— Мы шли в Эланд к герцогу Рене. Я хотел отыскать проход в Идакону через Лисьи горы и Внутренний Эланд…
— Вы не пройдете, даже если я пропущу вас через Тахену. Дальше моя власть кончается. Над Таяной стоит туман, вдоль Явеллы рыщут Охотники. Против них человеческое оружие — что деревяшка против стали.
— Но мы же их били, — вскочил Луи, — клянусь, что били!
— Не их, — поправила его странная собеседница. — Тем, кто прошел посвящение Ройгу, с осени Горду не пройти. Вы схватились со Жнецами, мелкой челядью, которую научили наполнять Чашу. Этих бить человеческим оружием можно и должно, но в Таяне хозяйничают другие. Вы не сделаете и дюжины вес, как Охота встанет на ваш след. Это арры везде пройдут тенью облака, их никто не заметит, а вы люди…
— Значит, возвращаться? — Плечи Луи обреченно ссутулились. — Что ж, остается одно — краем Пантаны в Святую область. К осени, может, и доберемся…
— Зачем? — удивилась Хозяйка топей. — Каждый должен быть там, где сделает больше всего. Судьба привела вас сюда, ваше место здесь. Отрежьте Годоя от Таяны и Тарски. Не дайте Ройгу прорваться через Горду.
— Не понимаю, — Луи казался совершенно растерявшимся, — как мы можем совладать с богом, пусть он еще и не вошел в полную силу? Нас две сотни с небольшим, у нас даже пушки нету… Если ваши Всадники не выдержат, мы и подавно.
— Ну подумай же хоть немножечко. — Молчавшая дотоле босоногая проводница возмущенно сверкнула зелено-крапчатыми глазами. — Чтобы протащить Ройгу через Горду, им нужно посылать сюда «сборщиков». Не понимаешь? Представь, что нужно втащить что-то на гору. Хотя бы твою несуществующую пушку. Что ты сделаешь?
— Ну, если есть время…
— Есть, но мало.
— Вкопаю столб или, еще лучше, отыщу подходящее дерево, перекину через него канат и…
— Хвала святому Эрасти… Так вот, нельзя позволить ройгианцам вкопать здесь столб.
— Но как?
— Очень просто. Убивать «сборщиков», как в той несчастной деревне. Они по утрам орудуют, если с вечера не попасть внутрь замкнутого ими кольца, вы их запросто перебьете. Их меньше, чем вас, и они не воины, а палачи…
— Что ж, — оживился Луи, — это дело. Вы знаете, где их искать?
— Мы их уже нашли, — откликнулась проводница. — Придут другие — найдем и других. Ваше дело, чтобы никто не ушел… Все «сборщики», перешедшие Горду, должны быть не просто убиты, они должны исчезнуть. Пусть ройгианцы думают, что это магия…
— Но ведь останутся трупы, кони…
— А вот это уже наше дело, — ответила старуха. — Вы будете убивать, мы — прятать следы… На это наших сил пока хватит. Вижу, хочешь что-то спросить. Спрашивай.
— Почтенная госпожа, а не проще их уничтожать прямо у Горды, ведь Всадники это могут?
— Могут, — согласилась болотная госпожа, — но когда сил не хватает, приходится делать лишь то, что за тебя никто не сделает. У всадников свой враг, у вас — свой.
— А как же вы обходились до нас?
— С трудом, — засмеялась проводница. — Мы не могли их истреблять, разве что они сунулись бы в топи, но мы могли им мешать. Их талисманы могут не сработать, если в деревне, скажем, не вовремя раскричатся петухи… Беда, что нас мало…
— Было мало, — отрезал Луи.
— Тогда с рассветом и начинай, — заключила старуха. — И помни: отныне вы — духи леса. Вас никто не должен видеть, о вас никто не должен знать. Нагрянуть, убить и исчезнуть! Мы за вами приберем, а вас спрячем так, что никто и никогда не отыщет. Что-то еще?
— Михай Годой — посвященный?
— Бесспорно, но это не все. Этот упырь сосет кровь из разных шей.
— Но как могло случиться, что Всадники его пропустили?!
— Запрет. — Седая ведьма вздохнула, как обычная старуха. — В жилах Годоя течет кровь старых богов, и никто из нас не может ее пролить. Это должны сделать люди. Или арры, а вернее всего, те, кто пошел от того же корня, что и тарскиец.
— Госпожа…
— Мое имя Эарите.
— Сигнора Эарите, а если мы будем бить не только этих… «сборщиков»? Это ведь единственная дорога из Таяны в Арцию. Тут и гонцы, и обозы, и подкрепления…
— Если не будешь зарываться и оставлять следы, бей, — решила болотница. — Но на большие отряды не кидайся, людей береги. А глаза и уши мы тебе дадим… Лупе, ее Лупе зовут, знает, кого спросить и как позвать.
— Эарите, — тихо спросила босоногая, — мне пора?
— Пора, хватит с тебя болота. Ты — человек, вот и иди к людям, пока можешь…
Глава 7
2229 год от В. И. 17–26-й день месяца Лебедя
Внутренний Эланд. Чернолесье
Эланд. Идакона
Таяна. Червонный кряж
1
Сташек производил впечатление человека, который средь бела дня увидел привидение. Он был не столько перепуган, сколько потрясен до глубины души. Хорошо хоть темного ужаса, которого опасался Рене, в его глазах не было. Юноша владел собой достаточно, чтобы обратиться к герцогу, как и полагалось «Серебряному».
Рене, будучи истым эландцем, не обращал внимания на воинские ритуалы, столь любимые таянцами и арцийцами, но «Серебряные» упорно им следовали, словно убеждая самих себя, что все в порядке и они по-прежнему гвардия наследника таянской короны. Адмирал им не мешал, даже подыгрывал, но сегодня был не тот случай.
— Судя по тебе, боя не было? Они что, ушли, бросив коней?
— Нет, монсигнор. — Сташек изо всех сил старался выглядеть бывалым воякой, но когда он волновался, его семнадцать лет заявляли о себе в полный голос. — Они все там. И жители деревни тоже. Мертвые.
— Все? — Рене даже не стал скрывать удивления.
— Все, — подтвердил юноша. — Эти… «рогатые» перебили селян, а затем кто-то их прикончил. Я таких стрел отродясь не видал, и никто из наших тоже.
— Поехали, — бросил Рене, пришпоривая коня. Цевец обиженно обернулся, но промолчал: то, что ржание под седлом является страшным преступлением, он усвоил еще в жеребячьем возрасте. Максимилиан, поправив наперсный Знак, последовал за герцогом, мысленно готовясь к неприятному зрелищу. Но приготовиться к такому было свыше человеческих возможностей.
Все жители деревни — что-то около сотни человек — с перекошенными от смертного ужаса лицами лежали на небольшой площадке в центре деревушки. Хоть Приграничье и считалось вотчиной Церкви Единой и Единственной, местные предпочитали молиться каким-то своим богам, и вместо церкви посредине поселка возвышалась огромная ель, вокруг которой стояли четыре изукрашенных шеста, отмечая стороны света. Клирик припомнил, что обитатели этих мест упорно поклонялись Мировому Древу, чье многочисленное потомство снабжало их всем необходимым. Отучить чернолесцев от этой дурной привычки у Церкви как-то не получалось, а искоренить ересь огнем и мечом без помощи таянских и эландских властителей было невозможно, да и рыцарей, желающих отправиться в Святой поход в эти гиблые места, не находилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
