Трактирщик тем временем заявил:
— Спрашиваешь, что "или"? Ща я тебе сделаю шлем! А потом потащу в полицию, и там ты заплатишь мне за все, и за еду, и за учиненный дебош...
— Какой дебош? Не было ж никакого дебоша! — возмутился мальчишка.
— Ничего! Ща будет!.. — успокоил толстяк.
И с этими словами надел на голову Славки чугунок, а затем резко замахнулся и начал уже опускать руку вниз, чтобы "забить" чугунок поглубже. Славик зажмурился в ожидании удара сверху... И потому не видел, что выбило окно...
* * *
Туча появилась внезапно. Не парило, не слышались раскаты грома, лишь легкое зудение заполнило воздух. А вслед за ним сплошной лавиной ринулись тучи. Они казались единой тварью, невероятным и фантастическим драконом, раскинувшим крылья от горизонта до горизонта. Клочьями и клубами дыма неслось это на Мишеля. Казалось, то ли крылья звездных скоплений, то ли целая галактика летит над землей. Туча странно светилась, и вдруг с ужасом понял мальчишка, что это не туча, а рой, гигантский рой каких-то крохотных светящихся насекомых, заполонивших всю округу и сияющих ослепительным металлическим блеском. А в центре этого роя летела его королева, и была она много больше простых насекомых, и напоминала она отлитую из чистейшего золота статуэтку пчелы, которую оживил какой-то добрый волшебник. Все части этого металлического создания были подвижны, и была она живой, хотя и сверкала металлом.
Красотой был полет Роя и его госпожи, но вдруг ударила в сердце позабытая уж тревога, когда под Роем заблестел металлом старый замок на холмах за городком. Словно превратили старые благородные камни, источенные временем, в дорогую безделушку-подделку. Майкл ринулся было бежать, когда кто-то сбил его с ног. Быстрый взгляд...
— Том! Впервые вижу тебя не во сне! Какими судьбами?
— Тут все наши! Воины. Слушай внимательно! ЛЯГ!!! Рой не трогает тех, кто не думает. Так что ляг и постарайся ни о чем не думать, пока он не пройдет! Рой не трогает мертвых и тяжелобольных!
Капля стального дождя ударила в плечо Тома, расплываясь ртутным сиянием. Вторая и третья. Сотая. Их были тысячи! Тысячи тысяч! И среди них грозно и гордо плыла в спокойном величии громадная золотая матка — Царица Роя.
Гул стал нестерпимым, и тут Том шагнул в сторону, чтобы собою не привлечь внимания к другу, лежащему на земле. Пулями били "пчелки", и волной живого металла одел Тома пролетающий Рой. Волна за волной крохотные совсем мушки ударялись о вечно молодого мальчишку, и каждая разбрызгивалась капелькой серебра, и вскоре Том напоминал только что отлитую сияющую статую. Но при этом он был по прежнему живой, он двигался и пытался заговорить вновь. И когда сделал он шаг — показалось перепуганному Мишелю, что шагает киборг из жидкого металла, неумолимый Т-1000 из старого кинобоевика "Терминатор-2. Судный День.", так сиял и переливался тот, кто еще мгновение назад был простым человеком из плоти и крови.
Был... Как скоро убедился в страшной, неумолимой правоте этого слова Мишель.
Рой уходил, оставляя за собой город, полный жидкометаллических людей. Скрывалось за горизонтом нашествие, пыльные крылья чудовища покидали встревоженное небо. И тут каплями и ручейками потекла с людей краска, ртутными лужицами растекаясь у ног.
Мишель облегченно вздохнул: пронесло! Снова возвращался естественный цвет кожи, и Том больше не походил на шагающий ртутный манекен.
— Том! Оно ушло!
Голос Мишеля разом заглох, когда он понял, что Том никак не реагирует на его слова.
Подбежал, тряхнул за плечи:
— Том! Очнись!!!
Никакой реакции. Пустой, равнодушный взгляд. Мертвый. Том отвернулся и мерно зашагал от перепуганного Мишеля, деревянно переставляя негнущиеся руки и ноги. Мальчишка попытался догнать уходящего друга, но что-то тяжелое сбило его с ног. Оказалось — дед с Пристани, так же деревянно шагающий по своим неизвестным теперь делам. Он даже не заметил мальчика, пошагал дальше. Не обернулся.
Порою кто-то из жителей городка налетал на другого. Сталкивались. Топтались на месте, затем резко, как по команде, разворачивались и расходились в разные стороны. Словно игрушки-вездеходики в магазине.
Мишелю стало по настоящему страшно от этой механической, бесцельной и пугающе стройной математически возни. И жуть ознобом продирала грудь, когда он видел, с какой бесстрастностью шагали наравне со взрослыми мальчишки -его недавние друзья и просто знакомые. И не было в их движениях ничего кроме математической неумолимости маятника.
Город обезумел. Молчали посеребренные кузнечики. Тупо тыкались в землю клювами одуревшие горлицы, не сдвигаясь с места. И гулом барабанов — шаги негнущихся ног.
Славик с изумлением уставился на "позолоченного" трактирщика, который, не опуская руки, повернулся и ушел за стойку, где принялся наливать в стаканы виски из пустой бутылки. Затем повернулся к Максу:
— Так! Дебош отменяется! И платеж, кстати, тоже... Прихватим с собой чего пожевать?
Увы — ртутная пища не вызвала аппетита у двух землян.
А за дверью трактира их ждал золотой ад.
Славик отступил на шаг, тряхнул головой:
— Что-то мне не нравится этот "Зомбиленд"! Поперли-ка отсюда!..
— Не "поперли", а полетели! — огрызнулся Макс. — Ты ведь не забыл, надеюсь, как выглядят апартаменты Мельтора?
— Не только не забыл, но и зарисовал. Э нет, это я для себя зарисовывал! — и Славик помахал перед носом сотоварища картонкой шесть на девять сантиметров... — Кстати, если уж на то пошло, то не "полетели", а приготовились начинать перемещение путем искажения криволинейности пространства в его топологическом преобразовании посредством трансгрессии исходных функций мерности с применением для реализации процесса вектора поросячьего хвостика слушавшего меня! Не хрюкай возмущенно, а телепортируемся! Я там знаю почти пустую комнату, где просто невозможно с чем-нибудь совместиться!..
В комнате было сумеречно. Возникшие посреди комнаты ребята поморгали, привыкая к полумраку. И различили в углу комнаты Крылатого, склонившегося над столом и сосредоточенно читающего рукопись.
— Хочешь новые спецэффекты? — шепнул Славик. — Тогда бери камеру и поскорее снимай, сейчас тако-о-ое начнется!..
Недоумевающий Макс вскинул камеру, направляя ее на читающего. Тем временем юный контрабандист прокрался к полке, на которой лежало несколько сверкающих бронзовых колоколов и колокольчиков разного размера. Подумав, выбрал корабельную рынду и, стараясь не звякнуть, занял место за спиной хозяина замка.
— ДО-О-ОН-Н-НГ! — густой звон сотряс комнату. Мальчишку отбросило упругим потоком ветра от распахнувшихся крыльев взлетающего. Рында упала на пол и еще раз звякнула, на этот раз дребезжаще и жалобно. А Мельтор уже воспарил к потолку и теперь медленно спускался вниз, слегка шевеля кончиками крыльев. Макс был в восторге.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
