элегантным и изысканным – фарфором без рисунка и золота, которые так нравятся российским клиентам антикварных магазинов (признаюсь, пока и нам тоже).
* * *
Об изменчивости собственного вкуса под влиянием столкновения со старинными вещами я впервые задумалась в связи со столовыми приборами с ручками в виде розы на стебле с листьями – так называемой хильдесхаймской розы[478]. Мы как-то купили мельхиоровую лопатку, чайные ложки и десертные вилки с этим орнаментом. А потом узнали, что покупаем массовую промышленную послевоенную продукцию, предметы которой есть чуть ли не в каждом западногерманском домашнем хозяйстве. Позднее мы обнаружили гораздо более изящные и добротные серебряные изделия с розой 1920-х годов. Приобретя несколько из них – щипчики и совочек для сахара, лопатку для паштета, заварочную ложку и ситечко, – мы утратили к хильдесхаймской розе всякий интерес.
Эта же история повторилась с солонками. Наличие серебряных солонок со стеклянными вставками и без них, одиночных и парных, в оригинальной упаковке и без нее, английских, французских, немецких – норма любого хорошего блошиного рынка. Они изящны и недороги, доступны и выглядят порой как музейные экспонаты. Приобретя несколько, мы остановились, не сделав их предметом коллекционирования.
Аналогичную эволюцию прошел Игорь. Как-то раз в Новосибирске, в начале нашей совместной жизни, он разволновался, увидев китайскую бронзовую солонку с эмалями. Такая же была у его бабушки в Горьком, где он проводил детские каникулы. Я с радостью поддержала его в этой покупке, хотя китайская тема мне никогда не была близка. Некоторое время он покупал почти без разбора – благо очень дешево – аналогичные предметы на блошиных рынках Москвы, Парижа и Базеля, но быстро «остепенился» и остановился. Из этой группы приобретений мне нравятся только наперстки, действительно милые и разнообразные. Блошиный рынок воспитывает, образовывает, формирует «насмотренность», – словом, меняет наш взгляд на вещи, за что мы ему очень признательны.
Базельские «Миры игрушек»
Старинный город Базель на самом севере Швейцарии уже своим географическим положением приглашает в сказку. Советую, прибыв на южный вокзал Базеля (Basel SBB), не спешить выходить на привокзальную площадь. Пожалуйста, замедлите шаг при выходе из вокзального холла постройки середины XIX века и поверните голову налево. Не сомневаюсь, что если вы выросли в СССР, то на мгновение почувствуете себя свахой Акулиной Гавриловной (Лидия Смирнова) из художественного фильма «Женитьба Бальзаминова», во сне очутившейся у ворот, над которыми было большими буквами написано «Китай». Только вы не во сне, а наяву окажетесь перед дверьми, приглашающими во «France». Беспрепятственно пройдя мимо таможни и безо всякого паспортного контроля, вы на ближайшей электричке в считаные минуты окажетесь во Франции. Впрочем, во Францию можно поехать и на базельском городском трамвае. И не только во Францию, но и в Германию. А на северном (Баденском) вокзале – ровеснике вокзала южного – вы аналогичным образом можете свободно пересечь швейцарско-германскую границу.
Чудеса подстерегают вас по всему огромному «старому городу». Преобладание в нем трех цветов за счет белых стен, зеленых ставен и коричневых черепичных крыш не делает старинный центр однообразным. Хотя большая часть древних домов была перестроена в стиле барокко в XVII веке, даты на фасадах сообщают об их постройке в XV и даже в XIII веке. Бесчисленные фонтаны (с чашами-поилками для собак внизу), церкви и музеи придают городу особый шарм.
Чудесные приключения ждут вас в Базеле не только на суше, но и на воде. Одним из излюбленных развлечений базельцев знойным летом является спуск по стремительному судоходному Рейну на «рыбах-обертках» (Wickelfisch) – ярких надувных плавательных мешках в форме рыб. Их изобрел в 2002 году тридцатилетний историк и германист Тило Амель. Прелесть сплава на таком мешке состоит в том, что купальщики и купальщицы складывают в него свою одежду и ценные вещи, которые сухими и невредимыми достают из мешка в конечном пункте маршрута. Важно соблюсти при этом два условия: умело запаковать мешок и вовремя покинуть стремнину и пристать к берегу. Нам во время первого спуска по Рейну не повезло: мешок оказался дырявый, и мы с Игорем, промокшие до нитки, с гордым видом шагали через весь город.
Базель стал для нас одним из дорогих и любимых мест, куда мы с радостью возвращались и где прожи(ва)ли месяцы необычной жизни, набирались уникального жизненного опыта, переживали яркие события и приключения, в том числе и на блошиных рынках.
* * *
Занимаясь проектом о танцевальной самодеятельности, Игорь интервьюировал в Базеле организатора обществ степистов в Германии и Швейцарии Роже Луиса[479]. В один из приятных солнечных дней, когда Игорь отправился на встречу с ним в бомбоубежище на минус третьем этаже жилого дома, где Роже оборудовал танцевальный класс, я решила погулять по центру Базеля. Мне нравится заглядывать в хорошо известные или малоосвоенные закоулки, разглядывать дома, вывески и витрины, присаживаться за столик в кафе, чтобы понаблюдать за обывателями за чашечкой кофе.
На этот раз мое внимание привлекли витрины углового дома на Барфюссерплатц (площадь Босоногих) на пересечении двух популярных туристических улиц. Странно, что я не замечала этих витрин раньше: во время пребывания в Базеле мы были завсегдатаями антикварного блошиного рынка, проходившего на этой площади в летнее время два раза в месяц.
В одной из витрин на подставках были расставлены мягкие игрушки почтенного возраста – медведи, жираф и плюшевая обезьяна с шарманкой. Вторая витрина с кукольной инсталляцией была оформлена как часть настоящей уличной автозаправки. На ней молодой человек заправлял игрушечный автомобиль-олдтаймер для очаровательной леди в пышном старомодном наряде. Детали и элементы изображаемой сцены были выполнены настолько скрупулезно, что кукольный мир представлялся уменьшенной копией прошлого.
* * *
Вывеска рядом с входом в помещение сообщала, что здесь находится Базельский музей игрушек. Я зашла в здание и оказалась в небольшом помещении, где располагался магазин игрушек и сувенирной продукции, были билетная касса и проход в музей и кафе. На самом деле на статус сувенира тут мог претендовать любой товар. Кроме мягких игрушек и кукол в застекленных шкафах были выставлены элементы интерьеров разных комнат для кукольных домиков. Тут было все: красивая миниатюрная мебель из дерева для гостиной, картины, цветы, вазы, лампы и торшеры, камины, кресла-качалки и напольные часы, спальни и ванные комнаты, будуары и кухни. (Как выяснилось позже, при осмотре музейной экспозиции, ощущение полноты кукольного ассортимента в сувенирном магазине было преждевременным.)
Кухни впечатляли обилием бытовой техники, как в благополучных домах с традициями и достатком. Особенно поразил меня ручной миксер – такой же, надежно отслуживший свой век швейцарской хозяйке, можно встретить на блошином рынке. (В моем детстве иметь дома миксер было мечтой любой хозяйки. Большинство женщин взбивали омлеты и кремы обычной вилкой. Особенно долго взбивался крем для торта: сметана или яичный белок с сахаром. Но ожидание всегда вознаграждалось, бабушка позволяла облизывать ложку, собирать и поедать остатки крема из миски.)
На игрушечных кухонных полках стояли баночки с консервами и вареньем, и крышечки банок были любовно закрыты красивыми лоскутками ткани и перехвачены суровой ниткой. Тут же были расставлены банкетные блюда из дичи, пирожное и десерты на этажерках из красивых тарелок с фигурными лопаточками и ажурными щипцами для подачи.
* * *
Сталкиваясь на блошиных рынках с какими-то особенными детскими игрушками, мы, с подачи Игоря, обзавелись кодовой фразой, которая выражает крайнюю степень восхищения машинками, паровозами, пистолетами «для мальчиков» или небольшими куклами в невероятных дамских нарядах с аксессуарами, зонтами, сумками и обувью из натуральной кожи «для девочек». Нас обоих завораживали игрушечные шкатулки для украшений, мебель, кухонная утварь. При встрече со всем этим великолепием мы обычно говорим друг другу:
– В детстве я бы с ума сошел (сошла)!
Полнота «жизни» кукол в магазине меня потрясла не только насыщенностью быта, но и богатством культуры, увлечений и традиций. Эти куклы имели семью, друзей, дом в несколько этажей, автомобиль, предметы антиквариата – старинные каминные часы и подсвечники, китайские вазы, картины, музыкальные инструменты, своих кукол, мягкие игрушки и даже домашних питомцев: клетку с птицами и собаку. Каждый предмет продавался отдельно и стоил не очень дорого, но, чтобы собрать полный интерьер даже одной комнаты, нужно было бы выложить трех- или даже четырехзначную сумму в швейцарских франках.
Внимательно изучив музейные рекламные буклеты, открытки с изображениями отдельных
