, но Зоратт занял диван в гостиной, мягкий и удобный, так что в стенах дома ухитрялся не попадаться на глаза.
— Ты снова становишься похож на человека, — заметил Фавьен на второй день. — Совсем загнал себя этой работой, о супруге молодой забыл. Разве так можно?
Они обедали на широкой веранде, увитой благоухающими цветущими лианами. Виррис поспешно опустила ресницы и нацепила улыбку.
— Исправлюсь, — непонятно кому пообещал Зоратт. — Я сюда
