Интересно где нашёлся подобный идиот? Неужели здесь хоть кому-то не всё равно, будет процветать дело этого кобеля, простигосподи, или нет? Хотя есть, конечно. Всё село за то, чтобы это дело процветало. А вот противников, полагаю, тут днём с огнём не сыщешь.
— Но, уважаемая нуови, мы не знаем никого, кто желал бы зла нашему благодетелю, — несмело поднялась с места симпатичная девица лет двадцати двух в нарядном розовом кокошнике.
— У меня есть некоторые соображения, — мадам вдруг остро глянула на меня. А я-то что?! — Кто мог желать вашему старосте смерти? Уж не охваченный ли завистью конкурент?
Здесь тоже в ходу это слово? Надо же!
Запоздало уловив смысл сказанного столичной гостьей, я украдкой стрельнула глазами в сторону Кеана. Других конкурентов тут до прибытия отряда не было. А приезжие молодцы не имели возможности навредить Арноху, ибо не отходили далеко от своей хозяйки. Если только среди них не затесался колдун, а я лично его не чувствовала. Что же это получается?
Получается не очень здорово. Я, естественно, ни секунды не сомневалась, что нашему темноволосому красавчику ни в какое место не впилось делать подлянки местному благодетелю. Но это знаю я. Плюс Морка. А вот у остальных запросто могут возникнуть нехорошие мысли. Да при содействии негативно к нам настроенной дамы — а она настроена негативно, по роже видно, с первых минут выделила нашу троицу из общей толпы и за что-то крепко невзлюбила, я сразу почувствовала.
Возбуждённо гомонящие селянки, те, что не голосили над телом Осеменителя, оглядывались по сторонам, всё чаще останавливая свой взор на нашем спутнике. Ну вот, я же говорила.
— Морри, прекращай жрать. Похоже, нам скоро придётся линять отсюда во всю прыть.
— Пчему-мнм? — соратница, не отрываясь от обгладываемой ножки, покосилась на меня.
— Потому что с минуты на минуту тут станет слишком жарко.
— Да ну, Эль, погода, конечно, солнечная, но вполне прохладная.
Блин.
— Морри! Отвлекись от еды! Боюсь, очень скоро местные соберутся линчевать нашего Кеана. Твоего Кеана. Ты этого хочешь?
Мелкая лихорадочно замотала головой, выбрасывая подальше обглоданную кость.
— Что мне нужно делать?
— Пока не знаю. Просто будь готова. Проберись поближе к своему ненаглядному.
— Не может этого быть, — тихо, но твердо произнесла селянка, та, что просвещала меня об обстановке в этом селе. Лицо крестьянки было исполнено решимости. Вот только пока не вполне понятно какой.
— О чём вы, милая?
— Я не верю, что виноват ваш спутник, — почти прошептала та. — Вы явились нам как знамение. Боги не могут ошибаться, вы принесли счастье и благодать. Я не верю этим приезжим.
Ну слава духам, одна точно на нашей стороне!
— Ваша мудрость радует нас с каждой секундой всё больше, уважаемая, — я с признательностью улыбнулась селянке.
— Вам нужно уходить, — от напряжения на лице говорившей выступили капельки пота. — Чую, гостюшки заезжие не уйдут без крови.
— Как вы это чуете?
— Неважно. Уходить вам надо, дорогие гости. Нехорошее что-то затевается. Идите, не медлите.
— Но как же мы уйдём? Сначала надо лошадей забрать, а они на том конце селенья, откуда прибыли столичные посланцы.
— Так уходите. Жизнь дороже, — девица упрямо поджала губы.
— Да как мы уйдём?! — зашипела я ей в ухо. — Слишком много внимания вокруг! — и все вещи в подсумках, с собой лишь некоторый минимум.
— За вашей спиной начинаются кусты, — стрельнув глазами через плечо, зашептала селянка. — Нырнёте в них и ползите на юг, пока не выйдете к широкому лугу.
Да как я сейчас определю, где юг?
— Как залезете в кусты — сразу вправо, — подсказала сердобольная девица. — Там по полю до леса бегом. Глядишь и не хватятся. А потом уж через кущу, по тропке, что от расколотого молнией дуба начинается, влево берите да дальше уходите. Тропка вас прямиком к тракту выведет. Там уж сами.
— А…
— О лошадках ваших я позабочусь, не отдам никому. Сохраню до вашего возврашения, не извольте беспокоиться.
— Почему вы нам помогаете? — я была в легком недоумении.
— Я верю Богам, а не людям. И верю тому, что чувствую. А чувствую я — вы хорошие. А они… — селянка вздохнула. — Плохие, с чёрными мыслями незнакомцы прибыли к нам. Будут нам от них ещё беды. Бегите. Если что — я отвлеку их.
Спасибо тебе, добрая женщина! Я под столом благодарно пожала руку селянки и попыталась проникнуть в Моррины мысли.
«Птичка, слушай меня внимательно.»
Подруга едва заметно вздрогнула — привыкает, по всему видать, к подобному методу общения — и слегка наклонила голову.
«Мор, передай всё, что я тебе сейчас скажу, Кеану. Только так, чтобы остальные не слышали и не видели.»
Ещё один едва заметный кивок.
Я пересказала всё, что услышала от селянки. Подруга, не раздумывая ни секунды, мило улыбнулась Кеану и ласково что-то зашептала вампиру на ухо. Тот тоже не сплоховал, ни мускулом не выдав напряжения или удивления, лишь нежно гладил мелкую по руке и рассеянно улыбался.
«Мор, вы готовы?»
Соратница выразительно моргнула.
«Тогда так — первым пусть ползёт Кеан. Мегера как раз отвлеклась — осматривает тело местного благодетеля. Следующая ты. Только очень аккуратно, Морри, я тебя прямо-таки умоляю! Ползёте как договаривались. Я догоняю.»
Краем глаза отметив, что спутники исчезли в кустах согласно договорённости, я ещё раз пожала руку селянки и незаметно сползла под стол. Стараясь не отсвечивать, добралась до растительности и внедрилась в заросли.
Ай! Какие колючие кусты! Везёт как всегда, сильно и мощно.
Молча матерясь и старательно прислушиваясь к затихающим вдалеке воплям селянок, я, оставляя на мелких колючках зарослей клочки одежды, целенаправленно продвигалась в заданном направлении. Пять минут, десять, пятнадцать. Да когда же эти кусты уже кончатся? Может, я взяла неправильное направление?
Правильное, с радостным, но тихим «ура» вываливаюсь на открытое пространство. Так. Вон лес вдалеке. Не в таком уж далеке, пять минут бега — и мы вне зоны досягаемости. Спутники вон уже бегут, оглядываются, правда — явно меня увидеть пытаются. Молодцы какие.
Забежав в лес, я нашла глазами Морку с темноволосым и облегчённо присела на кочку, вытянув гудящие от напряжения ноги и оглядывая изгвазданную за время продвижения по-пластунски одежду. Вроде выбрались. Надеюсь, погони не намечается, но рисковать не стоит.
— Объора, что произошло? — подошёл ко мне клыкастый, пребывая в лёгком недоумении. Ну о-очень нордический у Кеана характер.
