Олег сказал тоскливо:
– Мрак… а если б, скажем, Ломоносова или Леонардо да Винчи подвести к современному компьютеру, он бы понял, что это? Все, что они знали, – это механика. Для того чтобы только начать понимать работу компа, надо знать хотя бы электричество. Возможно, эта конструкция, по которой мы прыгаем, как ополоумевшие блохи, что-то совсем обыденное!.. Но обыденное для тех, кто знает, что за… электричеством. Понял?
Мрак выслушал молча, даже не огорчился, и Олег понял, что Мрак давно об этом думал. В самом деле, Мрак почти сразу сказал:
– Хорошо, но где народ?.. Где ликующие толпы, что встречают нас? Пионеры с цветами?
– Или гицели, – пробормотал Олег.
Мрак удивился:
– А это кто? Губернаторы?
– Да, но только не совсем, – сказал Олег. – В одной стране так называют специалистов по отлову бродячих собак.
– Да иди ты с гицелями!.. Где народ?
Олег сказал тихо:
– Могу еще сказать… Самые свежайшие следы, что удалось надыбать, относятся к двенадцатимиллионной давности.
Мрак отшатнулся:
– Ты… это всерьез? Ты ж говорил, что два-три миллиона лет!
Олег помялся, сказал осторожно:
– Понимаешь, мне кажется, что то другие следы. Кто-то два-три миллиона лет назад побывал здесь, обнаружил то же самое, обосновался ненадолго, построил нечто вроде города… а потом то ли улетел, то ли…
– То ли тоже гикнулся?
– Да, – ответил Олег с тревогой в голосе. – Мрак, последний раз здесь что-то делалось, строилось или ломалось местными разумными существами… подчеркиваю, местными!.. двенадцать мегалет назад. Я просканировал всю планету. Это нетрудно, когда знаешь, что искать. Так вот, здешняя цивилизация возникла меньше чем тринадцать миллионов лет тому, а исчезла – двенадцать. Просуществовала, таким образом, довольно долго. Что-то около миллиона. Сравни с нашей, у нас наберется несколько десятков тысяч лет. Да и то девять тысяч лет заполнены одними бегающими мраками с каменными топорами в руках.
– А олеги появились только в последнюю тысячу? – спросил Мрак угрожающе.
– Да, как правило, – согласился Олег кротко. – Так что эта цивилизация успела достичь высочайших вершин. Я сужу не по размерам этого сооружения, у нас когда еще пирамиды строили, а по самой структуре металла. Я не нашел ни одного участка, где металл был бы… естественным! Везде атомная решетка перестроена, понимаешь? Где для усиления прочности, где для сверхпроводимости, для устойчивости… словом, перестроить структуру атомной решетки – для них было плевым делом. И они это делали, так сказать, походя.
Мрак пожал плечами:
– Если они такие умные, то от чего они все гикнулись?
Олег помолчал, сказал тихо:
– Есть шанс выяснить. Я обнаружил в толще скального массива часть уцелевшего городка. Или какого-то комплекса…
– Подземный бункер? – воскликнул Мрак. – Значит, воевали? Атомная война? Термоядерные вихри, радиоактивная пыль, толпы мутантов, борьба за выживание, возвращение к феодализьму, мечи и бластеры…
Он задохнулся, умолк, руки возбужденно дергались, Олег бросил с презрением:
– Конечно, ты бы повоевал! Еще как бы воевал. Как не воевать… когда в руках атомная дубина?.. Ладно, Мрак, я пойду рыться в пыли архивов, а ты порхай в этой конструкции. Вдруг что да выпорхаешь? Кстати, даже ядерный бункер никто не станет на такую глубину… Просто сверху нападала космическая пыль… ты знаешь, сколько миллиардов тонн выпадает на Землю ежедневно?.. Образовывались горы, бункер оказался погребенным…
Вспыхнуло, он исчез, даже воздух не колыхнулся. Мрак фыркнул, опять умничанье вместо простого тыка пальцем, задрал голову, там странно и торжественно переплетаются эти трубы, отсюда похожие на ажурные переходы между высокими башнями сказочного замка…
Он поспешно потряс головой, еще чуть – и снова увидит драконов, взвился от поверхности, как стартующая ракета на простом керосине: с грохотом, огнем, родным и привычным запахом гари.
Координаты находки Олег держал в мозгу цепко, но едва не прошел мимо, когда пробивался сквозь скальный массив на сотни километров в глубь планеты. Все плато было пронизано сильнейшими помехами от все еще работающих загадочных механизмов, так же мощно сказывались особенности местного солнца, да и, чего перед собой прикидываться, полное отсутствие навыка хождения сквозь горные массивы.
Две трети бункера, как его назвал Мрак, были перемешаны с камнем, вросли в него, стали частью монолита, дальше пошли помещения, где угадывались пустоты, но тоже все разрушено, и только у последнего отсека он обнаружил устоявшие под натиском стены.
Возможно, здесь рядом и дверь, но, как выглядит, он не знал и с огромным усилием попытался протиснуться сквозь стену. Первая попытка ни к чему не привела, попытался снова, еще и еще, отступил, хотел было вернуться, но представил себе лицо Мрака и его глаза, вздохнул и сказал виновато:
– Нам сейчас отступать нельзя… И разбираться некогда.
Отодвинулся, сформировал узкий поток частиц антиматерии и направил на стену. По нервам, как кнутом по голому телу, стегнул ослепительный свет. Воздух горел, температура повышалась, но в стене быстро ширилось отверстие.
Он вырезал круг, боевой лазерный луч исчез. Круг металла под ударом кулака вывалился вовнутрь. Олег выждал чуть, на той стороне тихо, истончился и скользнул в дыру. В помещении не вспыхнул свет, как почему-то ожидалось, но он, хоть и принял тут же обычный вид рыжеволосого и зеленоглазого парня с печальным лицом, зрение все же пустил по всему диапазону. Тьма исчезла.
За его спиной еще потрескивает, остывая, металлическая стена. Дальше она изгибается, охватывает достаточно просторное помещение, поместилась бы станция метрополитена. Под стенами… аппараты? Агрегаты?.. Просто камни?
Он сделал робкий шажок, ничего не произошло, системы против вторжения нарушителей не сработали. Похоже, здесь уже ничего не сработает…
Медленно смелея, он бродил по всем доступным помещениям, а их оказалось немало. Весь этот подземный горный массив оказался то ли живым компьютером – теперь все сверхвысшее нам кажется сверхъемким компьютером, – то ли квазиживым механизмом. Стены этой металлокерамической горы иногда все же реагировали на его приближение: приглашающе вздувались прозрачными пузырями, кавернами, зарослями тонких гребней, а иногда перед ним в толще возникали настоящие туннели и бежали перед ним.
Он пробовал повернуть, и туннели тут же сворачивали. Всякий раз перед ним оказывался отросток широкого туннеля, длиной не меньше чем в пять-шесть метров. Он останавливался, и туннель переставал расти, начинал двигаться. Прочневшая каменная стена услужливо творила перед ним широкий проход… но иногда что-то нарушалось, туннель останавливался. Тогда Олег холодел, оборачивался: а вдруг и сзади такое же, там в самом деле всякий раз оказывалась стена, но стоило повернуться всем телом, как возникал туннель. В конце-концов он решил, что дело не в сбоях, а в какие-то места нужен допуск повыше, чем просто «гомо сапиенс».
