дорожных камер рядом с мостом показали, что он шел на запад по 178-й стрит, а потом повернул на юг по Хейвен-авеню, по которой, словно по огромной бетонной спирали, достиг верхнего полотна моста с восьмиполосным движением. Оттуда ему оставалось уже совсем недалеко до первой опоры подвесной части моста. Больше никого из пешеходов там замечено не было. Когда детективы просмотрели записи с трех камер в трех разных точках, они с разных ракурсов увидели одно и то же: Даниэль Фоули прыгает вниз.
Это было стопроцентное самоубийство.
Но они так и не смогли понять, почему он это сделал.
Впрочем, через двадцать четыре часа после смерти Фоули, поздно вечером 2 апреля, делу было придано новое направление: с 33-м участком связалась женщина-детектив из полиции округа Саффолк по имени Баунерс и сообщила, что у нее есть кое-что важное, что она может им сообщить. Вернее, предоставить показания одного человека, способные пролить новый свет на личность Даниэля Фоули.
Этим человеком была Ребекка Мерфи.
70
Позже Трэвис рассказал Ребекке все, что сам узнал к тому времени о Даниэле Фоули, о поиске мотивов его самоубийства, но на какое-то время в ту ночь – после того как она опознала Фоули на снимке из отеля – Ребекка была предоставлена самой себе, своим собственным мыслям.
Трэвис и Баунерс вышли из помещения магазина, а она осталась сидеть внутри, обнимая и поглаживая Рокси, стараясь найти утешение в прикосновениях к мягкой шерсти собаки и избавиться от мучительного чувства стыда, которое она испытала, когда рассказывала о том, что переспала с Фоули.
С человеком, стоявшим за исчезновением Луизы Мэйсон.
С человеком, возможно, ответственным за все, что с ней произошло.
Даже когда она, ведя на острове свое собственное расследование, прикрепила карточку с именем Даниэля на стенку коридора в общежитии, она никогда всерьез не думала о нем как о подозреваемом. Наверное, потому, что другие теории – и другие подозреваемые – казались гораздо более реальными. Разве может секс с незнакомцем считаться достаточным мотивом для того, чтобы желать смерти другого человека. Даже сейчас Ребекка не могла понять, какая здесь существует связь, какая тайна. Какие загадки кроются за мимолетным приключением на одну ночь. Видимо, Фоули лгал ей, говоря, что состоит в отношениях, но люди сплошь и рядом так делают.
На обратном пути в Нью-Йорк Трэвис попытался помочь ей разобраться в происходящем, но у него это плохо получалось, потому что он сам не владел полной картиной расследования. Чем ближе они подъезжали к дому Ребекки, тем больше она нервничала. Она страшно устала, у нее болело все тело, и больше всего на свете она боялась, что дочки ее не узнают. Или что ее внешний вид их испугает. Она очень сильно похудела, лоб пересекал безобразный шрам, волосы она подстригла гораздо короче, чем носила их после рождения девочек. Что, если они отвернутся от нее, когда она появится в доме? Что, если они с испуганными криками побегут к Гарету и захотят остаться с ним навсегда?
К тому времени, когда в Бруклине они свернули с федеральной трассы, Ребекка уже не могла мыслить здраво. Рокси ерзала на заднем сиденье, прижимаясь носом к стеклу, в то время как мимо проносились городские пейзажи. Она тоже нервничала, не понимая, где они находятся и куда держат путь. Трэвис какое-то время ничего не говорил сидевшей с ним рядом на пассажирском сиденье Ребекке, а потом начал успокаивать ее, повторяя: «Все будет хорошо, я вам обещаю».
Вскоре они подъехали к дому.
Снаружи стоял полицейский в форме.
Ребекка посмотрела на окна гостиной, увидела, как зашевелились шторы, а затем за стеклом в окне показалась Ноэлла. Их взгляды встретились. Ноэлла приветственно взмахнула рукой, и Ребекка задрожала. Трэвис успокоительно похлопал ее по плечу, но в эту секунду Ноэлла уже спешила к ним, выйдя из парадной двери. Почти сразу же за ней последовал Гарет, неся на руках полусонную Хлою. И, наконец, появилась Кира, которая опасливо озиралась и сразу же спряталась за Гарета. Через стекло Ребекка услышала, как дочка взволнованно проговорила: «Папа, папа, у них в машине собачка» – и указала на Рокси.
Полицейский отошел в сторону, поняв, кто приехал, и приветственно кивнул Ребекке, когда та вышла из машины. Ребекка вытерла наполнившиеся слезами глаза рукавом форменного свитера, который ей выдала Баунерс от лица полиции округа Саффолк, и тут Ноэлла оторвалась от группы встречающих и подбежала к подруге.
– Никогда больше так не делай, – прошептала она, заключая Ребекку в объятия. Через плечо Ноэллы Ребекка взглянула на бывшего мужа: Гарет и девочки медленно спустились по ступенькам, причем Хлоя задремала на плече отца.
Гарет неловко улыбнулся:
– Извини, Бек, я старался, чтобы она не заснула к твоему приезду.
Он обнял ее, и Ребекка прижалась лицом к макушке Хлои, целуя ее в нос, в щеку, вдыхая аромат дочери. Она целовала ее снова и снова, нежно гладила лицо дочери, боясь поцарапать нежную детскую кожу своими загрубевшими руками. Хлоя продолжала крепко спать.
– Здравствуй, мамочка!
Ребекка посмотрел на Киру. Гарет мягко подтолкнул ее вперед, возможно даже подсказал, что нужно поздороваться. Ребекка упала на колени прямо на тротуар, так что оказалась на одном уровне с дочкой. Та сильно выросла за пять месяцев.
– Здравствуй, дорогая. Ты помнишь меня?
Дочка кивнула.
– Ты не забыла свою маму?
– Что это? – Кира указала пальцем на шрам на лице Ребекка. – Ты что, подралась?
– Нет, – ответил Ребекка. – Я попала в аварию.
– Больно?
– Теперь уже не болит.
Взгляд дочери устремился к машине.
– Это твоя собачка? – спросила она.
– Нет. Я просто присматриваю за ней.
– А как ее зовут?
– Рокси.
Кира захихикала:
– Какое смешное имя! Оно мне нравится!
– Тебе и сама Рокси понравится.
А потом мать и дочь снова посмотрели друг на друга, и Ребекка сказала Кире: «Ты даже представить себе не можешь, как сильно я скучала по тебе».
И она взяла дочь на руки и больше не отпускала.
71
Причина самоубийства Даниэля Фоули стала очевидной после того, как Ребекка опознала его. Баунерс, которая теперь работала над этим делом совместно с детективами из полицейского управления Нью-Йорка, передала два снимка с камер видеонаблюдения из отеля в лабораторию в Квинсе. Используя программное обеспечение для распознавания лиц, специалисты смогли доказать, что тот, которого опознала Ребекка, и тот, кто разговаривал с Луизой в баре, – один и тот же человек. И еще эксперты использовали фотографию Даниэля Фоули, предоставленную его коллегами из «Ретриграма», для сравнения со снимком мужчины в баре отеля. Программа показала полное совпадение.
Фоули был тем, кто разговаривал с Луизой.
Ребекка узнала обо всем этом от Трэвиса, который, в свою очередь, получил информацию от Баунерс. Он попросил Ребекку держать полученные сведения в секрете, потому что знал, что Баунерс не одобрит разглашения результатов расследования жертве,
