Магические факелы в руках алаев стали быстро тускнеть и через несколько секунд совсем погасли.
Что бы ни ожидало их впереди, они знали лишь одно — оно было могущественно. Мощная сила, исходящая от скрывающегося впереди источника, заставляла воздух вокруг алаев светиться в магическом спектре. Это сияние и указывало им путь в непроглядной тьме…
— Это ОНО, — прошипела Аниаллу. Шерсть её встала дыбом, она попятилась назад, но быстро справилась, подошла поближе, туда, где стоял Анар, и приняла свой двуногий облик.
Они добрались. Они нашли то, что таилось в этом огромном подземном зале, то, что искалечило души сотен алаев и теперь должно было быть уничтожено. Это был предмет в полтора локтя в ширину и три в длину, высотой в половину алайского роста. Брусок из неизвестного материала, покоящийся на высоком постаменте. Камень, как назвал его в своей предсмертной записке безумный летописец.
Невидимый ни в обычном, ни в тепловом спектре Камень ярко сиял, излучая ужасающе мощные потоки энергии, щупальцами расходящиеся от него и исчезающие где-то во мраке колоссальной пещеры. Он поглощал тепло и свет, оставаясь заметным только благодаря особому зрению алаев.
Внезапно меч Анара рассёк воздух. Аниаллу оглянулась, с трудом отрывая глаза от таинственного творения злой воли. Тень, сотканная из ещё более плотного, концентрированного мрака обрисовывалась вокруг пронзившего её меча Анара. Она замерла, словно раздумывая, умереть ей или нет и, выбрав первое, разлетелась на множество клочков, слившись с окружающей тьмой.
— Что это может быть? — тихо спросил Анар и, так как сам не расслышал своего голоса, повторил вопрос уже громче. Аниаллу не ответила. Алай положил руку ей на плечо, и девушка тут же резко обернулась, встревоженно и вопросительно взглянув на него. Её губы шевельнулись, но Анар ничего не услышал. Видимо, этот демонов камень засасывал в свою бездонную утробу не только свет и тепло, но и звуки.
— Не представляю, — мысленно ответила Аниаллу. — Никогда с таким не сталкивалась, но походит на то, что напало на меня в твоей комнате, — она вздрогнула всем телом и придвинулась к Анару. Теперь они стояли, тесно прижавшись друг к другу, и в молчании смотрели на источник всего зла, рассадник заразы, отравившей уже сотни алаев…
— Аниаллу, — голос Анара звучал тревожно, — мы не можем просто стоять, я не знаю, что с этим делать… но надо это решать… и быстро! — все чувства его вопили об опасности, почти заглушая голос разума привычного к жизни на грани смерти алая. Алу, казалось, не ощущала близости беды так остро, но, стоило ей заговорить, истинные чувства алайки прорвались наружу:
— Я не знаю… — девушка замялась. Внезапно она стиснула виски руками. — Оно говорит со мной! Без слов… но… это страшно, Анар! — она обернулась к алаю, в глазах её бился ужас. Но всего через несколько мгновений страх исчез, словно вытек через дырочку в глубине её глаз. Улыбка чуть тронула её губы и, отвернувшись от Анара, девушка шагнула к Камню.
Пальцы алая плотно охватили её запястье, пытаясь заставить ее остановиться. Она задержалась на мгновенье.
— Я не хочу причинить тебе боль, но я должна попытаться, Анар. Это мой Путь. Может быть, впереди меня и ждёт гибель, но я знаю точно — свернуть я с него не могу… и не хочу! — быстро добавила Алу. — Вся моя прежняя жизнь была лишь подготовкой. Я просто не могу иначе. Я знаю теперь, что всё… что было, было не напрасно… если я не остановлюсь сейчас… — она приподнялась на цыпочки и прижалась щекой к его щеке, открывая свой разум и позволив Анару увидеть все, что творилось в её душе…
Аниаллу прошла вперёд и, помедлив немного, погрузила тонкие пальцы в кокон из абсолютной тьмы, окружающий Камень. Не почувствовав никакого сопротивления, руки алайки проникали всё глубже в сгусток осязаемого мрака, пока, наконец, не наткнулись на что-то твёрдое и гладкое. Аниаллу продвинула руку ещё немного вперёд, так, чтобы вся её ладонь соприкасалась с поверхностью Камня. Она закрыла глаза и полностью погрузилась в исследование могущественного магического предмета. Тянулись долгие минуты, а Аниаллу была всё так же неподвижна. Стоя рядом с ней, Анар настороженно ждал, вглядываясь в застывшее, как в гробнице Освободителя, лицо Аниаллу. Внезапно он заметил, что синий свет её глаз, сияющий даже сквозь веки от творимого ею мощного волшебства, стал постепенно угасать. Сначала алай принял это за окончание процесса заклятия, но потом увидел, что лицо Аниаллу стало совсем белым. Через мгновение алайка открыла глаза, которые полностью утратили своё сияние. Она еле стояла на ногах — волшебство лишило её почти всех отпущенных ей сил. Аниаллу пошатнулась, попыталась устоять, схватившись за руку Анара, но пальцы её были слишком слабы и соскользнули вниз. Девушка потеряла сознание. Анар подхватил её на руки и помчался обратно.
Это оказалось не так просто: алая словно притягивало к Камню, будто тот засасывал в себя уже и воздух. В мозгу его метались странные образы, очертаний и смысла которых он не мог разгадать, но, несмотря на это, они внушали Анару ужас, которого он не испытывал никогда в жизни. Лихорадочно вглядываясь во тьму, словно ища в ней спасения от чудовищных образов, рождённых своим воображением, он продолжал бежать вперёд. Мрак чёрной рекой тёк к Камню, увлекая за собой алая. Он с трудом переставлял ноги, они увязали во тьме, как в густой смоле. Дышать с каждой секундой становилось всё труднее. Лёгкое тело Аниаллу, которую он бережно нес на руках, превратилось в неподъёмную ношу. Но когда Анару показалось, что силы оставили его, впереди, между приоткрытыми створками ворот, засияла спасительная красная полоска. Преодолев расстояние до дверей, Анар протиснулся в щель и, отойдя на несколько шагов, прижался к стене. Каким счастьем было чувствовать за спиной толстую, надёжную стену. Алай тяжело дышал. Мышцы его ныли от перенапряжения. Анар никак не мог прийти в себя после пережитого ужаса. Наконец, взяв себя в руки, он с неохотой оторвался от стены и, всё ещё пошатываясь, зашагал прочь.
* * *
Аниаллу глубоко вдохнула свежий чистый воздух и открыла глаза. На чёрных ветвях у неё над головой сидели чёрные птицы с ярко-малиновыми грудками, похожими на светящиеся рубиновые яблоки.
— Совсем живые… как у дома ан Камиан… — подумала Алу. — Я не помню этого дерева, — сказала она и, придерживаясь за плечо Анара, с трудом села. Она не знала, сколько времени длился её обморок и прекрасно помнила всё, что с ней произошло вплоть до последнего леденящего кровь ощущения. Она помнила и то, где сейчас должна находиться, и поняла, что Анар каким-то чудом смог унести её от Камня. Для Аниаллу так и останется загадкой, как алай сумел протащить её безвольное тело через ведущую в тюремное подземелье трещину…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
