западную сторону горы. Сомнения были у каждого в том, что они слишком легко оставили, то, что принадлежало им. Вадиму было жалко свой рюкзак с вещами, напоминавшими ему о доме. О том же самом сожалела и Вика, да и каждый в группе, наверное, сожалел об этом. Экстремальная ситуация в который раз напомнила людям о вероломности человеческой натуры. Вадиму казалось, что в такой ситуации заповедь «Не убий» не имела силы, ибо подразумевала смерть остальных. Он даже находил мстительное удовольствие, представляя в воображении смерть вероломной троицы.
— Танюху жалко, сожрут. — Произнесла Вика.
— Она же не совсем безголовая, должна понимать на что идет. — Ответил Вадим. — Она из их шайки. Кто знает, чем они там повязаны, чего она так стелется перед этим Марком?
— Она была на наркоте, загибалась уже, а тут Марк появился, вытащил ее из притона, вылечил и взял в свой ночной клуб. Она ему благодарна за это. Считает, что до гробовой доски отрабатывать должна.
— Вы общались? — Удивился Вадим осведомленности Вики.
— Да, пока тебя не было. Натура у нее немного рабская. Жертва, одним словом. Таких трудно убедить в том, что она не платит, а служит.
— Не думай о ней, Вик. Это хорошо, что мы будем держаться от них подальше.
— А если они устроят на нас охоту?
— А если мы на них?
— Ты уверен, что мы сможем найти еду? — Вика перешла на шепот.
— Куда деваться. Мы обязаны найти ее. Она же обязательно есть где-то. Наш мир жил ради еды. Просто нам не повезло в тот раз. Уровень воды падает, глядишь, из-под воды покажется что-нибудь.
— Я ни о чем не могу думать, кроме еды. — Пожаловалась Вика. — Уже три дня ничего не ела. Даже, когда моргаю, в глазах успевает картинка с жареной куриной ножкой появиться.
— Блин, если бы я знал, что у вас такие проблемы, я отложил бы кусочек бульонного кубика.
— Эх. — Тяжело вздохнула Вика. — Я так люблю бульонные кубики. Особенно глютамат натрия.
Вадим засмеялся.
— Шутишь? Тогда не все потеряно.
Группа направилась в ту сторону, где закончили свои поиски Зураб и команда. Их темпом, ровно на день пути. До наступления ночи, успели проделать ровно половину. Вадим и Вика спали, прижавшись друг к другу. Между ними и камнем была тонкая прослойка из одежды. Камень холодил и давил на кости, лишившиеся привычной защиты из жировой прослойки. Хорошо, что ночью дождей почти не было. Под утро ложилась влага, но это было терпимо.
Подъем прошел скоро. Завтрак не предвиделся и люди, едва продрав со сна глаза, двинулись дальше. Как и полагалось, вскоре лупанул ливень после короткого предупреждения. Команда забралась на возвышенность, и неподвижно наблюдала, как мирная поверхность полированной горы на глазах превращается в бурную водную стихию. Как только дождь ослаб, все кинулись пить, чтобы создать видимость утоления голода. Помогало это только на время. Пока в желудке чувствовалась тяжесть.
Любой разговор автоматически переходил на тему еды.
— У нас в Москве, во дворике рядом с домом забегаловку недавно открыли, выходцы из Греции. Вот я вам скажу у них вкуснятина. Блюда в основном с сыром, либо из морепродуктов. Не уешься. — Юрий блаженно закатил глаза, мысленно окунувшись в ароматную атмосферу забегаловки. — Я бы сейчас все деньги спустил там.
— А я беляши хочу, которые на вокзале в Уфе продают. — Поддержал разговор Вячеслав. — Мы, когда ждали поезд, купили их в павильончике и ели, а к нам воробьи подлетели и начали выпрашивать. Обычные вокзальные попрошайки. А беляши там, скажу я вам, вот такие. — Вячеслав развел ладони. — Не жалко. — Помолчал. — Было.
— Я бы сейчас тряпку съел, которой посуду мыли. — Произнес Стас. — Такую бы после мытья сковородки, на которой жарили котлеты, жирненькую и с черными кусочками зажарившегося мяса. А вы говорите беляши и морепродукты.
— Ой, ну хватит, ребят. — Взмолилась Софья. — Я так сама себя переваривать начну. Давайте, поговорим о чем-нибудь нейтральном?
— Например, о несоленой каше. — Пошутил Вадим.
— Нет, о кино, например, о музыке. Кто чем занимался до всего этого.
— Помнит кто-нибудь мультик «Рататуй»? — Спросил Руслан.
— Заткнись. — Мягко остановил его Аркадий.
Идея Софьи помогла. На пару часов группа забыла о еде, развлекая себя рассказами о своей жизни. Это помогло не только отвлечься, но и понять друг о друге немного больше. Оказалось, что Софья имела боевой опыт, работая врачом в госпиталях. Бывала под минометными обстрелами. В ней чувствовался стержень, какой бывает у человека хлебнувшего лиха. Из всех женщин в группе, она была самой уверенной и спокойной.
Вероника, ее подруга, была баловнем судьбы. Родители устроили карьеру дочери, но она взбрыкнула и бросила ее. Не захотела проживать не свою жизнь. Пришлось начинать с нуля, и это тоже наложило свой отпечаток на характер. Обе подруги были под стать друг другу. Юрий всю жизнь работал фотографом и это была его единственная профессия, которой он посвятил всего себя. Бывал во всех уголках земного шара, на чем и сделал себе имя. Виктор слыл хорошим менеджером, умеющим поднять продажи. Его использовали, как реанимационную машину, отправляя из одного города в другой, спасать магазины. Судя по всему, он отличался богатым воображением и творческим подходом.
Парни из Уфы еще не успели ничем отличиться из-за своей юности. Опыт работы в компании был у них единственный. Зураб почти ничего о себе не рассказывал. Переехал с Кавказа в детстве в центральную Россию. Летом жил у деда с бабкой, в горах. Закончил педагогический вуз. Пригласили водить группы туристов, согласился и с тех пор занимался этим регулярно. Зимой подрабатывал в такси. Стас просто не знал, чем заняться после армии. Учиться было лень, и не лежала душа. Случайно узнал, про туризм и понял, что это его.
Вика рассказала про свою семью, про отца-подводника. Про то, как она всю жизнь ждала его из походов, рисуя и развешивая картинки про отцовскую службу на стене. К концу рассказа Вика так разволновалась, что голос ее дрогнул. Вадиму пришлось крепко обнять ее и нашептать в ухо успокаивающие слова.
— Слушайте, а мне интересно, а как же подводные лодки пережили этот ураган? Они ведь могли уйти на глубину? — Предположил Виктор. — Ты говоришь, отец в походе был?
— Угу. — Ответила Вика.
— Как найдем подходящие вещи, можешь снова рисовать картинки. — Попытался подбодрить ее Юрий.
Вместо этого, Вика снова пустила слезу. Вадим успокаивал ее, поэтому рассказ о себе у него получился скомканный. Да и рассказывать было особенно не о чем. Жизнь научила его не оборачиваться на прошлое.
Несмотря на свое
