Подошел высокий худощавый лорд: Лорд Парнасс. Остановился, поклонился.
— Сэр Хартвиг Торн?
— Он самый, — поклонился в ответ Гил.
— Надеюсь, мой замок вам по нраву? — тон Лорда Парнасса был легким, сухим, с самым слабым, какой только возможен, обертоном снисходительности.
— Он очарователен.
— Если дело у вас к Лорду Дугалду неотложное, то я отведу вас к нему. Когда закончите, можете наслаждаться, не стесняясь.
— Я не желал бы злоупотреблять вашим гостеприимством, — поблагодарил его Гил. — Мое дело, вероятно, не займет много времени.
— Как пожелаете. Тогда будьте добры последовать за мной.
Шанна заметила Гила и завороженно уставилась на него. Гил улыбнулся ей и кивнул. Невелика беда, если она узнала его. Озадаченная, она повернулась, провожая Гила взглядом, когда тот последовал за Лордом Парнассом в маленькую отгородку, увешанную голубым атласом. За инкрустированным столиком сидел Великий Лорд Дугалд «Буамарк».
— Вот сэр Хартвиг Торн с Земли, которому нужно обсудить с вами какое–то дело, — сказал Парнасс и, натянуто поклонившись, вышел.
Великий Лорд Дугалд, осанистый мужчина среднего возраста, с кожей сливового цвета, пристально посмотрел на Гила.
— Я вас знаю? В вас есть что–то, кажущееся мне знакомым. Как вас зовут, простите?
— Мое имя не имеет значения, — сказал Гил. — Можете считать меня принцем Эмфирионом Амбройским.
Дугалд пронзил его холодным взглядом.
— Это кажется слишком экстравагантной шуткой.
— Дугалд, Великий Лорд, почему это вас удивляет, когда вся ваша жизнь — сплошная экстравагантная шутка?
— А? Что такое? — Дугалд с усилием поднялся на ноги. — Что все это значит? Ты не приезжий с Земли! У тебя голос нижняка. Что это за фарс? — Дугалд повернулся подозвать стоявшего в конце зала гарриона.
— Погодите, — остановил его Гил. — Выслушайте меня, а потом уж решайте, что делать. Если вы сейчас позовете гарриона, то потеряете всякую возможность выбора.
Дугалд уставился на него, с апоплексически полиловевшим лицом, то открывая, то закрывая рот.
— Я тебя знаю. Я видел тебя. Я помню твою манеру речи… Может ли такое быть? Ты — Гил Тарвок, которого изгнали! Гил Тарвок — пират! Великий вор!
— Я — Гил Тарвок.
— Мне следовало догадаться, когда ты сказал «Эмфирион». Что за безобразие! Чего ты от меня хочешь? Отомстить? Ты заслужил свое наказание! — Лорд Дугалд посмотрел на Гила с новым гневом. — Как ты спасся? Ведь тебя же изгнали!
— Верно, — согласился Гил. — А теперь я вернулся вновь. Вы уничтожили моего отца, вы собирались уничтожить меня! Я не испытываю к вам особой жалости.
Лорд Дугалд снова повернулся к гарриону, и Гил опять остановил его, подняв руку.
— У меня есть при себе оружие. Я могу убить и вас, и гарриона. Вам лучше выслушать меня. Это не займет много времени, а уж потом можете решить, как вам поступить.
— Тогда говори! — раздулся от гнева лорд Дугалд. — Скажи то, что должен сказать и убирайся!
— Я произнес имя Эмфирион. Он жил две тысячи лет назад и сорвал планы кукловодов Даммара. Он пробудил в вирванах их самосознание и убедил их заключить мир. А затем он отправился на Даммар и выступил в Катадемноне. Вы знаете о Катадемноне?
— Нет, — пренебрежительно бросил Лорд Дугалд. — Дальше.
— Кукольники вогнали в голову Эмфириону гвоздь, а затем затеяли новую кампанию. То, чего они не добились силой, они надеялись добиться хитростью. После Имперских Войн они восстановили город, смонтировали «овертренд» и «андерлайн» и учредили «Буамарк». А также организовали кооператив «Турибль», и впоследствии «Буамарк» всегда продавал только «Туриблю» и, наверное, и покупал тоже только у «Турибля». И впрямь, настоящие кукольники! Зачем дамарянам марионетки? Они использовали в качестве своих марионеток фортинанцев, и лишили нас нашего богатства.
Дугалд помассировал нос двумя указательными пальцами.
— Откуда вам все это известно?
— Да как же может обстоять иначе? Вы называли меня вором и пиратом. Но вор и пират — вы! Точнее, вы — марионетка, управляемая ворами.
Лорд Дугалд, казалось, набух, сидя в кресле.
— Так значит. Так, значит, теперь вы еще и оскорбляете меня?
— Это вовсе не оскорбление, а сущая правда. Вы — марионетка, созданная давным–давно в даммарянских инкубаторах.
Лорд Дугалд пристально посмотрел на Гила.
— Вы уверены в этом?
— Конечно. Лорды? Леди? Что за анекдот! Вы — превосходные копии человека, но вы марионетки.
— Кто заразил вас такими фантастическими взглядами? — потребовал придушенным голосом ответа Лорд Дугалд.
— Никто. В Гарване я наблюдал, как ходит даммарянин. Он шагал, тихо ступая, словно у него болели ноги. И вспомнил, что именно так ходили на Маастрихте те лорды и леди. Вспомнил, как они боялись света, открытого неба, как они желали убежать, спрятаться в пещеры: как вирваны, как даммаряне. Я вспомнил цвет их кожи — тот розовый оттенок, который иногда тяготеет к лиловому цвету даммарян. На Маастрихте я только дивился, как это такие похожие на людей личности могли вести себя так странно. Как я мог быть таким наивным? И столько поколений мужчин и женщин: как они могли быть такими глупыми, такими непроницательными? Достаточно просто. Обман был настолько большой, что не поддавался уразумению.
Покуда Гил говорил, лицо Дугалда начало дрожать и корчится самым странным образом, губы втягивались в рот и выпячивались, глаза вылезали из орбит так, что Гил гадал, переживает ли лорд этот припадок. Наконец, Дугалд выпалил:
— Глупости… Ерунда… Подлая чушь…
— Нет, — покачал головой Гил. — Коль скоро эта мысль начинает распространяться, все стайовится ясным. Посмотрите! — Он показал на драпировки. — Вы душите себя тканью, как и даммаряне, у вас нет никакои музыки, вы не в состоянии завести детей от настоящих людей, даже запах у вас странный.
Дугалд медленно опустился в кресло и какой–то миг сидел молча. А затем хитро покосился на Гила.
— Как далеко вы распространили эти дикие предположения?
— Достаточно широко, — заверил его Гил, — иначе я бы и не явился сюда.
— Ха! Кого вы уведомили?
— Во–первых, я отправил меморандум в Исторический Институт.
Дугалд болезненно застонал. А затем с жалкой попыткой бравады заявил:
— Там никогда не обратят внимания на такую чепуху! Кого еще?
— Убив меня, вы ничего не добьетесь, — вежливо уведомил его Гил. — Я прекрасно понимаю, что вам хотелось бы это сделать. Заверяю вас, это будет бесполезно. Хуже, чем бесполезно. Мои друзья распространят новости не только по всему Фортинану, но и по всей человеческой Вселенной: о том, что лорды — всего лишь марионетки, что их гордость — всего лишь актерская игра, что они обманули доверявших им.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
