не будет лишней. Только не говорите мне, что именно с этой целью вы и устроили травлю Гермионы?
Я внимательно следил за присутствующими, и хотя на их лицах не дрогнул и мускул, я однозначно уловил, как напряглось внимание Дамблдора и Снейпа, направленное друг на друга. Что ж, похоже, я был прав в своих предположениях. Открытым остаётся только один вопрос: находится ли сейчас Снейп под Империо, или он добровольно согласился участвовать в этом фарсе?
— Мистер Маклауд! Не смейте говорить с преподавателями в таком тоне! — Возопила Макгонагал.
— А что такое? Правда глаза колет? — И не думал я сдерживаться в проявлении своих эмоций.
— Давайте, вернёмся к вопросу с палочкой. Как именно она исчезла? — Прервал назревающую полемику Дамблдор.
— Ну, как это обычно бывает с палочками тех, кто пытается использовать на мне заклинание без моего согласия, она сгорела в адском пламени.
— Что? Вы использовали заклинание адского пламени? — Опять не сдержалась Макгонагал.
— Нет, это не было заклинанием. — Хищно улыбнулся я. — Это было самое настоящее и натуральное адское пламя прямиком из Преисподней.
Макгонагал от этих моих слов подавилась слюной и закашлялась.
— Кха! Что? Кха-кха! Какое такое пламя из преисподней?
— Ну… это сложно объяснить. Но кто-то из вас может попытаться кинуть в меня заклинание, и пока его палочка будет гореть, вы сможете своими глазами увидеть, что это за адское пламя такое.
Закономерно, что проводить следственный эксперимент никто не рвался.
— И всё-таки я не могу оставить без последствий такое неуважение к учителю. — Благодушно покивал Дамблдор, прожигая меня взглядом прокурора.
— А как насчёт последствий за использование на ученике тёмного проклятья? — Поинтересовался я.
— Какого тёмного проклятья? Северус, вы использовали тёмное проклятье? — Пошёл в несознанку директор.
— Я ничего не успел использовать. Маклауд вырвал палочку у меня из рук и сжёг её у меня на глазах.
— Видите? Не было никакого проклятья. — Улыбнулся Дамблдор.
— Так и палочки тоже не было. — Улыбнулся я в ответ. — Она сама взяла и сгорела ещё три дня назад. А я тут ну вот совсем ни при чём.
— Мистер Маклауд… — В голосе Дамблдора проскользнула сталь. — …вы забываетесь. Не стоит считать всех окружающих идиотами.
— Ну так не стоит считать идиотом и меня. Или вы думаете, что сможете воспользоваться своей властью, чтобы назначить мне несправедливое наказание? — Развивать свою мысль я не стал, но не услышать в этой фразе угрозу не смог бы только глухой.
— Что ж, мистер Маклауд, с вашим наказанием я определюсь позднее. А пока можете быть свободны.
— Всего хорошего, господа. — Кивнул я и пошёл к выходу, подставляя спину, но сканируя будущее на предмет разного рода неприятностей. Но ничего особенного не произошло, и я смог покинуть лазарет живым, здоровым и в своём уме. Хотя в последнем пункте у меня уже возникают некоторые сомнения.
Открытый конфликт с Дамблдором с одной стороны оказался для меня неожиданным, а с другой, к этому всё и шло. Он давит на меня своей властью, я давлю на него своей силой. И рано или поздно это всё выдавится в кровавый фарш. Вопрос только в том, произойдёт это в ближайшее время, или всё-таки директор сможет осознать, что открытый конфликт обойдётся ему слишком дорого?
— Что там было? — Кинулся ко мне с вопросом Поттер, стоило завернуть за угол.
— Да ничего особенного. — Отмахнулся я. — Кровавая резня пока отменяется.
— Что? Какая резня? — Выпал в осадок Поттер. А Гермиона так вообще вытаращила глаза как лягушка.
— Ну обычная. Которая всегда случается, когда сталкиваются два человека, облечённые силой и властью.
— А кто с кем сталкивается? — Задал тупой вопрос главный тупняк Гриффиндора.
— И кто же с кем сталкивается? — Задумчиво переспросил я. — Что-то никаких вариантов на ум не приходит. — Пожаловался я, вызвав истерический смешок у Гермионы. — Идёмте на урок. Что там у нас сейчас?
— История магии. — Как всегда, в вопросах учёбы заучка была безупречна.
— Вот! Самое время послушать, какой именно резнёй заканчиваются конфликты волшебников. Кто там у нас на очереди? Тёмный маг Агор Смертожаб или очередной лидер гоблинов Ярокрюк? Кого из них убьют в этой серии?
— Ставлю на их взаимное самоуничтожение. — Тут же сделала ставку Грейнджер.
— Тебе нельзя делать ставки. Ты учебник по истории магии наизусть знаешь.
— Ой, можно подумать, ты сам не знаешь? — Отшила она меня.
— Я хотел устроить внеочередной экзамен мистеру Поттеру. — Перевёл я стрелки.
— А кто такой Ярокрюк? — Недоумённо уточнил тот.
— Понятно. Тролль за знание темы прошлого урока. — Сокрушённо покачала головой наставница Поттера.
— Да чего сразу тролль? Я помню, что там был какой-то гоблин. Он это… пошёл, а потом… ну, это… ну, в общем…
— Ладно, не напрягайся. Мы поняли, что ты ничего не помнишь. — Успокоил я его. — Это неизлечимо. — Громко прошептал я на ухо Гермионе так, чтобы этот шёпот точно дошёл до ушей Гарри.
Так, переругиваясь, мы добрели до нужного кабинета и вошли внутрь.
Пока народ внимал речам привидения, я раздумывал над тем, что делать с директором. Что-то он совсем страх потерял. Думаю, стоит напомнить ему, что связываться с «кланом Маклаудов» себе дороже. Вот сейчас, когда я сижу под взглядами десятков свидетелей на уроке, самое лучшее время для проведения диверсии. Так обвинить меня в чём-то будет сложно даже для директора. А точнее, он должен будет обвинить в произошедшем не меня, а стоящие за мной «тёмные силы». Ну или на худой конец он должен впечатлиться моим безмерным могуществом и перестать задавать тупые вопросы и обвинять в том, что я всю эту школу на хую вертел.
Я прикрыл глаза, делая вид, что меня утомил нудный голос профессора Бинса, и сосредоточился на связи с той «зверушкой», которую я по случаю прикормил рядом с Косым Переулком. На удивление, откликнулась она почти сразу. Да и ощущение от неё исходило такое, будто она сейчас находится в нашем мире, а не в мирах Хаоса. Видать, всё-таки она смогла как-то сюда просочиться и обосноваться. Надо было, наверно, подписаться всё же на доставку
