– Слишком просто, – проворчал Хансер. Мы смотрели вниз. Портал Аркадия открыла широкий, впору армии сквозь него маршировать в боевом порядке, и траекторию падения прикинула верно: стадо вошло целиком. И вдруг…
– Закрывай портал! – заорал Хансер.
Я ничего не понял в первый миг, а потом увидел Бьярни со щитом и топором в руках, услышал лязг мечей Руи, покидавших ножны. Трое появились внизу, у самой широченной арки.
– Залп! – Крик Хансера слился с каким-то словом, что выкрикнула Аркадия.
Троих внизу накрыла туча стрел. Их трупы повалились на землю. Повелевающие стихиями, определил я. А потом увидел открывающийся поодаль портал шириной не меньше нашего.
– Ходу! – крикнул Хансер. – Бегом!
Мы понеслись от портала, я успел заметить, как из него выхлестывается отряд всадников в боевой раскраске – тысячи три. Как бы хороши ни были наши воины, их тупо забросают пушечным мясом.
– Знал: не стоило идти к границе, – проворчал Хансер.
– Останемся и примем бой! – взревел Бьярни.
– Дурак, – выругался Хансер. – Прикончат тебя – не жалко, а отряд наш раскроют. Аркадия, портал!
– Всех не перетащу, – откликнулась она.
– Тогда бежим – или всех, или никого!
– Куда бежим? – возмутился Бьярни. – Пешими от конных все равно не уйдем! Драться надо, а не тратить зря силы!
– Погоня имеет свойство растягиваться, – на бегу ответил Хансер. – Тогда мы примем на себя не слитный удар всей ватаги, а наскоки отдельных всадников. Будет шанс!
И мы побежали. Конечно же нас заметили сразу, конечно же за нами погнались. Аркадия резко отмахнулась своим жезлом, словно муху отогнала, – прерия у нас за спиной вспыхнула.
– Хоть как-то их задержим, пока их повелевающие стихиями не подойдут, – пояснила она.
Мы неслись как бешеные. Оранжевые не стали ждать подхода тех, кто сможет потушить пожар. Полоса огня была не так-то и широка для конного. Всадники, разбившись на два отряда, обтекли ее с двух сторон. Небольшой овраг: мы скатились туда.
– Здесь, – сказал Хансер, – примем бой.
– Они будут сыпаться нам на головы, – заметил Руи, – у них будет преимущество.
– Зато все сразу не подойдут, и лучники помочь не смогут.
– Хреновое место, Хансер, – сказал Бьярни. – Поверь мне. Для одного, может быть, и в самый раз, а отрядом мы только мешать друг другу будем. Вылезаем отсюда!
Хансер нехотя согласился. Мы быстро вскарабкались наверх. Всадники уже успешно обогнули стену пламени. Нас они потеряли, но понимали: посреди прерии деться некуда. Аркадия вдруг вскрикнула и упала на одно колено.
– Что? – Руи бросился к ней.
– Там. – Она показала в сторону от оврага. – Там!
– Что там? – Хансер резко развернулся. Аркадия задерживала весь отряд, когда надо было удирать во все лопатки.
– Заклинание истинного зрения примени, болван! – огрызнулась она.
Применил. Все мы применили. И невольно попятились. В боевом порядке, припав, как и мы, на одно колено, замерли воины в гребнистых шлемах, алых одеяниях. Круглые гоплоны[12] и длинные копья лежали на земле. И все это скрывала мастерская иллюзия. Конечно, сквозь нее пробилось заклинание истинного зрения, но ведь надо еще знать, что от тебя что-то скрывают. До сих пор понять не могу, как Аркадия их раскусила, если даже я, натасканный на такие вещи, ничего не почуял. И самое главное: кожа у всех – серого цвета. Спартанцы. Посреди прерий. За спиной пехоты видны еще какие-то войска. Вторжение? Точно не пограничная стычка. Багряный домен с Оранжевым не граничил.
Крайний спартанец вдруг махнул нам рукой, чтобы мы сидели тихо. От прочих отличался он только тем, что за спиной носил два меча. Высший – и к гадалке не ходи. А мы оказались ближе к правому флангу спартанской фаланги.
– Спокойно, – прошипел Хансер. – Для них мы свои.
– Что?! – вскинулся Бьярни.
– Грим. Они принимают нас за своих. – Аркадия, можешь создать иллюзию нашего отряда?
– Да, но на это уйдет слишком много сил. Нас больше полусотни.
– Делай. Замани краснокожих на спартанские копья, а потом портируйся к нам.
– Я тогда не смогу телепортировать нас к избушке.
– Так доберемся – подождем, пока восстановишься. Тайви, а ты прикрой овраг иллюзией.
– Она тогда тоже не сможет портал открыть, – проворчала Аркадия.
– Выполнять! – рявкнул Хансер.
Руи дернулся было к нему, но сдержался. Аркадия спокойно вышла из оврага. Тут же вокруг нее возникли образы всех нас. Я увидел, как спартанец-высший поднял вверх большой палец. Оценил замысел. Как будто нужно нам его одобрение. Краснокожие заметили нашу иллюзию. Проверить ее истинным зрением ни у кого, понятно, мысли не возникло. Загнанные враги решили принять бой. Конечно, им все равно не уйти. А ведь раньше иллюзией так никто не пользовался, вдруг осознал я. Ну, облик сменить, отвести глаза – это да, а больше – ни-ни. Простой, казалось бы, фокус, а поди ты, консерватизм высших просто вычеркнул его из разряда боевых хитростей.
Оранжевые не собирались отказывать нам в хорошем бое – бросили коней в галоп. Созданные Аркадией образы выхватили мечи. Это и понятно: ранить-то стрелами они никого не могли, а вот противник мог это заметить. Я видел, как весь напрягся Руи. Понятно, его женщина сейчас между нашими и темными – как между молотом и наковальней, и все решает быстрота реакции. Нашими? Да, тогда я подумал именно так. Несмотря на все подлые удары, я тогда все еще думал о всех доменах Светлой стороны как о «наших». И не я один. Бьярни, я заметил, так и рвался оттяпать спартанцу руку с поднятым большим пальцем. Вот такая ситуация, благородные сеньоры. А что бы вы делали на нашем месте? Предупредили оранжевых о засаде? Кстати, ни черта себе засада. Тысяч тридцать, не меньше. Наверно, все повелевающие стихиями в этом войске сейчас исходят кровавым потом, чтобы прикрыть такую силищу от посторонних глаз. Что же здесь затевается? Как же они сюда прошли? Почему их не заметили дозоры? Когда сам каждый день имеешь дело с чарами, разучишься удивляться чудесам поневоле. Но в тот момент я был удивлен.
Краснокожие неслись на Аркадию, размахивая копьями, томагавками, а кое-кто и мечами. Я поймал себя на том, что молюсь за нее. И даже не потому, что эта стервочка стала дорога моему брату, а потому, что сама она, при всей вздорности, отличная девушка. Из тех, у кого внутри гораздо больше, чем снаружи, в чьей душе есть глубина – светлая морская, а не темный омут.
Дружный боевой клич сотряс воздух. Оранжевые были сейчас между нами и темными, мы уже не видели Аркадии. Зато увидели, как высший спартанец на фланге встал в полный рост. И это же движение, как один, повторили его воины. Шиты сомкнулись, копья опустились в боевую позицию. И все это в полном молчании.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
