Быть может, смерть Роя Локфаста была бы не такой мучительной, знай он, что в столице известно о нападении эльфов. Принцесса Дарианна, усомнившись в преданности волков, приняла решение не сообщать в крепость о готовящейся войне. Она опасалась, что солдаты, недовольные задержками жалования и тем забросом, в котором пребывал Хаардейл, просто разбегутся, не пожелав рисковать своими жизнями во имя забывшей их империи. Послать войска для подкрепления не было времени: они бы не успели. Поэтому план, разработанный Дарианной, предусматривал, что гарнизоном придется пожертвовать.
Что сделал бы Рой, если бы знал об этом? Несомненно, то же самое. Он точно так же дрался бы с эльфами и не позволил ни одному своему солдату дезертировать из Хаардейла. Все было бы точно так же. Кроме одного. Бешеный Пес Локфаст получил бы самый бесценный дар — сознание того, что смерть его и его людей не напрасна. Что граница империи будет защищена.
20
Лей'Иллиолис был доволен: штурм прошел так, как он и надеялся. Конечно, жаль, что не удалась задумка с цветами Черного дурмана — тогда крепость была бы взята без малейших потерь со стороны первозданных. Но и без того все прошло отлично. Магам даже не пришлось задействовать пауроний. Запасы волшебного металла представляли собой огромную ценность. Командующий эльфийского войска прекрасно понимал, что взятие крепости — это еще только начало кампании. Нужно было очистить Лесной край от людей и удерживать его до тех пор, пока маги не укрепят границы. Для того чтобы взрастить деревья Аллирила в бывших владениях Галатона, требовалось время и большое количество магической энергии. В будущем, когда благодатная земля волшебного леса пропитает своими соками обычную почву, эльфийские чародеи добьются того, что Аллирил шагнет далеко за свои пределы и покроет всю провинцию. Но это дело не одного года.
В центральном донжоне был организован штаб. Лей'Иллиолис принимал доклады.
— Крепость очищена, светлый тисс, — доложил Лей'Салларис, командир первой сотни. — Все люди уничтожены. Разрушения стен и ворот невелики.
— Потери?
— Сто три солдата и два мага.
— Упокоить по закону Аллирила. Тела людей сжечь. Сколько раненых?
— Восемьдесят пять, из них тяжело — всего четверо.
— Сколько времени понадобится на их исцеление?
— С ними уже занимаются маги. Все, кроме тяжелораненых, сегодня будут исцелены.
— Хорошо, выполняйте.
Вскоре перед северными воротами Хаардейла встала молодая тополиная рощица. Тела эльфийских солдат, отдав энергию родного леса, превратились в юные деревья. Среди них возвышались два дубка — маги. Трупы защитников крепости были сожжены, пепел развеян по окрестностям. На сторожевой башне взвился флаг с изображением зеленого кленового листа — символом эльфийского государства. Крепость Хаардейл прекратила свое существование. Отныне она носила имя Эллиар, что в переводе с эльфийского означает победа, и защищала от людей подступы к Аллирилу.
— Выслать разведывательный отряд в ближайшее селение, — приказал Лей'Иллиолис. — Укрепить стены Эллиар, организовать охрану крепости. Комендантом назначается Мэй'Аэлли из Дома Изумрудного листа.
Он сам обошел все уголки гарнизона, наблюдая за тем, как под заклинаниями магов волшебный розовый плющ, разрастаясь, обвивает старинные стены. Этой защиты должно было хватить на несколько дней — искусственно выращенные побеги без родной почвы были нестабильны.
Разведчики доложили, что ни в селении, ни вокруг него, никого кроме крестьян не обнаружено. Люди встревожены, напуганы доносившимся грохотом пушек и шумом сражения. Но никто из них не решился покинуть родные места. Многолетняя вера в неприступность Хаардейла сослужила местным жителям плохую службу.
Построив свое войско, Лей'Иллиолис сказал:
— До вечера селение ваше. В живых никого не оставлять.
Народу илльф еще понадобятся рабы. Пока на месте Лесного края не встал Аллирил, кто-то должен будет возделывать поля и трудиться на огородах. Никогда первозданные не унизятся до грязного труда. Но рабов заводить пока рано. Их наберут потом, в дальних селениях. В тылу, за спиной, оставлять людей неразумно. Поэтому…
И дисциплинированное войско превратилось в стаю хищников. Обычную эльфийскую утонченность вытеснили самые низменные, кровожадные инстинкты. Они победители, завоеватели, и перед ними добыча — беззащитная, ненавистная, и от этого еще более желанная. Веками копившаяся жажда мести наконец получила выход.
Лей'Иллиолис бродил между домами, спокойно наблюдая за тем, как развлекаются его солдаты. Первыми погибли мужчины, смерть их была простой и незатейливой. Что могли обычные крестьяне противопоставить совершенным воинам народа илльф? Вот высокий, широкоплечий мужчина с вилами бросился на троих первозданных, неторопливо вошедших в его двор. Воины рассмеялись, наблюдая за его жалкой попыткой защитить свою семью. Одно неуловимое движение — и крестьянин, обливаясь кровью, упал к их ногам. Маг, присоединившийся к компании, швырнул молнию в крытый соломой дом. Оттуда, спасаясь от буйно взметнувшегося пламени, выбежала молодая женщина, прижимавшая к груди годовалого ребенка. За руку она держала плачущую девочку лет четырнадцати. Увидев бездыханное тело мужа, крестьянка пронзительно вскрикнула. Ответом ей был серебристый смех первозданных. Красивый эльфийский юноша подошел к женщине, осторожно, почти ласково, отобрал у нее малыша и бросил его в огонь. Брезгливо отряхнув руки, взял бьющуюся в рыданиях женщину за подбородок и внимательно осмотрел ее лицо. На свое несчастье, крестьянка была красива. Молодой эльф удовлетворенно кивнул, приглашая своих товарищей присоединиться к развлечению. Лучшая добыча — девочка — досталась магу.
Немного посмотрев на эту игру, Лей'Иллиолис двинулся дальше. Немолодая женщина, бросившаяся ему под ноги, заставила владыку остановиться. Стоя на коленях, крестьянка вцепилась в край одежды полководца, подняла залитое слезами лицо и, словно молясь далекому, суровому божеству, истово прошептала:
— Пощадите моих дочерей! Прикажите своим солдатам отпустить их!
Полководец брезгливо оттолкнул ее ногой. Она свалилась в пыль и скорчилась, завывая, как избитое животное. Лей'Иллиолис кивком подозвал ближайшего воина. Взмах меча — рыдания прекратились…
В следующем дворе маг и воин затеяли более изысканную забаву. Солдат держал меч у горла согбенной старухи, у его ног на земле, кашляя и задыхаясь, лежал старик. Волшебник же объяснял молодой черноволосой девушке:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
