Что же Дааса или его хозяев, так тянет на зеленый цвет? И кто разрабатывал этот дизайн?! Что за чушь, это же не совместимые между собой вещи! В принципе! Комплект спецодежды включал в себя зеленое, короткое, скорее спортивное, нежели бытовое, кимоно, футболку так же зеленую, но немного более светлого оттенка, и… шаровары! Да-да, славенские, в цвет футболки, льняные шаровары. Их же вот уже лет сто как никто не носит! Последней частью комплекта, была повязка на голову, с изображением улыбающегося смайлика, разумеется, она так же была зеленой.
Так как в моей квартирке не было зеркала во весь рост, пришлось, включить компьютер и нацелить камеру на себя, после чего только и переоделся. Результат удивил; кимоно удачно скрывало мою худобу и малоразвитые грудные мышцы, при этом выгодно подчеркивая ширину плеч и талию. Если выпрямиться и не сутулиться, то меня легко можно принять за увлекающегося спортом молодого человека. Шаровары так же прятали излишне тонкие ноги и оказались не настолько широкими, как показалось в начале. Хитро, покупая подобную одежду, можно не думать об особенностях фигуры персонала, достаточно знать рост работника, и чтобы он не был чрезмерно упитанным.
Все портил этот дурной, насыщенный зеленый, что мешало подобрать другой цвет, более пастельных тонов? Смотрелось бы на порядок лучше!
Постучав в едва прикрытую дверь и не удосужившись ожиданием ответа, в комнату вошла Иллея, преступив порог моего дома, даже без намека на приглашение с моей стороны.
Кронос! Это вообще вроде как моя квартира, а не проходной двор! Или я что-то глобально не понимаю, что-то всем очевидное, а мне по какой-то причине не ясное?
— Думала будет хуже. — Произнесла шеф и, оценивающе цокнув язычком, улыбнулась. — А ты симпатичный даже, когда не сутулишься.
— Шеф Иллея, не затруднит вас ответить мне на один вопрос?
— Да и на два отвечу. — Нет, меня её улыбкой уже не провести.
— Я нахожусь в очень затруднительном положении… — Договорить мне не дали.
— Да, я вижу, ты не умеешь, завязывать пояс кимоно. — С чего она решила, что моё затруднительное положение состоит в этом?! — Давай помогу. — Сказав это, она бесцеремонно принялась перевязывать мне кушак.
Так как я был значительно выше её, то мой взгляд, направленный вниз, непроизвольно задержался на довольно открытом вырезе её футболки. А у неё очень красивый бюст, размера примерно два с половиной, такая чистая и, наверное, приятная на ощупь кожа…
— Вот так. — Перевязав мне пояс, она подняла глаза, а я не успел отвести своего взгляда.
От смущения, у меня покраснели даже кончики ушей.
Выждав небольшую паузу, тем самым давая мне понять, что пойман с поличным, она неожиданно щелкнула меня указательным пальцем по носу.
— Если второй вопрос об этом, то мне нравятся мальчики немного постарше…
Я готов провалится в Тартар прямо сейчас, только бы не гореть вот так от стыда. Но тут замечаю, что её глаза полны веселья. Кронос, да меня развели, как дитя, она прекрасно понимала, где при таком положении наших тел остановится мой взгляд. Ей смешно, откровенно смешно. Почему же, даже поняв, что издевается она, чувствую себя виноватым я?!
— Так о чем ты спросить хотел? — Отряхнув с моего кимоно невидимую пылинку, спрашивает это воплощение Ехидны. Но, прежде чем успеваю ответить, подмигивает и вновь щелкает меня по носу. — Или я уже ответила на твой вопрос?
— А-а-а. — Она что и правда подумала, что я хотел спросить именно об этом? Нет, не может быть. Утис! Возьми себя в руки, хватит полыхать, как факел на сухом ветру, успокойся! — Я спрошу позже. — Собравшись с духом, проговорил эту фразу, как мне кажется, спокойным голосом.
— Хорошо. — Кивнула Иллея. — Вот записка. — При передаче сложенного листа бумажки наши ладони касаются друг друга, и я вновь чувствую, как краснею. — Сходи в обувной магазинчик мастера Файса, передай её, и он подберет тебе пару рабочих туфель. Платить не надо.
— А где этот магазинчик?
— Обогнешь справа высокий кирпичный забор, за ним будет переулок, вывеску обувного увидишь сразу.
— Понял.
— На улице в этой одежде не ходи, она только для зала. — Жестом показываю, что понял.
Когда кивал, на полсекунды закрыл глаза, а открыв, Иллею в комнате не обнаружил. Точно, не больше чем на полсекунды моргнул, и её уже нет! Как?! Выглянул в коридор, но и там было пусто. Это что за магия?! Впрочем, видимо, я моргал как-то замедленно, погруженный в попытки согнать красноту с лица, иначе это не объяснить. Что-то мне эта пара: что Иллея, что Даас, кажутся какими-то странными. С другой стороны, я всю жизнь прожил в небольшом городе и впервые попал в столицу, может так и должно казаться?
Пока шел до обувного, вспомнил, какой же вопрос хотел задать: «В столице так принято, заходить в чужие дома как к себе? Или просто вы и мой шеф, в принципе не знаете такого понятия как тактичность?» Так как я догадываюсь, что, скорее всего, верно второе моё предположение, то, наверное, это хорошо, что все же не спросил. Кто знает, как бы отреагировала на это завуалированное оскорбление Иллея. Смешливая с открытым и добрым лицом женщина, со специфическим чувством юмора, которая после этого визита, пугает меня в разы больше, чем любой гопник в округе.
Мастер Файс оказался пожилым, немногословным вьетнамцем, плохо говорящим на славенском, но зато отлично все понимающим. Записки Иллеи и правда хватило, чтобы с меня не спрашивали денег. Глазомер у продавца был что надо, не спросив моего размера, он сразу вынес пару, которая идеально села. Это были туфли классической модели, черные, а не зеленые, слава Трехликому! Поблагодарив владельца лавки, забрал коробку с обувью и вышел на улицу.
За те десять минут, которые я провел в магазинчике, тучи куда-то разбежались, и город осветило столь редкое зимнее солнце. Замерев на тротуаре, с удивлением огляделся. Наш квартал, который я обычно видел только в пасмурную погоду, оказался не таким серым и однообразным. Казавшиеся ранее однотипными дома-коробки, теперь предстали в ином свете. Каждое здание обладало своей, только ему присущей индивидуальностью, и пусть они были построены по одному проекту, все равно, местные жители сумели придать своему жилью какую-нибудь особенность. Так, дом с обувной лавкой был покрашен в два разных оттенка бежевого, причем в этой покраске угадывался намек на морские волны. Следующее по улочке здание отличалось от других однотипным оконным фасадом, выполненным из синего пластика, это придавало дому странный, но какой-то притягательный вид.
Впервые за многие месяцы, оглядев окружающий мир широко открытыми глазами, а не через пелену темных и горьких мыслей, вздохнул полной грудью. Поймав себя на том, что улыбаюсь так, что начинает ныть ссадина на щеке, широкой и легкой походкой, направился к себе.
К двенадцати, переодевшись, спустился в зал ресторана.
— А ты пунктуален. — Такими словами встретила меня Иллея. К моему удивлению, кроме неё никого в помещении не было.
Она тоже переоделась и что-то готовила у плиты. Аромат, шедший от сковороды, над которой она колдовала, был настолько манящим, что у меня немного закружилась голова. Сразу захотелось есть настолько сильно, что мой желудок издал протяжный стон.
— Есть хочешь? — Не отрываясь от перемешивания, спросила она.
— Да, пахнет очень заманчиво.
— Вера недавно звонила, они задерживаются в ателье, там подшивают униформу девушек по фигуре. Будут примерно через час. Так что успею тебя покормить.
— Спасибо!
— Спасибо, потом скажешь, если вкусно получится. А пока… — Шеф налила немного воды в сковороду и продолжила. — Ты же мне подчиняешься, пока нет Дааса?
— Все верно. — Говорю это, а у самого очень неприятное предчувствие от этого вопроса.
— Тогда становись спиной к стене… Вот тут. — Мешалка указала на узкий промежуток стены между дверью в подсобку и кухонным блоком. — Ага… Здесь. — Подтвердила Иллея, когда я занял указанное место. — Нет не так… Стой ровно, стены должны касаться одновременно пятки, задняя поверхность голени, попа, лопатки, плечи и затылок. Взгляд прямо.
