черноте пространства — демоническая звездообразная структура. От неё уже не исходило тепла, да и холода не было, лишь нечто подобное нейтральности. И всё же потянулся к одному из лучей и попытался отделить от меридиана. Слегка прохладное, оно ощущалось липким и вязким, руки мои довольно быстро оказались по локоть в этом веществе.
И что дальше?
От размышлений меня отвлёк голос: кто-то звал Адмира. Кажется, это был Ширейлин. И что ему приспичило посреди ночи?
Разочарованно вздохнув, прикрыл глаза и «вынырнул». Передо мной на стуле сидел ксилтарский принц.
— Не пугай так, — нахмурился он. — Ты что, так и не спал?
Я отрицательно покачал головой.
— Ладно, иди мойся и ешь, скоро выходим.
— Уже? — удивился я и посмотрел в окно за его спиной, там уже начинало светать. И это с учётом того, что мы в лесу. — А в медитации время всегда идёт так быстро?
— По разному, — парень пожал плечами, — но да, обычно быстрее, чем в реальном мире. Тебе не хватает практики для оценки, к тому же, лучше с пользой проводить там время и не перегружать организм. Тебе так вообще больше других стоит следить за этим.
Он протянул руку к моему лицу, отчего я инстинктивно отстранился, но он таки успел коснуться верхней губы и показать капельку крови.
— Ты ещё в зеркало себя не видел, — хмыкнул ксилтарец, — глаза такие, будто всю ночь на лампу смотрел. Прекращай этим заниматься в одиночку, иначе навредишь себе. Держи ману под контролем, она не должна покидать границ структуры. Конечно, раньше и так циркулировала постоянно по телу, но хотя бы в рамках приемлемого. Сейчас же меня пугает твоё состояние.
Он взял мои руки и закатил рукава. Да уж, выглядело не очень, вены вздулись, даже капилляры. Но по локоть, куда шла та жижа с демонической звезды, контур чётко прослеживался.
— Подойдёшь к Фейхелу, он подлечит тебя.
Ширейлин встал, но не спешил уходить. Он положил ладонь мне на темечко и сказал довольно тихо:
— Береги себя, пожалуйста.
Только после этого он ушёл, оставив меня одного. Чувствовал я себя как нашкодивший ребёнок, хоть и не понимал, в чём именно виноват.
Утро выдалось относительно скучным: Анрис не обращала на меня внимания, остальные парни тоже делали вид, будто ничего не происходило в последние дни и от моих причуд неудобств они не испытали. Вот только я всё понимал и чувствовал вину.
Группу повела девушка, она шла впереди вместе с Ширейлином, постоянно с ним переговариваясь и улыбаясь. Но продолжалось это не так долго, где-то после обеда она нас оставила, указав направление движения.
— Завтра утром уже будем в Ксилтаре, — сообщил нам принц после её ухода.
Оказалось, мы сделали крюк через Аранское королевство. В принципе, об этом можно было догадаться и по нашей сопровождающей, как и по внешности богов в динами. Приграничные земли принадлежали дяде Анрис, потому мы и смогли так свободно там разместиться, хоть и не совсем официально. На обычной же границе всегда располагалось много магических ловушек и следилок, которые для нас отключила девушка.
Пропажа ксилтарского пленника не прошла незамеченной для властей Амротского королевства, но и времени утекло достаточно. Как говорил Этриан, поначалу отряд преследовали, им приходилось использовать магические уловки. Искать маленькую группу посреди густого непроходимого леса крайне сложно из-за обилия духов и магзверей, что там обитали.
— Однажды в мире не останется ни одного дикого уголка, — говорил мне Ширейлин, — но пока это нам даже на руку.
Как бы там ни было, я не ощущал никакой опасности. Единственным неприятным обстоятельством оставалось лишь то, что Рэй так и не появился до конца дня.
А ещё Ширейлин не обманул, он рассказал всё, что знал об семействе Даэрин. Только если о старших братьях и родителях информация была более менее официальной, то об Адмире сплошные слухи.
Принц родился очень болезненным, поговаривали, что беременную королеву проклял один из казнённых её мужем колдунов. Стража не уследила, и приспешник Лолт умудрился коснуться её.
Как бы там ни было, но мальчика действительно никому не показывали в течении нескольких лет, и лишь в семилетнем возрасте он начал появляться на публике. Опять же согласно слухам, обучать магическому искусству Адмира начали именно с этого времени — крайний возраст для любого мага.
Если это началось так поздно, то как структура могла развиться такой идеальной? Оказывается, подобная практика имела место быть. С младенчества богатые эльфы нанимают специальных тьюторов для своих чад и те гоняют по юному организму свою ману, формируя первичную структуру. Только вот процесс крайне кропотливый и сложный, нужно обладать особыми навыками и уровнем силы, а имея такое, маги предпочитают заниматься несколько иными вещами. Оттого услуги подобные крайне дорогие. Вроде как сама королева занималась этим с Адмиром, опять же, согласно слухам.
Официальная информация гораздо скуднее: родился, вырос, учился, имел предрасположенность к дендростихии. Очень добрый и тихий мальчик, учебный материал знал на отлично. Все, кто общался с ним, отмечали скромность и начитанность.
В общем, полная моя противоположность, вряд ли бы мне удалось долго играть роль послушного мальчика. Сейчас же, спустя больше года скитаний, есть на что спихнуть изменения в характере. Да и «плен» у ксилтарского правителя для многих будет весомым аргументом на скорое взросление тихого мальчика.
* * *
Интерлюдия
Калдир Даэрин вошёл в запечатанную комнату. Судя по слою пыли, здесь не убирались продолжительное время, но короля это не беспокоило: таков был его приказ. Встав посреди помещения, он сложил ладони перед носом и пространство дрогнуло, возвращаясь к идеальной чистоте.
Уставший мужчина сел в кресло и долго смотрел на портрет своей бывшей жены, что располагался на стене. Взор его был затуманен воспоминаниями, а через какое-то время появились слёзы.
— Прости, дорогая, — тихо сказал он. — Я не уберёг нашего младшего сына.
Несколько минут он сидел, прикрыв глаза ладонью, после чего подошёл к книжной полке и взял сборник сказок, который неоднократно читал пропавшему сыну в детстве. Неожиданно одна из страниц привлекла его внимание: палец, проведённый по поверхности, заставлял вязь на ней слегка дрожать.
Сердце Калдира дрогнуло: в далёкой юности, когда он с суженой были ещё детьми, не предназначенными друг для друга, они обменивались тайными посланиями внутри официальных писем. Мужчина проговорил нужные слова и со страницы к нему на колени соскользнул сложенный вдвое лист.
Трясущимися от волнениями пальцами,
