Китае архиепископ Иннокентий, епископ Владивостокский и Приморский Михаил, епископ Забайкальский и Нерчинский Мелетий, епископ Антоний, епископ Тянь-Цзиньский Иона, епископ Шанхайский Симон[903], митрополит Северо-Американский Платон, епископ Детройтский Аполлинарий[904], архиепископ Харбинский и Манчжурский Мефодий[905].
По мнению митрополита Евлогия, Архиерейский Собор должен предшествовать Всезарубежному, а на Архиерейском Соборе необходимо будет решить все организационные вопросы, касающиеся проведения Всезаграничного[906].
В 1925 году исполнялось 1500-летие Первого Вселенского Собора. На октябрьском заседании рассматривался вопрос о чествовании данного исторического события:
1. По случаю исполняющагося 21-го мая (по ст. ст.) 1925 г. 1500-летия Перваго Вселенскаго Собора, объявить означенный день по всей Русской Православной Церкви заграницей праздничным днем. 2. Просить Преосвященных Управляющих русскими православными заграничными епархиями, Миссиями, церквами и общинами, а также исп. об. Управляющаго военным и морским духовенством Русской Армии сделать распоряжение, чтобы во всех подведомых им русских православных церквах заграницей в означенный день – 21 мая с. г., были совершены торжественные богослужения с молебным пением (Св. Отцам и по Триоди Цветной) и прочтением особого послания Архиерейскаго Синода, имеющаго быть нарочито разосланным своевременно, разъясняющаго смысл и значение воспоминаемаго события и торжественнаго чествования его[907].
Несколько ранее, в сентябре 1925 года на очередном заседании обсуждался вопрос о времени созыва Собора архиереев Русской Православной Церкви за границей. Синод просил Председателя Архиерейского Собора и Синода Высокопреосвященного митрополита Антония созвать Собор архиереев «не раньше декабря месяца, дабы дать возможность оповестить о созыве Собора и отдаленных Архиереев и успеть получить от них отзывы по предметам соборной повестки»[908]. В декабре Архиерейский Синод имел суждение по вопросу о времени созыва Архиерейского Собора Русской Православной Церкви за границей, т. к. в назначенный срок (15 января ст. ст.) созвать Собор не представлялось возможным, из-за недостатка времени для оповещения Преосвященных и получения от них ответов. На основании суждений было вынесено решение:
Назначить сроком созыва Архиерейского Собора 15/28 февраля 1926 года, поручив Председателю Архиерейского Синода Высокопреосвященному Митрополиту Антонию испросить благословение Св. Патриарха Сербского Димитрия на созыв Архиерейского Собора в Срем. Карловцах и по соглашению с ним установить точное время созыва Собора, если таковой по его указанию не может быть созван в означенное время[909].
В журнале «Церковные Ведомости» печатались оповещения о времени проведения Соборов, поскольку они иногда задерживались по разным причинам – например, из-за необходимости согласовывать даты с Главами Сербской Православной Церкви.
Так, в заметке «От Временного Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей» (№ 9-10 «Церковных ведомостей» за 1923 год) читаем:
Назначенный на 9/22 мая с. г. Собор Архиереев Русской Православной Церкви заграницей, по распоряжению Его Святейшества Святейшего Димитрия, Патриарха Сербского, отложен на 17/30 того же мая, так как с 10 по 15 мая ст. ст. в Сремских Карловцах будут происходить заседания Св. Архиерейского Синода и Высшего Административного Совета Сербской Православной Церкви.
В номере «Церковных Ведомостей» 19–20 за 1924 год о Соборе Архиереев было сказано:
3/16 октября в Сремских Карловцах собирается Собор Архиереев Русской Православной Церкви заграницей. Ожидается приезд некоторых Преосвященных, не участвовавших лично на прежних подобных Соборах. Прибыл уже Преосвященный Антоний, Епископ быв. Алеутский и Аляскинский. Собору предстоит разрешить целый ряд важнейших вопросов. Тем Преосвященным, которые по дальности расстояния или по другим местным условиям не могут прибыть на Собор или командировать своих представителей, Архиерейским Синодом разосланы вопросы по важнейшим предметам, подлежащим обсуждению на Соборе. Всего на Соборе лично и письменно будут представлены 37 иерархов Русской Православной Церкви.
В № 1–2 за 1926 год в Послании от Председателя Архиерейского Синода РПЦЗ о времени созыва Архиерейского Собора говорилось:
В отмену прежних распоряжений («Церковные Ведомости» № 21–22 и 23–24) сим оповещаются Преосвященые Русской Православной Церкви заграницей, что созыв нашего очередного Архиерейского Собора отсрочен до 15/28 мая с. г.
А № 9-10 открывался посланием митрополита Антония, Председателя Собора архиереев, и Архиерейского Синода РПЦЗ:
Собор Архиереев Русской Православной Церкви заграницей назначается, с благословения Его Святейшества, в Сремских Карловцах 12/25 июня сего года.
В адрес Собора архиереев Русской Православной Церкви за границей и его председателя митрополита Антония поступали Приветствия от частных лиц, приходов, учреждений и организаций, в которых выражались чувства преданности[910]. В 1926 году Приветствие Архиерейскому Собору и его Председателю митрополиту Антонию поступило и от имени Монархического Совета[911]. Публиковались и ответные благодарности. Так, № 11–12 за 1926 год открывается обращением от Собора архиереев Русской Православной Церкви за границей:
Заслушав поступившие с разных мест мира от разных русских колоний, организаций и учреждений приветствия Архиерейскому Собору и его Председателю Высокопреосвященному Митрополиту Антонию и выражения чувств преданности ему и не имея возможности благодарить в отдельности, сердечно благодарит всех приветствовавших и шлет им свое Архипастырское благословение.
Во время проведения очередного Архиерейского Собора в журнале «Церковные ведомости» публиковалась его хроника, а после окончания подробно печатались Определения и Послания.
8-20 ноября (ст. ст.) 1921 года в Сремских Карловцах состоялось Всезаграничное Русское Церковное Собрание, впоследствии переименованное в Собор (в современной литературе часто именуется Первым Всезаграничным Церковным Собором). На соборе был заслушан Наказ Собору, приняты Обращение к воинам русской армии, Послание к мировой конференции (Генуэзской), Послание чадам Русской Православной Церкви, в рассеянии и изгнании сущим (было напечатано в первом же номере журнала «Церковные Ведомости» – № 1 за 1922 год). Ряд заявлений Собора носил политический характер, в частности – призыв к восстановлению на российском престоле «законного православного царя из дома Романовых» и прямой призыв к мировым державам оказать помощь для вооруженного свержения советского режима.
В Послании Генуэзской конференции, отправленном по завершении Собора, содержался призыв не допускать на эту конференцию представителей советского государства. Митрополит Евлогий (Георгиевский) вспоминал, что перед голосованием соборного «Послания чадам Русской Православной Церкви, в рассеянии и изгнании сущим» велись «долгие и жаркие дебаты в продолжении двух-трех заседаний». Сам владыка Евлогий уговаривал наиболее влиятельных монархистов – членов Собора:
Поберегите Церковь, патриарха. Заявление несвоевременно…
А как мы отягчим его положение! Патриарху и так уже тяжело.
Однако при голосовании 2/3 участников Собора высказались за предложенное обращение к русскому народу, 1/3 – против. 34 члена Собора, в том числе митрополит Евлогий, остались при особом мнении и подали мотивированное заявление, в котором отмечалось:
Постановка вопроса о монархии с упоминанием при том и династии носит политический характер и, как таковая, обсуждению церковного собрания не подлежит, посему мы
