нападать на безоружных женщин низко даже для пиратов. В храме Зари, как мне известно, не было золота. Может пару безделушек, но ничего такого, чтобы тратить силы на набег.
— В моих сундуках, парень, — начал пират. — Золота больше, чем волос у тебя на голове. Оно мне ни к чему.
Вопросительное молчание давило так же, как и клинок Каза на горло Касьяна. Рыжеволосый закатил глаза, все еще сидя так вальяжно, будто оказывает честь всем собравшимся. Дыхание спокойное, полной грудью.
— Чего же не хватало пирату, что его понесло в храм?
— Мне нужна была одна чаша….
— Чаша жизни!? — воскликнула Айсулу, едва не выронив кружку. Сердце трепыхнулось. Черные брови взлетели вверх. Пират снова усмехнулся, ловя её удивленный взгляд.
— По преданию она передаётся только в руки деве, что подчинит пустыню. Слухи о сумасшедшей женщине, которая проводит странные обряды на границе, бороздят не только улицы Кафрана. В Тихой Гавани её называют Махран. Поговаривают, она не дает пескам поглотить оазис.
Конечно, стоило полагать, что Ингу знают во всех восточных землях, даже у пиратов она на слуху. Наверное, такова участь каждого члена Круга, но Айсулу гадала, как легенда о чаше Жизни попала к капитану Змееносца. О существовании этого артефакта она сама узнала лишь недавно.
Айсулу беспомощно посмотрела на Каза, тот все продолжал стоять позади связанного и держать нож у гора. Поймав её взгляд, Морозов кивнул, дергая пирата назад и сильнее надавливая лезвием на шею.
— Вы нашли артефакт?
— Найди я его, меня бы здесь не было. Как и вас.
Что-то в его голосе дало понять, что пират не шутит. Морозов ощетинился, чувствуя, как надоел ему пират и, как от сложившийся ситуации, у него чешется под кожей. Наверное, виной тому еще была морская соль, оседающая повсеместно. Каз отслонил клинок, убирая его в ножны. Ему даже показалось, что он услышал вздох облегчения позади себя.
— Зачем тебе чаша? — Влад устало опустился на стул. Эти «переговоры» затянулись, нужно быстрее добыть всю информацию и пойти на помощь Веледаре. Иногда его холодило от мысли, что кораблем управляла девчонка, которая до этого едва ли орудовала веслами.
— Чтобы ты спросил, — огрызнулся пират, но тут же вздрогнул, едва клинок Морозова уткнулся в стол на треть. Каз смотрел на него так, словно, действительно, хотел убить. Касьян сглотнул, замечая, как тонкие узоры инея поползли от ножа к нему. Даже пираты знают, когда нужно сбавить обороты. — Ладно-ладно, я хотел всего лишь трофей в коллекцию. Ничего другого!
Глубокая морщинка легла между его бровей. Чтобы их всех на корм акулам отправили. Тяжело смириться с проигрышем и потерей корабля за один день. Но было еще то, чего Касьян боялся больше всего, и объяснить причину не мог. Он думал, что почти избавился от этого чувства. И все пошло крахом из-за неё. Касьян посмотрел на Айсулу, та буравила его взглядом, полного ненависти и боли.
Наверняка, мысли той являлись невообразимым кошмаром.
— Тебя наняли Волковы? — решил испытать удачу Морозов. Влад подавился воздухом, подняв брови так сильно, что те почти достигли волос. Глупый ход, но не спросить Каз не мог, особенно после того, что случилось в Подгорье.
В комнате повисла гробовая тишина. Влад боялся даже выдохнуть, чтобы не пропустить ответ капитана Змееносца. Касьян всем существом делал вид, что копается в памяти, а после выгнул бровь:
— А это кто?
В дверь тихо постучались. Зара вошла в каюту бледной тенью самой себя. Её появление мальчики даже не сразу заметили, лишь, когда голова Касьяна дернулась, а злобный взгляд уперся прямо в девушку. У неё не было сил отвечать на раздражение злостью.
— Я сделала все, что смогла. Шансы есть, главное пережить эту ночь.
Она неодобрительно посмотрела на Каза, но, спасибо могучим ветрам, ничего не сказала. Недовольство коснулось её лишь морщинкой между бровями. А еще, она смертельно устала и хотела пойти спать.
— Доложи о его состоянии, как будет что-либо известно, — приказным тоном сказал Морозов, разворачиваясь к пленнику. В голове у него плясали странные мысли.
Зара не сдвинулась с места.
— Я собираюсь пойти спать. У постели Вячеслава дежурит лекарь, если его можно так назвать. При ухудшении здоровья капитана, он пошлет за мной. Вы можете сколько угодно изматывать себя, мальчики, но знайте — к обеду мы достигнем вод Кафрана.
Она ушла так же тихо, как и появилась. Айсулу, застывшая в углу, вдруг подумала, что эту девушку бы не испугала дворцовая стража, окружи они её. Да что там стража, она бы не склонила голову перед султаном!
— Еще одна северянка? — спросил пират. — Буйный нрав у вашего народа.
— Поговори мне еще тут, — рыкнул на него Каз, более раздраженно. Но, как бы то ни было, Зара права — им всем нужен отдых. Влад держится хорошо, но и глупцу понятно, что тот вымотан. Айсулу… Каз не знал, что с ней делать и как себя вести с ней. Создавалось ощущение, что девушка вздрагивала от каждого слова, обращенного к ней.
— На минутку, — кивнул он в сторону двери ребятам. Удивленные Влад и Айсулу последовали за ним в прохладный коридор.
— До прибытия в Кафран у нас есть примерно девять часов. Впереди долгий и сложный день. Айсулу, как далеко от города до храма?
— Полтора, два часа пути.
— По солнцу… — прошептал Власов с безвыходностью. Каз ободряюще похлопал брата по плечу. Осталось немного.
— Нам нужно набраться сил. Можно дежурить возле него по очереди. Я первый, потом ты. Дежурим по четыре часа.
— А смысл? — удивился Владислав. — Он связан по руками и ногам, закрыт в камере. С корабля он точно никуда не денется, как и его дружки. Но нам всем нужно поспать, хотя бы немного…
Каз посмотрел на Айсулу, потом на Влада. Он не знал, что нужно говорить в таких ситуациях девушкам. Друг все понял без слов.
— Айсулу, — мягко начал Власов. — Если тебе некомфортно ночевать одной, можешь пойти в нашу каюту. Там тесно, но будем только мы, ну и девочки, разумеется.
— Хорошо, — засмущалась она, опуская взгляд в пол.
— Славно. Я помогу перенести твои вещи.
Девушка торопливо закивала, а Каз наконец-то расслабился. Это был безумный и очень долгий день. В каюту они вошли через десять минут, неся тонкий матрас и такое же одеяло. Влад постелил его с краю от Зары, а сам улегся возле Веледары, оставляя другу клочок мягкого места. Опускаясь на матрас, Каз даже не мог представить, что уснет, как только примет вертикальное положение.
Первым же проснулся Влад от крика чаек. В
